Карачун 3.5 - Алексей Малиновский

загробном мире имел средства к существованию, а не бегал голым бомжом и не позорился среди своих дохлых коллег. А вот зачем нужна оградка? Кусок земли на тот свет не заберешь! У меня, конечно, был своя логичная версия – чтобы ожившие трупы далеко не сбежали. В детстве, придя с семьёй на кладбище, я всегда озвучивали эту идею, за что неизменно получал подзатыльник от деда и наставление : оградка нужна чтобы застолбить землю. «- Ты же не хочешь, чтобы тебя потом на помойке похоронили? Вот, для этого и нужно занимать землю! » Но по-честному - дурацкая традиция, которая портит внешний вид кладбищ и мешает живым, пришедшим почтить память предков.

Второй причиной длительности нашего путешествия, был размер обелиска – он оказался поистине громадным – около десяти метров в высоту и трех в обхвате. Следовательно, первоначальная догадка о расстоянии до него оказалось неверной. Мы шли час за часом, исполин приближался, но все также оставался недосягаем.

Чем ближе мы подходили, тем больше странностей замечали вокруг – захоронения выглядели более ухоженными, а на самих могилках стали появляться дары для мертвецов – конфеты, печеньки и сигареты. Травка и сорняки были выдраны и лежали ровными кучками между свежеокрашенных металлических оградок. Одно не понятно : кто здесь убирается и приносит все эти ништяки? А главное - как они сюда попадают? Впрочем, эта загадка разрешилась неожиданно быстро.

Подняв одну из сигарет, лежащую возле надгробия, Робин озадаченно покрутил ее в руке.

— Что это?

— О! Это любимое средство мизантропов! Поджигаешь, вдыхаешь-выдыхаешь, и вокруг тебя распространяется вонючее облако, раздражающее всех вокруг.

— А! Самокрутки что ли? Так зачем их в толпе курить, если другим не нравится? Своей избы, что ли нет? — озадаченно проговорил Фририх.

— Мудаки потому что! — пояснил я и нагнулся к одному из надгробий, увидев показавшееся знакомым имя.

— Не может быть! — воскликнул я, прочитав имя «Йорг Аннер».

— Может однофамилец? Иначе это просто невероятно! — произнесла подошедшая Миз-Ри.

— Не верю я в такие совпадения, эту могилу будто специально под нос подсунули!

— Тогда... — Миз, следуя неожиданной догадке, быстро осмотрела находившиеся рядом надгробия.

— Так и есть! Это родовое захоронение! Здесь повсюду Аннеры. Возможно в могилу Йорика положили пустой гроб, так иногда делают, когда человек считается без вести пропавшим.

— Хм, странно все это, но раз мы нашли эту могилу — вывод очевиден. — произнес я и достал из сумки «осколок души Йорга Аннера».

Сделав небольшую ямку возле надгробия, я поместил внутрь семечко и вновь засыпал землей.

Через несколько секунд земля покрылась серебряным светом, из которого сформировался образ сурового рыцаря в тяжелых доспехах.

— Йорик! Это ты? Но как? — обрадовался я.

— Я...не совсем Йорик, я лишь отголосок его сущности, мелкая частица бессмертной души, почти лишенная памяти и сил. Но теперь, благодаря тебе, моя душа сможет постепенно впитать окружающую энергию, обрести целостность и отправиться на перерождение.

— Но, как это возможно? Что в этом месте особенного? Как твои предки вообще могли добраться сюда? — я засыпал его вопросами.

— Они и не добирались. Эта могила находится на погосте позади нашего родового замка, а здесь лишь ее проекция. Это Вечное Кладбище, существующее вне времени и пространства, место памяти всех, когда-либо существовавших разумных. Это место вроде чистилища, здесь поврежденные души могут залечить свои раны и отправиться на новый круг реинкарнаций.

Какой-то этот данж через чур пафосный, то изнанка мира, то теперь Вечное кладбище! Неужели попроще нельзя - обычный погост со старыми добрыми мертвяками, личи, некроманты? А тут какая-то хрень несуразная! И вообще : дальше что? На тот свет угодим? К самому Сата... Ой-ой, лишь бы не накаркать!

— Всех разумных? И что, здесь и наши могилы есть? — спросила неожиданно подошедшая Бугильда.

— Наверное есть, но просто так они вам не покажутся, для этого должна быть веская причина.

— Что ж, пора прощаться, я не могу долго пребывать в таком состоянии. Удачи на вашем пути, если Вечность позволит — еще встретимся! Рано или поздно, так или иначе...- голос Йорика постепенно затих, а его призрак, медленного угасая, растворился в воздухе. На его надгробии остался последний стих мертвого поэта.

Я умер, но не до конца,

Во тьме времен скитался,

Ища косы великого жнеца,

Едва без духа не остался,

Но друг живой ,

Из бездны вытащил меня.

В интерфейсе запиликало оповещение, открыв профиль я прочитал :

"Поздравляем - вы совершили почти невероятное! Дали возможность возродиться уничтоженной душе! За это получаете уникальное достижение - Борец за права мертвых. Позволяет вступить в диалог с любой нежитью имеющую хоть каплю разума, включая призраков и полтергейстов. Ваша репутация с любой разумной нежитью становится положительной. " Хм, весьма интересная штука! Правда название странное, не по канону! Более гармонично смотрелось бы, что-нибудь вроде " трупий адвокат" или "мертвячий заступник".

Еще не отойдя от шока после встречи с Йориком и прочтения сообщения, я случайно взглянул на другую могилу и удивился еще больше.

«Гейб Ньюэлл. До главного-то и не дошло!»

Этот-то какого хрена здесь делает! Он же еще живой! И пусть только попробует не дойти до главного, я его зомбарем подниму и работать заставлю! Я еще раз глянул на надгробие : оно трусливо мигнуло серебристым светом и эпитафия пропала"

— Так-то! Смотри мне! — напоследок я погрозил могиле кулаком и отправился дальше, вслед за удаляющимися соратниками.

***

Потратив около суток, наконец мы добрались до обелиска – или точнее сказать колонны-монумента, на вершине которой располагалась чья-то огромная голова заляпанная грязью и заросшая мхом. Сам монумент был выполнен из белого мрамора с серыми выпуклыми прожилками, напоминавшими подкожные вены, а его округлая верхушка, особенно с задней стороны была неотличима от гигантской залупы. От этого творения неизвестных скульпторов исходило легкое серебряное свечение, и едва слышимое монотонное гудение, будто от трансформатора.

— М-а-астерская работа! — завороженно прошептала Бугильда.

Фани и Сейка также кивнули головами, подойдя ближе и принявшись ощупывать скульптуру.

— Да она же теплая! — удивленно воскликнули они.

— Может кажется? По мне так не теплее чем соседняя могила! — ответил я, повторив их манипуляции.

Пока другие принялись спорить о температуре гигантской пиписки, я замтеил на ней небольшую бронзовую табличку, покрытую наслоениями грязи и ржавчины. Привычно взяв в руки ершик и губку, я очистил