Кот особого назначения - Наталья Александрова

Та самая видеозапись, которую они с Маркизом украли в поезде «Петербург-Москва.»

Имя одного из мужчин она уже выяснила. Это Алексей Иванович Казаркин, бывший директор НПО «Мезон». Ныне покойный, и есть все основания подозревать, что он уже был мертв, когда велась видеозапись.

А теперь она своими глазами увидела второго – того, кто тащил на себе покойного Казаркина по коридору той самой ночью… тащил его, скорее всего, уже мертвого…

Лола сидела, взволнованно глядя на закрывшуюся за мужчиной дверь подъезда.

Кажется, она подобралась вплотную к разгадке. Нужно срочно сообщить обо всем Маркизу. Тут он позвонил ей сам – очень кстати.

– Ну что, наша девушка добралась до дома в целости и сохранности, – доложил он, – я проводил ее до подъезда, – она еще с соседкой поговорила о погоде. Хотел я ее предупредить, чтобы не связывалась с той бабой, а лучше увольнялась бы от греха подальше, но как-то случая не представилось…

– Слушай, это он, тот самый тип! – выпалила Лола, которой надоело слушать ерунду.

– Какой тип?

– Ну, он ее любовник!

– Дорогая, ты не могла бы выражаться яснее? – кротко спросил Маркиз. – Видишь ли, раз уже теперь в нашем тандеме ты – мозговой центр и ты командуешь парадом, то следует научиться четко выражать свои мысли и толково ставить задачи.

Лола тихонько скрипнула зубами – когда-нибудь у нее лопнет терпение, и она обязательно Леньке отомстит.

– Что тут непонятного? – она сделала вид, что удивилась, – этот человек, который на кассете, именно он – любовник госпожи Казаркиной, бывшей жены, то есть теперь вдовы директора Казаркина!

– Так я и думал… – пробормотал Леня, – значит, этот Сергей Петрович – управляющий банком, и он же тащил на себе мертвого директора. Так выходит, что он его и убил, а потом представил дело так, что директор сам окочурился у себя в кабинете! Лолка, думаю, мы вычислили нашего заказчика! Этот самый Сергей Петрович, управляющий банком!

«Мы, – усмехнулась мысленно Лола, – мы вычислили! Мы пахали! Не „мы“, а я!»

– Эх, нужно бы с этой самой секретаршей поговорить, – сокрушался Леня, – зря я ее упустил!

– Слушай, да дай же мне сказать, – закричала Лола, – ведь это ужас что такое! Именно сейчас они договариваются, как ее убить!

Тут Лола, не дожидаясь расспросов, быстренько передала все, что ей удалось подслушать из телефонного разговора.

– Понимаешь, эта Алла так забеспокоилась, что ее машину видели у банка! Просто затряслась вся! Слушай, может они вдвоем ее муженька угрохали, а? Конечно глупо это, но возможно случайно все вышло… И эта идиотка Валентина не нашла ничего лучше, как шантажировать Аллу!

– Плохо, секретарша нам еще понадобится. Вот что, Лолка, хватай машину и дуй сюда, нужно секретаршу предупредить. Если я начну к ней в квартиру ломиться, она еще милицию вызовет. А тебя она вспомнит!

– Вспомнит! В таком виде! – простонала Лола.

– Не тяни время! – строго сказал Леня и отключился.

В ближайшем общественном туалете Лола смыла жуткий макияж и сняла пепельный парик. Посетительницы посматривали на нее, но Лола делала вид, что не замечает косых взглядов.

Леня изнывал в машине.

– Ты что – пешком всю дорогу шла? – сердито прошипел он, когда Лола постучала в окно машины.

– Отвяжись! – рявкнула Лола. – Как тут – все тихо? Никто подозрительный в подъезд не входил?

– Откуда я знаю, кто подозрительный? Никто с автоматом или с бомбой не входил. А там уж как придется. Да Валентина, должно быть, спать пораньше легла. Или телевизор смотрит, у нее свет не горит.

Все это Маркиз бормотал уже на лестнице, пока они поднимались. Однако на площадке третьего этажа, где находилась квартира Валентины Васильевны, он стал серьезным, начал настороженно крутить головой и поводить носом, потом тихонько приблизился к двери и подергал ее. Дверь была заперта.

Лола потянулась к кнопке звонка, но Маркиз схватил ее за руку.

– Стой!

– Ты чего? – девушка недоуменно покосилась на своего компаньона. – Какая муха тебя укусила?

– А ты принюхайся, – вполголоса проговорил Леня.

Лола потянула носом. Из-за двери явственно тянуло запахом кухонного газа.

– Они на это и рассчитывали, – сказал Леня, вставляя в замочную скважину универсальную отмычку, – что кто-нибудь придет, позвонит, газ взорвется от электрического разряда, и все следы их посещения уничтожит взрывом… все будет списано на несчастный случай…

– Да кто они? Ты же сказал, что никого подозрительного не видел! – ехидно напомнила Лола.

– Значит, я ошибался, – спокойно сказал Леня, и Лола сразу притихла.

Она знала, что Ленька признается в собственной ошибке, только если дело очень серьезно.

Замок негромко щелкнул, и дверь открылась.

– Отличная вещь, – проговорил Леня, убирая отмычку в карман, – с любым замком за минуту справляется!

Он достал из кармана носовой платок, закрыл им лицо и быстро вошел в квартиру. Лола двинулась следом. Она старалась не дышать, но глаза сразу защипало, и горло запершило от заполнявшего квартиру газа. «И как это соседи ничего не почувствовали?» – думала она.

Леня бегом добрался до кухни, закашлялся, распахнул окно и высунулся в него, чтобы отдышаться. Придя в себя, он повернулся к газовой плите. На полу лежала Валентина Васильевна. Голова ее была засунута в духовку, все краны плиты открыты на максимум. Леня закрутил краны и вытащил несчастную женщину на середину кухни.

Лола почувствовала головокружение и тошноту. Перед глазами замелькали цветные пятна. Она подошла к окну и свесилась наружу, глотая свежий воздух, как умирающий от жажды глотает воду, преодолев безжизненные пески и добравшись наконец до колодца. Отдышавшись, она повернулась и подошла к Лене, который склонился над бесчувственным телом Валентины.

Бывшая секретарша не подавала никаких признаков жизни. Ее лицо приобрело ужасный серо-голубой оттенок, который не вязался с представлением о живом человеке. Кажется, она уже не дышала, но прижав пальцы к ее шее, Леня уловил едва ощутимое биение пульса, неровное и слабое.

Он резко надавил на грудную клетку женщины, но тщетно, дыхание не восстанавливалось. Леня повторил свою попытку еще несколько раз, но тоже безо всякого успеха.

– Может быть, вызвать «скорую»? – предложила Лола.

– Не успеют, – Леня покачал головой, – пока они доедут, она точно умрет!

Он снова наклонился над Валентиной и попробовал сделать ей искусственное дыхание по методу «рот в рот».

Со стороны это выглядело почти непристойно, напоминая странный поцелуй.

Валентина по-прежнему не подавала никаких признаков жизни.

– Подай мне какой-нибудь электроприбор, только быстро! – приказал Леня, подняв голову, – тостер, кофеварку, что угодно!

Лола схватила первое, что попало ей под руку. Это оказалась кофейная мельница.

Леня резким, сильным движением оборвал провод, стащил с ног Валентины черные трикотажные носки и прижал к ее ступням неровные концы оголенного провода.

– Включай! – крикнул он нетерпеливым, злым голосом, которого Лола никогда у него не слышала.

Лола послушно воткнула вилку в электрическую розетку, и тут же тело Валентины мучительно дернулось, выгнулось крутой дугой, и она хрипло вздохнула.

Леня поднялся на ноги, тяжело переводя дыхание. Он и сам выглядел сейчас не лучшим образом.

Валентина еще раз хрипло вздохнула и открыла глаза.

– Что случилось? – проговорила она, удивленно глядя на Лолу и Маркиза. – Где я? Почему я лежу на полу? Кто вы такие?

– Не волнуйся, – Лола наклонилась к ней, помогла встать и подвела ее к дивану, – хорошо, что мы успели вовремя…

– Как пахнет газом… – проговорила женщина, удивленно оглядываясь по сторонам, – а как вы сюда попали?

– Дверь была открыта, – ответила Лола, чтобы не пугать чудом спасенную женщину, – к счастью…

– А я тебя знаю, – Валентина настороженно смотрела на свою спасительницу, – ты ведь Ольга…

– Не волнуйся, не волнуйся, – Лола прикрыла женщину пледом, – сейчас тебе нужно отдохнуть… ты чуть не отравилась насмерть… газ был открыт, а окна заперты…

– Боже мой! – Валентина снова побледнела, – я ничего не помню… кажется, я подошла к двери, а потом – провал…

– Никогда не открывай двери незнакомым людям! – назидательно проговорила Лола, растирая спасенной руки, – нас могло не оказаться поблизости…

Лицо женщины понемногу оживало, розовело, дыхание становилось ровнее и глубже.

– И почему-то очень болят ступни, – проговорила Валентина, поморщившись, – как будто я ходила по углям…

– В каком-то смысле так оно и было, – отозвался Маркиз, пряча в ящик стола оторванный от кофемолки провод.