Энциклопедия мировых сенсаций XX века. Том №2. Ошибки и катастрофы - Найджел Бланделл

поймать убийцу, стали создаваться группы граждан-мстителей. Когда в Бруклине, например, попался хулиган с револьвером большого калибра, толпа чуть было не повесила его на фонарном столбе. Полиции стоило немалого труда спасти парня от рук готовых на все линчевателей-добровольцев.

А тут еще подоспели дни, когда все — от завсегдатаев замызганных баров Бронкса до посетителей элитных бизнес-клубов Манхэттена — обратили внимание на календарь. Запуганные жители Нью-Йорка задавались вопросом: будет ли "Сын Сэма" "отмечать" черную годовщину своего первого нападения 29 июля 1976 года?

Берковиц, конечно, был мерзавцем, но отнюдь не дураком. Он отлично понимал, что каждый полицейский будет в эту ночь начеку. Поэтому он не стал устраивать никаких кровавых "празднеств" по поводу своего "юбилея".

Но его болезненная жажда крови не могла долго оставаться без удовлетворения.

Берковиц отметил "знаменательную дату" на следующую же ночь, застрелив Стсйси Московиц и тяжело ранив ее приятеля Роберта Вайолейна, когда они сидели в припаркованной машине в Бруклине.

Нью-Йорк буквально парализовало страхом. Появлялось все больше желающих быстро и на месте расправиться с любым подозрительным человеком, с любым возможным "Сыном Сэма".

Тем не менее время кровавого разгула Берковица неумолимо катилось к концу — в основном благодаря прихоти судьбы и удачному для полиции стечению обстоятельств.

Путь в преисподнюю

Однако кто же был тот человек, о гнусных деяниях которого писали все газеты от одного американского побережья до другого? Появился он на свет незаконнорожденным 1 июня 1953 года в Бруклине, Нью-Йорк. Его усыновила супружеская пара Натан и Перл Берковицы. Это были неустанно трудившиеся "синие воротнички", сделавшие все возможное, чтобы у Дэвида было нормальное детство. В школе он учился не хуже других, чувствовал себя на равных с одноклассниками и товарищами по баскетбольной команде. Однако, как выяснилось потом, никаких сердечных увлечений у него не было, первая мальчишеская любовь обошла его стороной.

Когда Дэвиду было четырнадцать лет, его приемная мать умерла от рака. Для подростка это оказалось трагедией, от которой он не смог полностью оправиться до конца своих дней.

В восемнадцать Дэвид, который с ранних лет обожал униформу, решил податься в армию. Была тому и еще одна причина — парень хотел досадить приемному отцу, который женился во второй раз. Несмотря на запрет отца, Берковиц-младший настоял на своем и в июне 1971 года надел военную форму.

Служил он три года в сухопутных войсках.

Служба Дэвида проходила довольно гладко, если не считать нескольких мелких дисциплинарных взысканий. Кстати, в армии он изменил свои религиозные взгляды и от иудаизма перешел к христианству. Причем перешел настолько основательно, что старался обратить в новую веру солдат-сослуживцев и жителей города, где одно время проходил службу.

Вернувшись в Нью-Йорк поздней осенью 1974 года, Берковиц нанялся охранником в частную фирму. Поселился в квартире приемных родителей. Вскоре после его возвращения в гражданскую жизнь произошли события, которые, возможно, повлияли на превращение рыхловатого, религиозно настроенного молодого человека в свихнувшегося "Сына Сэма". Во-первых, его приемный отец, отношения с которым так и не наладились, вышел на пенсию и уехал во Флориду. Во-вторых, в результате поисков своей настоящей матери Дэвид обнаружил, что он незаконнорожденный.

Это открытие привело к тому, что Берковиц постепенно впал в депрессию и превратился в мрачную личность. В феврале 1976 года, за шесть месяцев до совершения первого убийства, он переехал из своей квартиры в Бронксе в соседний район. Затем оказался в 25 милях от города, в Йонкерсе. Тогда же Берковиц поступил на службу в почтовое ведомство США.

Роковая ошибка

Через десять дней после убийства Стейси Московиц Дэвид, как обычно, сортировал письма в своем почтовом отделении.

А в это время в полицейском управлении Ионкерса раздался телефонный звонок от детектива Джеймса Джастаса из 10-го полицейского участка в Бруклине.

Джастас, ветеран нью-йоркской полиции, занимался выявлением и опросом владельцев автомобилей, которые парковали свои машины рядом с местом убийства Стейси Московиц. Это была скучная и изнурительная работа, однако Джеймс, опытный полицейский, понимал ее необходимость.

Несколько его звонков владельцу четырехдверной модели "галакси" 1970 года выпуска, которая была припаркована в день убийства неподалеку от места преступления, оказались безрезультатными. Поэтому он и решил обратиться к коллегам из Йоккерса с просьбой разыскать владельца этой машины, некоего Дэвида Берковица, и попросить его связаться с 10-м участком.

По телефону Джастас вышел на оператора диспетчерского пульта полиции Ионкерса, женщину по имени Вит Карр. Он объяснил ей суть своей просьбы. И тут полицейскому повезло: оказалось, что семья Вит Карр знакома с Берковицем. Как только детектив назвал эту фамилию, Карр без раздумий заявила: "Он из тех парней, которые вызывают подозрение". Рассказала о странных вещах, которые вытворял этот человек: он застрелил из револьвера 44-го калибра ее собачку, посылал письма с угрозами ее отцу, которого звали… Сэм.

Джастас немедленно доложил об этом разговоре своему начальству. Там его сообщение сначала особого восторга не вызвало: полиция была завалена бесполезной информацией о множестве возможных "сыновей Сэма".

Тем не менее было решено допросить Берковица. И на следующий день детективы Эд Зиго и Джон Лонго отправились в Йонкерс.

Когда они нашли дом на Пайн-стрит, где была расположена нужная им квартира, то заметили у тротуара разыскиваемую машину и подошли, чтобы осмотреть ее. Через окно салона детективы увидели на сиденье охотничью сумку с торчащим из нее прикладом какого-то ружья. Открыв дверцу машины, они нашли в "бардачке" конверт, адресованный Тимоти Дауну, заместителю инспектора полиции, который возглавлял поиск маньяка-убийцы. Зиго вскрыл конверт и достал оттуда письмо, которое Берковиц, судя по всему, намеревался оставить рядом с трупом своей очередной жертвы. В письме маньяк обещал новые преступления, в том числе массовый расстрел посетителей фешенебельного ресторана на восточном берегу Лонг-Айленда.

Так полиция нашла наконец "Сына Сэма".

Зиго тут же вызвал спецподразделение. Полицейские кинулись оформлять ордер на обыск в квартире Берковица. Но никакие формальности в этот день не понадобились.

Около десяти часов вечера из подъезда дома вышел ночной разбойник собственной персоной, одетый в джинсы, коричневые ботинки и белую рубашку с короткими рукавами. В руках он держал бумажный пакет, в котором полиция обнаружила револьвер 44-го калибра.

Берковиц был настолько беспечен и самоуверен, что подошел к машине прогулочным шагом, даже не потрудившись оглядеться. Открыл дверцу, сел за руль, включил зажигание и лишь тогда поднял голову.

Пятнадцать полицейских стволов в упор глядели на него. Раздалась команда: "Полиция! Не двигаться!" Берковиц мрачно улыбнулся и сказал: "О'кей… Вы поймали меня. Что же вы явились так поздно?"

Все, кто присутствовал при аресте Берковица, отмечали, что он