Ложный рассвет - Том Лоу

– Да, он такой хладнокровный.

– Ладно, теперь по поводу Сайласа Дэвиса: мы с Дэном Грантом отвезли его в участок и допросили. Три часа мариновали.

– Раскололся?

– Дэвис способен на убийство, но вряд ли он – наш маньяк.

– Почему?

– Ты же сам говорил: хоть у жертвы под ногтями и нашли частицы его кожи, это не делает его убийцей.

– Я хочу знать, на чем основаны твои выводы.

– Дэвис дерзок, но он кого-то боится. У жертвы под ногтями нашли частички его кожи, и это достаточный повод передать дело в суд. Дэвису об этом сказали, но даже тогда он не раскололся. Он утверждает, что девушка ударила его по лицу и оцарапала, и произошло это, когда он грузил ее в фургон, забирал на другое место работы.

– Опросите других девушек, что ехали в том же фургоне. Кто был за рулем?

– Гектор Ортега. Мы с Дэном допросили его и Хуана Гомеса еще там, в лагере. Гомес говорит, будто платит работникам налом и не знает их настоящих имен. Ту девушку он называл pбjaro, «пташка» по-испански. Ортега утверждает, что остановился у обочины, чтобы отлить, и девушка смоталась. Знаешь, где он останавливался? Менее чем в полумиле от твоего дома. Предположительно жертва устремилась к берегу, где на нее напали и ранили, а утром ты наткнулся на нее. Ортега все валит на местных деревенщин.

– Сомневаюсь, что это сделали деревенщины. Эксперты не нашли ничего, что хоть как-то объединяло бы обе недавние жертвы?

– Эх, память твоя девичья, – рассмеялась Лесли. – Забыл: мы не нашли ни волоска, ни волокон, ни крови, ни скрытых отпечатков, ни семени – вообще никаких улик, могущих связать два убийства. Вторую жертву тоже изнасиловали, однако мы не обнаружили ни лобковых волос, ни следов эякулята, даже презервативов в кустах не валялось. Если не считать самого факта изнасилования, отсутствия следов и наличия явных общих черт – пола и национальности, – объединяет жертв только способ, которым их умертвили. И еще: тела нашли менее чем в двадцати милях друг от друга. Ортега и Гомес отрицают знакомство со второй жертвой.

– Ты им веришь?

– Нет, но на эту парочку у нас ничего не имеется.

Мысленно я унесся в темный тоннель, в конце которого вдруг появился образ – мертвое тело. Труп девушки, избитой, поломанной, точно птица, что столкнулась с несущимся навстречу автомобилем. Ноги в стороны, на теле кровь, трусики сорваны… Ее выхватил из темноты свет фар. Лицо нечастной оказалось в центре белого луча, будто на сцене театра. Я опустился рядом с ней на колени, заглянул в открытые глаза, полные ужаса. Ноздри ее превратились в два колечка, с коркой запекшейся крови по внешнему краю.

– Шон, ты здесь? Ты что так напрягся?

Вот теперь я понял, какая деталь не давала мне покоя.

– Первую жертву сначала душили, потом закололи. У нее нос был в крови, и если бы охотник на лягушек не спугнул убийцу, то и этой девушке переломили бы шею. Как и второй.

– Точно. Что думаешь?

– Лесли, коронер так и не установил точную причину смерти второй девушки: удушение или перелом шеи, так?

– Маньяк и задушил ее, и сломал шею. Патологоанатом сказал, что причиной смерти могло стать и то и другое. Должно быть, подонок начал с удушения, а шею сломал в качестве прощального подарка.

Я глянул на устье бухты, на гавань.

– Что, если умерла жертва не от удушения и не от перелома шеи?

– То есть как?

– Что, если она умерла от асфиксии?

– Прости, не понимаю, к чему ты ведешь, Шон.

– Что, если жертву не душили, а удушали? Что, если с ней забавлялись? Специально доводили до критической точки и потом вновь позволяли дышать? Вдруг маньяк делал ей искусственное дыхание, пока не пресытился и убил ее?

– Да разве человек способен на такие издевательства? Подвести женщину к порогу смерти и воскресить, чтобы в конце концов отправить на тот свет? Я таких больных людей еще не встречала.

– Зато я встречал.

Глава 45

На парковку у ресторана въехали три байкера на «Харлеях». Я проводил их взглядом до бара.

Лесли нежно коснулась моей руки:

– Расскажи, что случилось?

– Дело было в Майями, четыре года назад. Один из тех случаев, которые я никак не забуду и переживаю заново. Когда женщин бьют, насилуют и оставляют на месте преступления с пакетом на голове… Такое не забывается.

– Что?

– Те случаи мы так и не раскрыли. Я их не раскрыл и потому постоянно вспоминаю. Убийства почему-то прекратились. То есть это мы с напарником – Роном Гамильтоном – думали, что прекратились.

– Что ты такое говоришь?

– Эта сволочь убила семь женщин, а может, и больше. Он выбирал жертв из числа тех, кого не хватятся: проституток, беглянок… Нападал на них, избивал, ломая волю, потом накидывал на голову прозрачный полиэтиленовый пакет и начинал удушать. И насиловать. Когда жертва падала в обморок, он снимал пакет и делал ей искусственное дыхание. Стоило жертве очнуться, как он повторял все заново. Даже целовал ее сквозь пакет, кончая при виде гаснущей в глазах женщины жизни.

Лесли невольно схватилась за шею, посмотрела на реку.

– Одной женщине, – продолжал я, – едва удалось выжить. На нее напали ночью, в парке близ Саут-Бич. Спугнули маньяка двое подростков, что занимались любовью в машине, в каких-то двухстах ярдах от него. Ребята включили фары, и подонок бежал. Лица́ его разглядеть не удалось.

– Жертва его не запомнила?

– Она описала нападавшего как очень сильного смуглого мужчину. Впрочем, точно запомнила только глаза: «как у дьявола или у дикой кошки». Глаза ягуара. Поправившись – по крайней мере физически, – она пришла в участок и просмотрела тысячи портретов рецидивистов. Никого опознать не сумела. Что-то в ней умерло: женщина покинула Майями и переселилась к матери. Кажется, они живут в Джексонвилле.

Лесли отодвинула тарелку и долго протирала руки салфеткой.

– Вот урод. Сволочь больная. Думаешь, все эти случаи связаны?

– Похоже на то.

– У наших жертв на головах пакетов не было.

– Вот! Что сказано в отчете патолога про носы девушек?

– Носы? Ничего… Носы им не ломали, их вообще не касались.

– Что было внутри, в самих ноздревых отверстиях?

– Про них вроде тоже ничего не говорилось.

– Можешь перепроверить?

– Конечно. Позвоню Дэну – он глянет в бумагах.

– Звони.

– Прямо сейчас?

– Прямо сейчас.

Лесли открыла телефон-«раскладушку» и набрала нужный номер.

– Дэн, ты в участке? – Она кивнула. – Слушай, окажи услугу, это ненадолго: загляни еще раз в отчет патолога по недавним двум жертвам и проверь, не нашел ли эксперт чего-нибудь у них в ноздрях? – Она снова кивнула. – Ага, хорошо. Перезвонишь потом? Спасибо.

Когда официантка принесла кофе, сотовый Лесли зазвонил.

– Что нашел? – быстро ответила она. Достала из сумочки ручку и записала на салфетке, потом поблагодарила Дэна Гранта, закрыла телефон и посмотрела на меня страдальческим взглядом: – В отчетах по вскрытиям обеих жертв сказано… цитирую: «… лопнувшие капилляры в полости носа, что является результатом травмы или давления». Как я сама не заметила?

– Просто ты не то искала. Если учесть, что сотворили с жертвой: удушение, изнасилование, сломанная шея и прочая, и прочая… Кто обратит внимание на лопнувшие капилляры в носу?

– Что думаешь?

Прихлебывая кофе, я заметил, как прочь от ресторана убегает белочка с куском хлеба.

– Думаю, убийца зажимал жертвам рот – или заклеивал его скотчем – и нос. Когда жертвы теряли сознание, он оживлял их. Затем снова заклеивал рот, зажимал нос и продолжал насиловать. И так до самой их смерти. В первом случае, когда жертву обнаружил я, нашелся и скотч – им-то девушке, наверное, и заклеивали рот. Во втором случае скотча на месте преступления и поблизости не нашли, однако это не значит, что убийца им не воспользовался.

– Я ждала, что в базе федералов найдется образец ДНК, сходный с ДНК из волоса, прилипшего к скотчу.

– Совпадения нет по той простой причине, что в ходе прошлого расследования образца ни у кого не брали. Я уж не говорю о ДНК тех, кого посадили в Майями по обвинению в якобы раскрытых убийствах. Впрочем, мы взяли образец с одного из пакетов – слюну убийцы. Образец не занесли в базу, потому как он не идентифицирован. Позвоню Рону Гамильтону. Надо нам троим объединить усилия. Отправь Рону образец ДНК из волоса.

– И если будет совпадение…

– …то мы имеем дело с самым ненасытным серийным убийцей Флориды, если не всей страны. Осталось только выяснить его настоящее имя.

Глава 46

По пути в гавань я позвонил Рону и поделился догадкой: Мешочник снова в деле.

– По-моему, все пятнадцать «глухарей» на нем. Он не перестал убивать, просто переключился с проституток в Майями на нелегалок с материка. Переселился в сельскую местность. Или – если убийца Ричард Бреннен – перестал мотаться в Майями на сафари по выходным и орудует теперь ближе к дому.