Танцы теней - Черкасов Дмитрий

— Почему вы так со мной разговариваете?

— А как прикажете с вамиразговаривать? — скривился лауреат.

«Не иначе, объелся демократической прессы, — с грустью подумал капитан. — А с виду умный человек…»

— Сколько было случаев отказа экспериментальной головки комплекса «Игла»?

— Всего за время испытаний? М-м-м... Шесть. — припомнил завсектором.

— Вы помните наизусть?

— Это моя работа.

— Причины отказа?

— Вряд ли вы их поймете...

— А вы попробуйте объяснить...

— Дважды — коррозия зеркал, дважды — отслоение матричного фотоприемника, два раза отказывала автоматика слежения за целью. — устало пояснил лауреат. — В автоматику мы не лезли.

— Можете подтвердить документально?

— Пожалуйста!

Завсектором небрежно бросил на стол журнал учета движения изделий. Нестерович аккуратно выписал фамилии сотрудников, сдававших головки в ремонт.

Больше здесь делать ему было нечего.

— Скажите, — напоследок спросил он, — ведь вы знаете человека, которого я ищу?

— Предположим!

— Обвинения в соучастии не боитесь?

— Я вас не боюсь! — лауреат гордо расправил узкую впалую грудь.

— Это правильно, не надо нас бояться, — вздохнул Нестерович. — Но, если вдруг вам придет в голову рассказать кому-нибудь о моих вопросах, это будет чистейшей воды соучастием в преступлении. Я вас как официальное лицо предупреждаю. И подписку мне в этом извольте дать сейчас же.

В цехе ремонта Нестеровичу без проволочек объяснили, что зеркала и приемники заменяются новыми, а вышедшие из строя просто выбрасываются.

— Вот сюда! — ткнул пальцем пожилой балагур в огромный контейнер.

— И отсюда каждый может их взять?

— А кому они нужны? Барахло! В хозяйстве их никак не приспособишь...

«Зато ими можно подменить исправные элементы. — подумал капитан. — То-то у них все парные отказы…»

— А автоматику куда?

— На нее посылается рекламационный акт в Коломну. Приезжают их представители, разбираются… Но по этим, несерийным, никто не приезжал. Они сразу принимали рекламацию и просили им отправлять. Изделие сырое, штучное — нет смысла упираться.

— Вы сразу отправили? — спросил въедливый Нестерович.

— Первая голова долго лежала. Все оказии не было... Потом уж, когда второй отказ был, обе нарочным и отвезли. За их счет, конечно.

— А где хранились?

— В подсобке у меня. Там стеллажик есть отдельный. Хотите, покажу?

Подсобка и стеллажик были доступны, как девушка на Старо-Невском проспекте.

— А как вы думаете, этот подвес в Коломне как-то разбирают, или тоже сразу выкидывают?

— Не могу сказать, — бригадир пошевелил косматыми седыми бровями. — Степень интеграции у них высокая… дешевле новый сделать, чем неисправный починить. На драгметаллы сдают, наверное... Мы посеребренные зеркала тоже сдаем.

Выписав даты отправки рекламаций, просмотрев приемо-сдаточные ведомости на бракованные устройства автоматики, Нестерович покинул некогда шумные, а теперь безлюдные и темные коридоры КБ «Аметист». Его моложавая спортивная фигура привлекала внимание: средний возраст сотрудников зашкаливал далеко за пятьдесят.

У ворот его поджидал, прохаживаясь, темный как туча, Сан Саныч Шубин.

— Генерал звонил, попросил подхватить тебя по пути. У него всего полчаса для нас.

Они сели в машину заместителя начальника ОПС.

— Как ваш разведчик? — сочувственно спросил Нестерович.

— Никак. — нервно ответил Шубин, выруливая на трассу. — Жив, в реанимации. Оперативную работу ему придется оставить… Сердце у нас нужно здоровое. А у него — надвое располосовано... Спасибо ребятам из Военно-медицинской, другие б не вытащили…

— Где вы вертолет так быстро добыли, Сан Саныч?

— МЧС одолжил… По старой дружбе. Мы когда-то помогли им вычислить, куда пропадают их гуманитарные поставки...

— Вычислили воров?

— Их далеко искать не надо было… Взять их не разрешили, предупредили только. Но воровать перестали.

— Здесь — перестали.

— Пожалуй. — согласился Шубин.

— Взяли того, кто ранил разведчика?

— Нет. — хмуро ответил Сан Саныч. — Неопознанный труп с огнестрельным ранением нашли в парке — и все.

— Ну, и хорошо. — кивнул Нестерович.

Оба понимали, о чем идет речь.

— Что будете делать с Гатчиной? — спросил капитан, разложив на коленях листы, готовясь к докладу у Сидорова. — Я по ней почти закончил. Можно поставить этот РОВД на уши. Скоты...

Шубин некоторое время молчал, уверенно ведя машину, вытягиваясь, чтобы достать педали. Поморщился, ответил почти мечтательно:

— Месть — это блюдо, которое подают холодным. Я сменил там наряд, поставил пока группу Снегиря... Они у меня все сядут. Кто раньше, кто позже… Все до единого — и по крупному.

— Да вы страшный человек! — засмеялся Нестерович. — Вот уж не ожидал!

— Я — бич Божий и меч Господень. В одном флаконе. — очень серьезно ответил маленький Шубин. — Я уже старый и тороплюсь увидеть хоть немного справедливости. До пенсии три года — как раз времени хватит. Мне еще сегодня с женой Арцеулова встречаться...

Сидоров встретил их оживленно, протянул Шубину лист бумаги с надписью «Гр-А-Ни-Т»:

— Григорий-Алексей-Нина-Тимур! «Гранит»! Они зашифровали свои имена в название плана! Фраера дешевые!

Рослый Нестерович заглядывал через плечо.

— Григорий — это Пивненко, с авиаремонтного, Алексей Чагин — час назад с ним разговаривал на «Аметисте»… Тимур Дербенев из ГОИ, Нина Дресвянкина — из ЛОМО. Похоже!

— По Дресвянкиной — нет контактов. — брюзгливо сказал Сан Саныч. — Эти трое вчера кутили в казино «Вавилон», а по женщине ничего нет.

— Так найдите! — вскричал Сидоров, любуясь своей находкой.

— Это заказ? — Шубин сложил губки куриной гузкой. — На заказ не работаем. Контакты или есть, или нет... И почему обязательно Нина? Это может быть Николай, Никодим, или вообще два имени. Наталья и Илья, Натан и Игнат...

— Потому что Нина есть в деле, а Николая, Натана и Ильи нет, — Сидорову было жаль отказываться от столь изящной придумки.

— Генеральская логика... Сейчас нет — завтра будет. Может, это Николай уехал вчера с Московского вокзала.

Сидоров обиженно наставил на Шубина белый холеный палец.

— Насчет логики — не забывайтесь, товарищ полковник. Генерал — он и в Африке генерал. Ты у меня в кабинете, между прочим... И неизвестного твои ребята упустили! Даже заснять не смогли. Ищи теперь ветра в поле. А без него цепочка неполная.

— Подельники сдадут! — равнодушно махнул рукой Сан Саныч, думая больше о раненом Волане, которого вчера сам помогал загружать в вертолет «чрезвычайки» на глазах у изумленного экипажа скорой помощи. — А в Питере двадцать три организации с названием «Гранит».

— С чего ты взял? — оторопел Игорь Станиславович.

— Справочник «Весь Петербург» полистал. — набычился Шубин.

— Есть соображение! — Нестерович вклинился в битву титанов. — Разрешите?

Сжато изложив проработанную версию хищения, капитан подытожил:

— Таким образом, «Игла» собиралась по частям и пока неизвестно, где достали сам ракетный ускоритель со всеми принадлежностями... Вчера это мог быть человек, доставший именно эту часть. Он мог быть из Тулы, или из любой воинской части — приехал, получил свою долю и уехал. Тогда мы его не найдем... Но головку самонаведения тоже собирали по частям, причем в учтенных изделиях подменяли исправные компоненты неисправными. Я думаю, из двух устройств автоматики, уехавших в Коломну по рекламации, одно было исправно и потом вернулось назад, в Питер. И если это был человек из Коломны…

— Ты понял? — обратился Игорь Станиславович к Шубину. — Срочно снаряжай своего глазастого орла в Коломну. Пусть сидит там, сколько надо, пока всех не пересмотрит. Ты подготовь рекомендации, — повернулся генерал к Нестеровичу, — с каких отделов завода начать в первую голову, чтобы зря там не светиться.