И аз создам! (СИ) - Зеленин Сергей

Особенно процесс ускорился с началом Советско-маньчжурской войны, когда выяснилось что эксплуатация мототелеги с газогенератором - обходится дешевле эксплуатации простой обозной телеги с живой лошадью. Фураж на Дальнем Востоке – жуткий дефицит, его приходилось завозить из Европейской части Советского Союза, а дерева - там было в избытке.

Короче, кому война, а нам с Кузьмой – мать родная!

Тьфу, тьфу, тьфу…

Были попытки сделать из «УАЗ-404В» некое подобие прославленной в боях с белогвардейцами тачанки, что в принципе вполне разумно - если говорить лишь об транспортировке пулемёта «Максим», в купе с боеприпасом, принадлежностями и водой к нему - весящего где-то под центнер с гаком. По «Положению», для этого требовалось две одноконные двуколки, каждая со своим возницей – ульяновская «мототелега» же, справлялась с транспортировкой всего этого хозяйства одна.

Причём, особо не напрягаясь - везла ещё и расчёт!

Такой подход в конце концов возобладал. «Мотыга» имеет менее заметный силуэт по сравнению с обычной армейской гужевой подводой с впряжённой в неё парой лошадей. Поэтому, подвоз боеприпасов и продуктов питания (была сконструирована и принята на вооружение полевая кухня на базе «УАЗика») на передовую, транспортировка с него раненных и многое другое – было как раз для неё.

Опять же, «весёлых и находчивых» на Руси испокон веков был некий излишек и большинство их этой категории почему-то упражняли свои врождённые способности на стезе изобретательства. Поэтому «Отдел вооружений РККА» был просто завален безумными проектами гениальных изобретателей – предлагающий переделать «деревянную телегу с моторчиком», чуть ли не в танк.

Я смотрел на это сквозь пальцы, руководствуясь мудрой народной пословицей:

«Чем бы дитё не тешилось – лишь бы ипать не просило».

***

Рисунок 25. M274 A5 ½-Ton 4×4 «Mule» - 16-сильный автомобиль, способный перевезти полтонны, состоял на вооружении морской пехоты США с ноября 1968 года.

Благодаря выросшему из-за военных заказов производству, стоимость «УАЗиков» к 1927 году настолько упала, что практически любой более-менее «справный» крестьянин мог купить его и без всякого кредита.

Это позволило перейти к следующему шагу.

- Кузьма, - говорю я генеральному конструктору АО «Ульяновский автомобильный завод», - ты не забыл главный принцип, исходя из которого, мы с тобой мутили весь этот геморр с «Мотыгой»?

- Нет, не забыл, Серафим: «От простого к сложному».

- Так в чём же дело?!

И мы с Кузьмой, развивая идею «телеги с моторчиком» замутили цельнометаллический «УАЗ-0911»… Ну, почти «цельнометаллический» - так как верхний настил всё равно был деревянный, так как и некоторые другие элементы второстепенной важности.

«УАЗ-0911», для которого был придуман специальный концепт – «автокар», выпускался уже на самом настоящем заводе с несколькими основными и вспомогательными цехами и конвейерной линией.

В 1929 году производство старых деревянных «Мотыг» в самом Ульяновские было прекращено, зато развёрнуто на многочисленных предприятиях в различных регионах страны.

Вообще-то хочу не раскаиваясь в содеянном, признаться: идея «мототелеги» - изначально была нагло уворована у нашего идеологического противника!

На неё меня натолкнул не только забавный самодельный деревянный автомобиль уральского токаря-изобретателя Петюнина, но и не менее забавная - но основательно забытая пиндосовская машинёшка «M274 A5 ½-Ton 4×4», или иначе просто «Mule». Эта, даже на вид – «мототелега», предназначенная для грузоперевозок на военных базах - была разработана и выпускалась небезызвестной компанией «Willys» после Второй мировой войны.

Так вот: чисто внешне, «УАЗ-0911» - один в один этот самый «Мул». Не считая «мелочей» - вроде деревянного настила, более узких шин и торчащий сбоку дымящий цилиндр газогенератора – если автокар был им оснащён.

А вот в устройстве имеются различия.

В основе конструкции автокара лежит трубчатая хребтовая рама со скрытыми в ее полостях трансмиссионными валами и качающимися полуосями. Двигатель мощностью 15 лошадей и резиновый ход, позволяли этому чуду автопрома перевозить 750 килограмм груза со скоростью до 30 километров в час по шоссе и, с вдвое меньшей по пересечённой местности.

Рисунок 26. Грузовик Studebaker LC. Низкопрофильный автомобиль представлял собой самоходную платформу с вынесенным вперед центральным постом управления и двумя продольными скамейками во всю длину. Импровизированную кабину водителя создавал тент кузова с целлулоидными стеклами. Он выпускался в 1941-1943 гг. ТТХ машины: длина – 4,8 м; высота – 1,9 м; колесная формула – 4х4; грузоподъемность – 1.5 т; тип двигателя – «Hercules JXD»; мощность двигателя – 109 л.с; трансмиссия – 5-ступенчатая коробка передач; максимальная скорость – 96 км/ч.

Тоже – своеобразная «мототелега».

Для упрощения производства и удешевления стоимости - как можно большее количество деталей и узлов было заимствовано с «Форда-Т»: хотя уже безнадёжно устаревшего, но всё ещё самого массового автомобиля тех лет - который преобладал на российском вторичном рынке, ввозимый в большом количестве синдикатом «Торгсин». Изношенные прежними владельцами, впопыхах разобранные американскими и вновь собранные уже российскими рабочими не самой высокой квалификации, «Форды – сэконд хэнд» - не отличались особой надёжностью, часто ломались и постоянно ремонтировались. Несмотря на то, что каждое второе фордовское «ведро с гайками» - специально ввозилось для «каннибализации», оригинальных запчастей остро не хватало и в ход шли самопальные – изготовленные многочисленными народными умельцами чуть ли не дома, чуть ли не на коленке и, чуть ли не «лысым» напильником.

В Ульяновске, это дело было поставлено на поток: многие из деталей и узлов «Жестянки Лизи», в неисчислимых артелях «Красного рассвета» насобачились производить с достаточно хорошим качеством и сравнительно низкой себестоимостью - сродни фордовским, что ещё больше упростило и удешевило производство автокара.

«Межрабпром», оправдывая своё название, действительно помог навести мосты с соответствующими германскими фирмами и в Ульяновске были построены «Завод пластических масс», «Завод поршневых колец», «Завод автомобильной электроники и свеч зажигания», «Завод зубчатых передач», «Завод резино-технических изделий»…

Чуть не забыл упомянуть «Завод метизов» в Выксе – столице АО «Россредмаш».

Как и планировал – небольшие, но по последнему слову техники оснащённые предприятия с сотней рабочих и специалистов, служащие не столько для выпуска продукции - как образцы для копирования и школами для подготовки кадров.

А вот с «Оптико-механическим заводом» пока не обломилось из-за упёртости руководства «Carl Zeiss», дрожащих за свои технологии…

Ну да, ничего!

Вилли Мюнценберг – Председатель «Межрабпома», работает над этим и, думаю всё же - во время «Гросс-депресняка», который уже не за горами - возьмёт этот бастион.

Да к тому вскоре, я смогу предложить «Carl Zeiss», кое-что своё – «технологии в обмен на технологии», так сказать.

Однако, вернёмся к нашему «Автокару»…

Не мудрствуя лукаво, мы с Домовёнком без изменений применили в конструкции «УАЗ-0911» шины от «Форда-Т», штампованные диски колёс, тормозную систему, электрический генератор и стартер, систему зажигания, фары, маслонасос, радиатор, приборы…

Кое-что ещё «по мелочи», разве всё упомнишь!

Фордовскими были многие элементы двигателя автокара - переделанного в двухтактный «двухгоршковый» оппозит: поршня с шатунами, вкладыши и кое-что прочее по мелочи.

Благодаря низкой степени сжатия (4,25:1) двигателя, автокары могли довольно бодро бегать на самых низких сортах топлива – включая, даже керосин на хорошо прогретом двигателе. И, именно за это они ценились - наряду с ремонтнопригодностью кривыми «граблями» вчерашних крестьян.