Когда враг с тобой - Алексей Наст

Матросы, объясняя на своём языке угрозу, буквально подволокли Бориса к люку. Тот, недоумённо глядя на Кондрата и пожимая плечами, продолжая жевать, послушно спустился по лестнице. Следом спустился Кондрат. Да, здесь было не так жарко, но зато давила нестерпимая духота.

Люк над головой Кондрата вдруг захлопнулся, и наверху лязгнул засов.

— Э-э, там! — опешил Кондрат и долбанул кулаком в люк. — Что за шутки?

Сверху, к щели в проёме, приник лицом один из матросов и шёпотом стал что-то объяснять. Из всей тарабарщины Кондрат понял только несколько раз повторенное: «Пирате». Видимо опасаясь, что в приближающемся судне могут находиться пираты, их спрятали в трюме.

Выругавшись (он предчувствовал что-то подобное), Кондрат прошёл мимо сидящих на полу своих подопечных и открыл дверь каюты. Борис стоял перед широким топчаном, на котором сидели усталые от духоты Карен и Лариса, и пил воду из объёмной пластмассовой фляги. Несмотря на то что в каюте работал небольшой вентилятор, здесь было нисколько не комфортнее, чем у самой лестницы.

— Пираты, — коротко сказал Кондрат.

— Что? — Глаза Карена округлились, а на лице Ларисы отобразилось смятение.

— Приближается какое-то судно, капитан опасается, что на нём могут быть пираты.

— Надо узнать точнее. — Карен собирался подняться, чтобы идти к капитану.

— Нас заперли здесь на всякий случай.

— Заперли?

— Ну.

— Идиотизм.

— Что все мы здесь — вот идиотизм, — неожиданно отозвался Борис, вытирая рот и закручивая флягу.

— Помолчи. Всё твой Данилов, — проворчал Кондрат. Оттолкнув Бориса, он уселся на топчан, потеснив Ларису.

— Точно пираты? — спросил Карен.

— Не знаю. Подождём — узнаем. Может, обойдётся. Капитан предупреждал, что, если случится такое, он сам всё разведёт, нам надо сидеть тихо и ни во что не вмешиваться.

Лариса залезла на топчан с ногами, произнесла испуганно:

— Просто не верится, что всё это происходит в реальности.

— Из-за тебя всё, — произнёс Карен бесцветным голосом. Несколько часов, проведённых в душной каюте, лишили его любых проявлений эмоций. Даже возможное нападение африканских пиратов казалось ему сейчас нереальным, и в душе ничего не ёкнуло. Хотелось просто поскорее доехать до места и сойти на берег.

Двигатель стал работать на медленных оборотах, снижая скорость. Явственно различался шум работы другого двигателя — нежданные визитёры быстро приближались.

Лариса нервно зашептала:

— Если нас захватят пираты, я покончу с собой.

— О-го-го, — без эмоций произнёс Карен. — Что так?

— Вас убьют, а меня будут насиловать эти скоты… С меня хватит! Лучше умереть.

— Как? Сиганёшь в море и быстро пойдёшь ко дну? — съязвил Борис.

Лариса, сузив глаза от злости и глядя в лицо Борису, пояснила ему тем же нервным шёпотом:

— Найду способ.

— Не паникуй раньше времени, — попытался успокоить её Кондрат.

— Не могу! У меня нервы!

— У всех нервы, — так же спокойно заявил Кондрат и опустил свою огромную ладонь на плечо Ларисы. Он действительно считал, что беспокоиться ещё рано, — пока он не увидит чернокожих головорезов с автоматами в руках, он не станет паниковать. Да и потом не станет.

— У всех? — Нервная усмешка исказила лицо Ларисы. Движением плеча она сбросила руку Кондрата. — У тебя нет нервов. Ты бесчувственный болван и убийца. Я до сих пор вижу перед собой картину, как ты убил беззащитного Эдика.

Карен в ответ на эту тираду беззвучно рассмеялся, качая головой, а Кондрат обиженно засопел.

Двигатель совсем смолк, и какое-то время баркас двигался по инерции. Катер визитёров подошёл к самому борту баркаса, и послышался шум — по палубе заходили люди, раздался громкий крик. Кричали несколько человек сразу.

Бах! — глухо хлопнул выстрел, словно на деревянный пол уронили что-то тяжёлое, но мягкое.

Лариса в ужасе прижалась к Кондрату, вцепившись в его локоть.

Кондрат и Борис напряглись, посмотрели друг на друга — неужели правда произошло нападение пиратов? А они заперты в трюме и беззащитны.

Карен устремил взгляд в закрытую дверь каюты, потом посмотрел на Бориса и Кондрата, в недоумении округлил глаза.

— Что это? Выстрел, что ли?

— Вроде того, — отозвался Кондрат.

Дверь каюты резко отворилась — несколько людей Карена просунулись в проём.

— Там что-то происходит не то… — кивая наверх, встревоженно произнёс Сани.

Увидев тревогу и смятение на лицах подопечных, Кондрат вдруг обрёл уверенность.

— Не глухие.

Он резко встал и, раздвинув людей, протиснулся из каюты в коридор, чуть суетливо прошёл к лестнице. Приложив палец к губам, потребовал не шуметь, но и так все затаились, словно мыши, почуявшие кота.

По палубе, всё так же громко, но уже значительно спокойнее разговаривая, прохаживались люди. Катер визитёров (по звуку мотора было понятно, что чужое судно являлось быстроходным катером) отошёл, двигатель баркаса снова затарахтел, и тот начал движение.

Кондрат смотрел на своих людей и не знал, что предпринять. Было ясно, что несколько визитёров с катера остались на борту баркаса. Но что происходило на палубе, было непонятно. Раздавались шаги, мерно работал двигатель, иногда звучала короткая арабская фраза — и всё. Может быть, следует постучать в люк и потребовать объяснений? А вдруг капитан что-то наплёл неизвестным визитёрам, и те совершенно не в курсе, что внизу есть люди.

Подошёл Сани, прошептал, утирая пот с осунувшегося лица:

— Ну? Что?

Кондрат пожал плечом. Может, стоит ещё подождать?

В этой жуткой ситуации, в пыльной духоте и щемящей тишине, они молча переглядывались не меньше получаса, не решаясь что-то предпринять. И вдруг двигатель баркаса снова перешёл на малые обороты, сбавляя скорость, а к далёкому звуку мотора катера прибавился ещё один. Больше оставаться в неведении не имело смысла — наверху происходило что-то, не предвиденное капитаном.

Кондрат решительно поднялся по лестнице на две ступени, сжал кулак, намереваясь громко постучать в крышку люка, но ещё рука его не успела дотянуться, как сверху кто-то уверенно подошёл к люку и с громким лязгом отодвинул засов. Люк откинулся, впуская вниз жару и свежий воздух. Кондрат ожидал увидеть дуло автомата и чернокожего бандита, но это был капитан. Секунду глядя на сжатый кулак Кондрата, он мотнул головой, приглашая подняться:

— Ком!

Кондрат стал медленно подниматься по ступеням лестницы. Как только его голова показалась над палубой и он всё увидел, удар металлического приклада автомата со страшной силой обрушился на его затылок, вырубая сознание. Ему не позволили свалиться вниз, подхватив под мышки с двух сторон, и резко вытянули наверх грузное тело.

Сознание к Кондрату вернулось почти сразу же. Его бросили на палубу лицом вниз — вокруг были вооружённые автоматами африканцы.

Подняв истеричный крик и стреляя в воздух, они полезли вниз, в убежище пассажиров баркаса. И сразу всё стихло. Один из африканцев не позволил Кондрату подняться, уперев дуло автомата ему в затылок.

Кондрат успел заметить, что члены команды баркаса и капитан были веселы и нисколько не опасались людей с автоматами. Капитан вернулся в рубку, двигатель баркаса снова взял высокие обороты — вдалеке виднелся обширный африканский берег, а вокруг баркаса кружили на высоких волнах два катера, полные чернокожих мужчин, вооружённых автоматами и винтовками М-16. Пираты. Всё-таки пираты. Происходящее оптимизма в душе Кондрата не вызывало — впереди был плен, лишения, издевательства и, возможно, смерть.

Рядом с Кондратом уложили на палубу Сани. Его лицо уже было разбито в кровь. Сани повернул голову к Кондрату и улыбнулся, сплюнув кровь на палубу. Следом уложили невозмутимого Бориса, Карена и всех остальных. А после раздался оглушительный визг Ларисы.

Кондрат невольно подобрался — неужели её начали насиловать? Она как чувствовала, что ей достанется больше остальных.

Но крик оборвался, и боковым зрением Кондрат увидел, как её выволокли из люка и, толкая в спину, усадили на палубе под полотняным навесом у капитанской рубки. Лицо Ларисы было бледное, но выражало решимость сопротивляться до последнего.

Кондрат в это мгновение пожалел эту стервозную и никчёмную женщину — судьба не уставала «оплачивать её счета».

Искоса наблюдая за происходящим, он заметил, что капитан иногда перебрасывался отдельными фразами с вооружёнными чернокожими сомалийцами. Казалось, он даже руководил ими — они слушались его замечаний. Вдруг догадка обожгла мозг Кондрата — не сам ли капитан организовал нападение, заранее связавшись с пиратами, и привёз живой товар в руки своих африканских подельников! От бессильной ярости Кондрат застонал, за что тут же получил пинок босой ноги в бок. Обернувшись к обидчику, он увидел весёлое, смеющееся лицо молодого парня, сжимавшего автоматическую винтовку. Юный пират ободряюще кивнул ему и тут же снова пнул в бок и толкнул стволом в голову, заставляя смотреть в пол.