Непобедимый 2 (СИ) - Тыналин Алим

Но встретиться все-таки надо. Как я уже подумал, если и сам гипнотизер окажется не такой уж и спец, то надо узнать у него контакты других спецов. Грамотных ученых.

Сейчас я вышел на проспект, раздумывая о том, не являются ли мои подозрения бредом сумасшедшего? Не подгоняю ли я желаемое за действительное? Может, я просто проиграл Харе, а теперь выдумываю всякие оправдания и отмазки?

Ладно, дело уже начато. Я уже ушел из сторожки. Дядя Жора был очень недоволен, кстати. Он вечно ворчал в последнее время.

Я поймал попутку, поехал в центр Москвы. Наш гипнотизер себя не обидел, взял двухместный номер в гостинице «Интурист», куда обычному смертном попасть невозможно. Как это он умудрился туда просочиться?

Ладно, это творческая личность, эстрады артист, привык жить на широкую ногу, чтобы его не обижали. По ночному времени мы быстро доехали до центра Через четверть часа я вылез из машины, щедро расплатившись с водителем.

Здесь, в центре, гораздо более шумно и многолюдно. Чувствуется столица державы.

По Тверской толпами ходили люди. Тем более, что на дворе лето. Когда гулять, если не сейчас?

Я подошел к гостинице. Несмотря на поздний час, окна освещены. Многие окна. Сама гостиница огорожена высоким забором. Чтобы местные обитатели не сбежали. Или к ним кто не зашел посторонний. Вроде меня.

Возле входа стоял швейцар. Перед огромными двустворчатыми дверями, тяжелыми и внушительными.

Видимо, из-за этого швейцар чувствовал себя важным и значительным. Он перегородил мне дорогу.

— Приходите только в дневное время. Сейчас свободных номеров нет. Гостиница закрыта.

Ого, сколько запретов сразу. Видимо, он не очень впечатлен моими спортивными штанами и простенькой футболкой. Прогоняет, словно бродячего пса.

— Мне надо к Климову, — объяснил я, но, видимо, степень внушения не действует на таком большом расстоянии и магия имени гипнотизера совсем не действует.

Швейцар непреклонно покачал головой. Он готов стоять грудью и положить жизнь, лишь бы не пустить в гостиницу такого простого смертного, как я.

— Сказано же, нельзя, — он покачал головой. — Давай, уходи, а то милицию вызову.

Ух, какой грозный. Я посмотрел на толстую круглую рожу, похожую на морду мопса.

— Он меня ждет. Дай я хоть в вестибюль зайду, позвоню, он спустится вниз. Это важная встреча, думаешь, он просто так позвал меня среди ночи. Если я к нему не попаду, он пожалуется на тебя директору гостиницы. Оно тебе надо?

Вот теперь суровый страж призадумался. Наконец, взвесив все за и против, нехотя кивнул.

— Ладно. Заходи. Но только недолго. Одна нога тут, другая там.

Ну что же, спасибо и на этом. Я быстро нырнул в двери, пока вход волшебным образом освободился.

Прошел просторный холл, заставленный диванчиками, деревьями в кадках и растениями. Стены с зеркалами, всюду висят картины, вдали виднеется бар.

Народу совсем нет. Впрочем, почти сразу же, словно нарушая мои наблюдения, из бокового коридорчика вышли две высокие девушки, длинноногие, в деловых платьях ниже колен, ярко накрашенные, пахнущие духами. Глянули на меня, тоже мигом оценили мой невзрачный наряд, мгновенно потеряли интерес и отвернулись. Пошли дальше, чирикая о своем.

Я усмехнулся, нисколько не сожалея об их невнимании. Подошел к телефону, набрал номер четыреста четыре и подождал ответа. Через пять гудков ответил мужской голос:

— Слушаю.

Голос четкий, поставленный, приятный, как у диктора. С бархатистыми нотками. Такой и должен быть у эстрадника.

— Добрый вечер. Это Волков, — сказал я. Только сейчас вдруг подумал, а вдруг Аня обманула. Нет никакой договоренности. И меня сейчас прогонят. — Я договаривался насчет встречи. Через Аню. Она говорила?

Мужчина не дал закончить.

— Конечно, поднимайте, — сказал он. — Жду.

И отключился. Ну вот, и отлично. Я огляделся.

Неподалеку стоял коридорный, парень в черном костюмчике, но ко мне спиной. Я подозревал, что посетители в столь позднее время могут быть нежелательны.

Тем более, что меня пустили сюда только позвонить. Так что, нежелательно попадаться на глаза персоналу. Чтобы меня не выпроводили вон.

Я тихонько проскользнул мимо коридорного. Подошел к лестнице. Быстро взлетел наверх. Помчался на четвертый этаж. Именно там, судя по номеру, и находился гипнотизер.

К счастью, никто не попался по пути. Я выскочил на четвертый этаж. Свернул налево. Быстро нашел нужный номер.

Постучал. Повернул ручку и вошел внутрь.

Номер не сказать, чтобы просторный. Далеко не королевские покои. Надо же, я думал, будет больше.

Впереди по коридору одна комната. Вроде спальни. Сбоку другая, побольше. Типа гостиной. Где Климов? В гостиной?

— Прошу вас, — голос раздался из гостиной. — Проходите. Будете чай, кофе? Или чего покрепче?

Ух ты, какой он у нас цивилизованный. Манеры короля и неслыханное гостеприимство. Я вошел в гостиную.

У стола стоял высокий парень. Между прочим, еще молодой. Ненамного старше меня, наверное. Я думал, он уже зрелый мужчина.

Симпатичный блондинчик с серо-голубыми глазами. Такой должен нравиться девушкам. Смазливый такой, ручки холеные, лицо вроде холодное и неприступное.

Он протянул мне руку, я пожал ее, но гипнотизер не спешил отпускать мою ладонь. Так и держал, пристально вглядываясь в меня, как будто душу хотел вынуть из-под желудка. Приветливые глаза вдруг стали пронзительными, словно два ледяных луча, впились в меня, не отпускали. В то же время понять, что они скрывают, было невозможно.

— Эге, а вы интересный человек, — вдруг сказал Климов. — Очень необычный. Вы уже спали сегодня? Судя по всему, моя подруга вас разбудила? Вы уже спали крепким и расслабляющим сном? Я вам сочувствую и приношу свои извинения за причиненные неудобства.

Я кивал, проникаясь симпатией к Климову. Хороший вроде парень, умеет к себе располагать. Только я хотел спросить, что такое он хотел со мной обсудить, как вдруг Климов спросил:

— Ты проиграл важный поединок? Недавно, еще вчера? Он был очень важен для тебя? Жизненно важен? Теперь будут препятствия для дальнейших соревнований? А, нет, тебя интересует твой противник? Тот, что тебя победил? Он использовал запрещенные методы? А, нет, не совсем запрещенные? Это связано с психологией? Поэтому ты здесь? Чтобы найти против него противоядие? Ну-ка, расскажи детально, что случилось? Я хочу знать. Это интересная загадка.

Я с изумлением смотрел на Климова. Черт подери, вот это уровень.

Вот это профи, я понимаю. Я не сказал ни слова, а он уже все узнал. Обо всем догадался. Кое-что, само собой, узнал у Ани, но и самостоятельно многое раскопал.

— Хм, вы правы, — начал было я.

Климов махнул на меня и подал чашечку кофе, а сам налил себе чаю с молоком.

— Давай без церемоний. Мы рабочие люди, не аристократы, почти ровесники, так что можно на ты.

Ладно, хорошо. Я кивнул.

— Ты прав, — поправился я. — Все так и было. Хорошая демонстрация твоих навыков и талантов. Я и вправду вчера проиграл на районных соревнованиях. Не то чтобы это совсем перечеркнуло мою спортивную карьеру, но я уверен, что мой противник использовал какие-то непонятные психические уловки. Если бы не это, я его победил бы. В будущем я с ним наверняка еще встречусь, так что хотел бы узнать, можно ли ему что-то противопоставить.

И я рассказал про Харю и про его поединки. И про наш тоже. Климов внимательно слушал, попивая чай из чашки.

— Вот почему ты теперь не можешь спокойно спать и гуляешь по ночной Москве, в то время как другие люди спокойно лежат в своих постелях и отдыхают, — заметил он и отставил чашку. — Ну что же, я понял, как решить твою проблему. Судя по всему, у твоего оппонента очень высокие суггестивные способности.

Я не совсем понял, о чем это он. С другой стороны, Климов меня слегка раздражал своей заносчивостью. Строит из себя всезнайку и сходу поставил диагноз.

— Суггестия — это способность внушать, — со снисходительной улыбкой объяснил Климов. Его улыбочка начинала приводить меня в бешенство. — Но ты, как я вижу, слегка разозлился на меня. Ладно, я больше не буду использовать научные термины и постараюсь объяснить понятнее. Чтобы ты не считал меня за всезнайку и не думал, что я делаю выводы слишком преждевременно.