Как же трудно быть богом. - Виктор Андреевич Петров

class="p1">Я позволил всему этому продолжится, и вернулся домой. Лучшее что я мог сделать и в этой ситуации — это поспать перед свиданием.

Проснувшись и подготовившись, я вышел из нашего особняка на холме. К тому времени сестра вновь что-то колдовала в своей комнате. А старый слуга всё ещё где-то шлялся. Я оставил Филиппа охранять дом, а сам отправился к пекарне.

Пора насладиться романтикой.

Девушка уже закончила свои дела, и встретила меня широкой улыбкой. Она переоделась в шикарное светлое платье. и кажется была готова на все сто. Она извинилась за то, что закончила так поздно. И мы отправились гулять по сумеречному городу.

Что может быть приятнее тихих летних вечеров в небольшом городке!? Зелень шуршание листьев, птички и запахи цветов, легкие отблески надвигающейся грозы где-то за пределами видимого горизонта, что прольется тяжелым дождем через полтора часа. В общем я ни о чём не беспокоился и наслаждался моментом, всё шло естественным путем по плану.

В какой-то момент мы встали под пышным деревом на берегу реки, и смотрели как последние лучи заходящего солнца играют в кронах деревьев на противоложном берегу. Летняя жара схлынула, и теплый ветер нежно нас обнимал. Где-то слева совсем близко стрекотали кузнечики, исполняя свои брачные танцы.

Я расслабленно гладил руку девушки, ощущая пальцами как в ответ на мои прикосновения на её гладкой коже возникают мурашки.

Она смотрела куда-то вдаль.

Дыхание ее было медленным и тяжелым. Она замерла, целиком обратившись в чувствование. Моя рука продолжила ее гладить, постепенно позволяя себе все больше. Мои пальцы нежно коснулись ее шеи. Девушка поджала губки, дыхание ее участилось.

Ее ушки покраснели, а на щеках медленно стал возникать румянец. Я мягко коснулся ее подбородка и приподнял его вверх. Ее глаза встретились с моими, и я ее поцеловал. Наш поцелуй похоже длился целую вечность, постепенно мы распалялись.

В конце концов она не выдержала и застонала.

В парке никого не было, и мы сделали это прямо там. Как грязные животные. Прямо на коврике, что я захватил с собой. Я же говорил, что все идет по плану!? Мы оба сполна насладились близостью.

Было легко на душе и хорошо, никакие гормоны больше не отвлекали меня. Рядом с шла Женя, она тоже была довольна и смотрела на меня влюбленными глазами. Мы сразу друг другу понравились, мне импонировала самостоятельность девушки и самоотверженность, с которой она приступает к любому делу.

Она одна занималась пекарней, и выживала в этом непростом деле. А девушка была без ума от моих манер, я чувствовал, когда надо быть грубым, а когда нежным, прикосновения, взгляд, мелодия и ритмика голоса. Я играл ее телом, как на музыкальном инструменте, играл мелодию к которой так стремилась её противоречивая душа.

Я чувствовал ее и понимал, и это её безумно притягивало. Ну и что тут сказать, девушек ко мне всегда тянуло. Я проводил девушку до пекарни, оказывается спала она тоже там.

Она сначала отнекивалась на моё предложение проводить её до дома, Но затем сдалась и с большой долей стеснения сообщила что спит там же где я работает. Я предложил заглянуть к нам, но она сделала большие глаза, словно кто-то её за это сожрёт, и отказалась.

В центре мы проходили мимо одного большого магазина и оттуда вышла девушка, она уставилась на меня затем перевела взгляд на Женю и злобно усмехнулась. Я пригляделся и понял, что это та самая девушка, дочь купца, с которой на минуточку у меня не самые хорошие отношения

Мы прошли дальше.

Ты знаешь её? - спросил я

-Лучше бы не знала -хмуро ответила Женя- Её отец ссудил мне кредит.

Я глубоко вздохнул.

-Слушай если возникнут проблемы по этому вопросу, просто скажи мне

-Хорошо - ответила девушка– Они могут возникнуть?!

-Возможно -уклончиво ответил я- Всякое нынче возможно.

Посреди ночи я свернул через одну из подворотен и оказался совсем близко к дому. До моего особняка на холме оставалось пять минут быстрого шага.

Но как только я шагнул в темный проем забора, как мне навстречу бросилась тень.

Если бы не моя привычка быть всегда настороже, сформированная годами самых опасных приключений, то быстрая тварь разорвала бы меня в клочья за долю секунды.

В момент атаки я отклонился корпусом влево. Буквально в миллиметре от моего правого уха лязгнули челюсти. Меня обдало запахом серы и горелой шерсти.

Характерный и очень узнаваемый запах. Можно сказать, визитная карточка одних весьма неприятных монстров.

Я кувырнулся влево, и повернулся лицом к молчаливой твари.

Почти всё тело скрывала мгла, выдавая силуэт большой собаки. Никаких звуков также от неё не исходило. Она молча смотрела на меня красными огнями глаз, в них плескалась яростное первобытное пламя ада.

Я почувствовал, как правую руку обожгла боль, кажется, меня успели поцарапать, рубашка мгновенно прилипла к телу, напитываясь кровью. Порез глубокий и весьма опасный.

Впрочем, рукой шевелить я всё ещё мог. Мысли носились в голове со скоростью гоночного болида. Подсказывая разные варианты выхода.

Первым делом никогда не показывать страх.

Я сделал шаг вперёд.

Гончая не бросилась в этот момент мне навстречу, а сощурила глаза и вся напряглась. Адские гончие не глупые твари. У них есть инстинкт самосохранения. Сейчас она смотрела на меня и оценивала исходящую угрозу.

Это позволило мне выгадать несколько лишних мгновений.

Ситуация не из самых приятных. Я без оружия, без брони, без группы поддержки, а прямо напротив меня стоит монстр практически мастерского уровня силы.

Чтобы жахнуть по нему чем-то серьёзным у меня тупо не хватит энергии, это как стрелять из гаубицы используя спичечную серу в качестве пороха. Если расшифровать какое-нибудь боевое заклинание текущего уровня, это скорее только раззадорит адскую гончую.

Впрочем, за размышлениями времени даром я не терял.

Левой рукой я вывел истинный символ жизни на порезе и щедро влил туда энергию. Негоже стоять перед с собакой и истекать кровью как свинья. Порез мгновенно затянулся, оттуда с шипением пошел пар.

Гончая с интересом смотрела на меня всë еще оценивая уровень угрозы. Она поняла, что эффект неожиданности сошел на нет и теперь никуда не торопилась.

Я не стал её разочаровывать.

Начертил на груди истинный символ света и снова щедро дел туда энергию. На все махинации ушло уже больше половины от общего количества. Меня начало окутывать мягкая белое сияние. Белый свет разгорался всё ярче,