Приходи домой пораньше - Алина Гуляева

на день. Рутинные задачи, на которые сегодня почему-то не хватало сил.

Больше всего на свете хотелось остаться дома. Просто лежать и чтобы никто тебя не беспокоил. Как жаль, что мой синдром отличника не может себе такого позволить.

За окном послышался резвый собачий лай. Так громко, как будто в метре от меня. Точно, я же забыла закрыть окно! Когда-нибудь оставлю его на проветривании, а потом не досчитаюсь половины вещей.

Во дворе Антон в том же тёмном капюшоне бросал мячик энергичному Смурфику. Пёс бегал туда-сюда, не давая игрушке укатиться слишком далеко. Но парень, кажется, не разделял его веселья, лениво принимая мячик из зубов Смурфика и бросая его снова.

«Нужно собираться», — одёрнула я себя и закрыла окно.

* * *

— Ты мне расскажешь наконец, что случилось? — эта фраза прозвучала, наверное, раз седьмой за сегодняшнее утро.

Видно было, что Дарина злится. А я упорно не хотела говорить с ней о Максиме.

— Если ты мне сейчас скажешь, что не пошла на свидание… — в ход пошли угрозы.

— Я пошла, — осадила её в начале фразы, чтобы не дожидаться плана собственного убийства с жестокими пытками.

Дарина может. Проверено не раз.

— И что? — никак не унималась подруга.

Иногда она бывает невыносима.

— Следующего свидания не будет точно, — отрезала я. — Как и моих последующих занятий в этом фитнес-центре.

Лицо девушки вытянулось в недоумении.

— Что, всё настолько плохо? — осторожно уточнила она. — Он дотошный зануда?

О, знала бы ты, как далека от правды!

— Лучше бы он был таким, — поморщилась, почти реально ощущая на щеке его фантомное дыхание.

Мне нужен психолог. Причём очень срочно.

— Да ты можешь нормально объяснить, что произошло? — вспылила Дарина.

Всё, моё терпение лопнуло.

— А ты можешь понять, что я не хочу об этом говорить? — не осталась в долгу я.

Терпеть не могу такое наглое нарушение личных границ!

— Вот как, значит? И это ты считаешь настоящей дружбой? — тут же нахмурилась девушка.

— Есть вещи, о которых не хочется рассказывать даже маме, не то что друзьям, — попыталась спокойно объяснить я, но Дарина меня уже не слушала.

Демонстративно закинула на плечо сумку, забрала со стола телефон и, даже не глянув в мою сторону, быстрой походкой покинула буфет.

Ну нет, обижаться я ей не дам! Тем более, что моей вины в нашей размолвке нет.

— Стоять, подруга, — догнала я её уже у лестницы. — Ты понимаешь, что сейчас мы ссоримся буквально из ничего?

— Когда у тебя вдруг появляются от меня секреты — это, по-твоему, ничего? — обернувшись, она смерила меня возмущённым взглядом.

— У меня нет никаких секретов, — раздражённо выдохнула, стараясь держать себя в руках. — Но есть ситуации, о которых не хочется даже вспоминать, не то что рассказывать.

— Что такого ужасного может произойти на свидании с симпатичным парнем? — воскликнула Дарина.

— Поверь мне на слово, может, — витающей вокруг меня тревожностью можно было изгонять злых духов. — Ты обязательно обо всём узнаешь, но позже. Сейчас мне нужно прийти в себя.

— Смотри мне. Ты пообещала! — тыкнула пальцем мне в плечо, но уже улыбаясь.

Конфликт исчерпан.

— Слово пацана, — усмехнулась я и бросила взгляд на часы. — Ты в курсе, что сейчас нам нужно бодрой походкой маршировать на пару? И так уже прилично опаздываем.

— Боишься, что всю красоту и харизму без нас разберут? — прищурилась подруга.

Я закатила глаза.

— Почему ты всё время упускаешь из внимания строгость? — пробурчала, перешагивая ступеньки на лестнице через одну.

Скорость — моё второе имя. Первое, кстати, черепаха.

* * *

В аудитории стоял взволнованный гул. Студенты увлечённо перешёптывались, искоса поглядывая на сидящего за столом преподавателя. Высокого, темноволосого, в костюме-тройке и с галстуком. На вид довольно солидный.

Губы мужчины были сжаты в тонкую полоску, когда он размашисто ставил свою подпись в журнале. Судя по всему, настроен серьёзно. Или, может, просто волнуется.

Наконец он резким движением отодвинул бумаги в сторону и встал из-за стола.

— Здравствуйте, студенты, — пробежался взглядом по аудитории.

Мы синхронно кивнули.

— Меня зовут Дмитрий Станиславович, я ваш новый преподаватель экономики, — представился, поправляя манжет пиджака.

Между прочим, голос очень приятный. Мягкий, с лёгкой хрипотцой. Выбивается из образа. И это проблема, потому что под такой тембр сложно будет не заснуть на лекциях.

— Кто староста группы?

— Я, — подал голос Витя с первой парты.

Глаза преподавателя метнулись в его сторону.

— Как вас зовут?

— Виктор Исаенко.

— Виктор, отметите отсутствующих после пары, пожалуйста, — получив от парня кивок, он снова обратился к нам. — С остальными будем знакомиться во время лекций. Есть вопросы?

— Дмитрий Станиславович, а сколько вам лет? — мелодично поинтересовалась София, поправляя длинные локоны.

Наша знаменитая обольстительница. Сегодня постаралась даже больше обычного. Полупрозрачная кофточка, колготки в сетку, яркая помада с контуром чуть ли не на подбородке. Впечатляет.

— Она могла бы вообще блузку не застёгивать. Зачем париться с пуговицами? — прошипела мне на ухо Дарина.

— Зато с макияжем явно не парилась. Упала лицом в косметичку — и готово, — хихикнула я.

Красотка, хоть сейчас можно в ЗАГС.

Вот только преподаватель, кажется, её образ не оценил.

— Вы бы лучше поинтересовались, сколько лет было Ксенофонту, когда он впервые использовал слово «экономика» в своём трактате, — смерив девушку недовольным взглядом, парировал он.

— Ну, скажите хотя бы год рождения, а мы сами посчитаем, — не унималась София.

Совсем бессмертная, что ли?

— 1864, - последовал лаконичный ответ.

В смысле? Это он здесь бессмертный?

Хотя никогда нельзя исключать вариант «вампир». Тогда это объясняет наличие у него молодости и красоты.

— Что? — тут же растерялась София.

— В 1864 году в науке возник термин «инфляция», о чём мы и поговорим на сегодняшней лекции, — пояснил Дмитрий Станиславович.

Судя по надувшимся губкам, девушке этот рандомный факт не понравился. А вот судя по дёрнувшемуся уголку губ преподавателя — ему нравилось побеждать в схватках со студентками.

— Открываем тетради, записываем тему, — скомандовал Дмитрий Станиславович как ни в чём не бывало.

— Он действительно профессионал, — вздохнула я. — С таким на поблажки можно не надеяться.

* * *

Пары закончились поздно. По расписанию пятница и так была загруженным днём, а тут ещё эта пресловутая экономика. Такими темпами начало рабочей недели я буду ждать сильнее, чем окончание. Понедельник явно уступает пятнице по степени распада на атомы студенческих нервов.

Я вошла в темноту квартиры, на ощупь сняла ботинки, кинула ключи на комод и внезапно почувствовала страшную усталость. Вот так, в одно мгновение, из меня словно вытащили все силы, и я превратилась в обмякшую тряпичную куклу.

Обессиленно прикрыла глаза и сползла по стенке прихожей.