Тебя любить нельзя (СИ) - Блашкун Елена

— Эй! Больно же! — возмущенно посмотрел на Юлю Семен.

— А нечего над сестрой издеваться!

— Так я и не…

— Боже мой, с кем я связалась?! Тебе уже 28 лет, а ума… — Юля закатила глаза и постаралась отвернуться от парня. Сема быстро обнял любимую и поцеловал в шею.

— Ну уж нет, связалась, значит все — терпи!

Лицо Тимура снова удивленно вытянулось.

— Никогда бы не сказал, что вы младше Златы Игоревны.

Сема даже замер, думая, что неправильно расслышал слова Тима.

— Почему это «младше»?

Теперь все взгляды были обращены к Злате, прикрывшей лицо руками. Она старалась технично сползти под стол, но пока неудачно.

— Радость моя, ты ничего не хочешь нам сказать? — притворно-ласковым голосом поинтересовался Семен. Девушка покачала головой и еще ниже сползла на диванчике. — Хорошо, а ты понимаешь, что теперь у тебя все лицо в пене? — кивок головой, — Что, так стыдно? — на этот раз Злата очень активно закивала. Ее брат перевел взгляд на Тимура. — Итак, теперь я слушаю твою версию. Что наговорила эта бестия?

— Ничего конкретного, просто в школе ходят слухи, что Злате Игоревне больше 30 лет… — с улыбкой ответил Тимур, понимая, что девушка попыталась всех обмануть, но была поймана на горячем. Покрывать учительницу он не собирался — чувство отмщения было сладким и приятным. А ведь он, дурак, поверил этому вранью. Более того — всерьез думал, что такая серьезная разница в возрасте — одна из основных причин, почему стоит забыть о своей симпатии.

Все остальные тем временем переглянулись.

— И вы, школота, в это, конечно же, поверили, — констатировал Дима.

— Ну не лезть же в личное дело, — пожал плечами Тим.

— Не стыдно обманывать маленьких? — это уже Сема спросил у Златы. Та покрутила головой мол «Стыдно конечно, но ты же понимаешь…». — Ну, тогда справедливым будет торжество истины. Моей младшей сестренке — 22 и я разрешаю всем рассказать об этом. В наказание за ложь.

— Эй! А вот это уже нечестно! — подала голос обманщица. — У меня были на то веские причины.

— Похоже, в этом споре ты потеряла право голоса, — заметила Юля.

— Ну так как, расскажешь? — поинтересовался Дима.

— Думаю, у Златы Игоревны действительно могли быть причины немного приврать про свой возраст. Так что я не стану рассказывать ничего в школе, — улыбнулся Тимур. Краем глаза он заметил, что учительница с облегчением вздохнула.

— Зря, я бы проучил Злату Игоревну, — с издевкой выделил Сема. Братская любовь она такая — тяжелая и зачастую неприятная.

«Похоже, я тут лишний», — решил Тимур и нажал на телефоне кнопку ложного вызова. Аппарат тут же заиграл привычной мелодией.

— Простите, мне надо выйти, — эта фраза снова вызвала широкую улыбку на лицах всех присутствующих.

— Выходи, учительница не против, — кивнул Дима.

Злата кинула на него и своего брата возмущенный взгляд — и когда только эта парочка успела спеться? Ах, да — еще с первой встречи.

— Латка, ну чего ты такая злая? Парня вон замучила — сбежать уже от нас хочет, — тише спросил Семен, когда Тим выскочил в коридор. Двери за ним быстро закрылись.

— Я замучила? Да я ему слова не сказала, в отличие от вас!

— Да он при тебе дышать спокойно не может. Все боится, что сделает что-то неподходящее.

— А мне, думаешь, легче? Он-то сделает и забудет, а мне еще репутацию сохранять надо, будь она неладна.

Парни заговорщицки переглянулись, и у Златы появилось какое-то нехорошее предчувствие.

— По-моему, они что-то замышляют, — подтвердила ее догадки Юля.

— Раз вам обоим это приносит столько трудностей, то предлагаю вспомнить «Мальчишник в Вегасе», — развел руками Семен.

— Напиться до потери памяти? — предположила Злата.

— Хороший вариант, но оставим его на потом, — улыбнулся Дима. — Лучше подумай вот о чем — «Все, что происходит в Вегасе остается в Вегасе».

— Нет-нет-нет! Не вижу в этом смысла! Тем более, что скоро все разойдутся и…

— …и рано или поздно ситуация повторится. У нас с ним теплые и доверительные отношения, так что видеться придется часто, — закончил за нее Дима.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Но я-то тут при чем? Видьтесь себе, пожалуйста!

— Э нет, сестренка! На этот раз убежать не получится. Так ты решишь проблему, и не будешь париться по поводу следующих встреч.

— Если они будут.

— Если они будут, — согласился Сема. — Ну, в конце-то концов, что ты теряешь? Парень, как я понимаю, трепаться не будет, а ты себя успокоишь. Во всяком случае, никто не узнает о твоей любимой футболке с котятами.

Злата возмущенно прикрыла рисунок на груди руками и фыркнула на брата.

— Ну, хорошо, не думаешь о себе — подумай о парне. Он-то видишь, как нервничает? Не знает, как соблюдать иерархию в таком бардаке! А так немного успокоится. Да и вообще — ты же мне сама рассказывала, как у вас семинаристка пришла в компашку бухать, а на следующий день оказалось, что пила она со своими студентами.

— Было дело, — согласилась девушка. Лед потихоньку таял.

— Латка, ну я тебя прошу — расслабься. Обещаю, что мы не будем делать ничего провокационного. Честно-честно. Да и вообще — подумай хорошенько — парень без лишних вопросов кинулся к тебе на помощь, в том числе и обработал обожженные руки, а ты даже не доверяешь ему. Неправильно как-то это, — Семен давил на жалость. Вот это было по-настоящему неправильно. Но девушка была вынуждена признать, что объективных причин отказываться от их предложения, у нее нет. Тимур всегда казался ей честным и хорошим парнем. Да и вон как помог тогда с компьютером. Ну, а что касается взаимоотношений вне школы…Что ж, а если она лет эдак через двадцать станет учить ребенка своей подруги, тогда что — прекращать общаться, из-за боязни, что она встретит своего ученика где-то помимо школы? Бред! Капитулировать не хотелось, но, видимо, придется.

— Помнишь первое правило Бойцовского клуба? — хмуро спросила она у брата. Сема растянулся в улыбке.

— «Не упоминать о Бойцовском клубе», — процитировал он. — Но, надеюсь, у нас до такого не дойдет. Ладно, Дим, зови брата.

— С удовольствием.

Тимур думал о том, как бы лучше сказать, что ему пора уходить, когда Дима позвал его на кухню. Злата сидела, потупившись в стол — похоже, ее задавили авторитетом.

— Чай будешь? — предложила Юля.

— Нет, спасибо, у меня еще есть, — указал на чашку Тим.

— Значит так, Тим, мы с Димкой друзья, как ты уже понял. Значит, рано или поздно, будем пересекаться и с тобой. Не исключено, что моя милая сестричка также будет присутствовать при этом. Но никого не устраивают ваши отмороженные…хм…лица. Так что предлагаем вам сделку.

— От которой невозможно отказаться? — С улыбкой спросил Тим.

— Молодец, правильно все понял. Тебе стоит помнить всего два правила — Все, что происходит в Вегасе остается в Вегасе, и… — Сема не успел закончить, и его слова дополнил Дима:

— Первое правило Бойцовского клуба — не упоминать о Бойцовском клубе.

— Что это вас на кино потянуло? — улыбнулся Тимур.

— Не паясничай. Ты все понял? — серьезно спросил Дима.

— Да — общаться спокойно, но нигде и никогда не упоминать об этом.

— Я же говорю — молодец. А теперь позвольте представить — Тим, это моя сестра Злата, Злата — это Тим. Очень смышленый парень.

Школьник широко улыбнулся и посмотрел на свою учительницу:

— Приятно познакомится. Может, еще обработаем руки?

— Да уж, такое мне еще никто не предлагал, — натянуто улыбнулась Злата и встала из-за стола. Как только они зашли в комнату, девушка прикрыла за собой двери — не хотелось слышать едкие комментарии брата или Димы. Эти двое вообще становились невыносимыми, когда встречались.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тимур взял аптечку со стола и начал снова что-то искать там.

— Я у вас видел левомеколь, так что его и нанесу на кожу, хорошо?

— Тебе виднее. Я в этом вообще не разбираюсь, — пожала плечами Злата.

— Тогда я его еще немного в руках подержу, чтобы нагреть.