Тайны Дома Крю. Английская пропаганда в Мировую войну 1914-1918 гг. - Кэмпбелл Стюарт

Работы комиссии о военнопленных показали, что относительно разумных приемов пропаганды, которые применялись Домом Крю, существовало согласие, и доклад комиссии отметил то, что, в общем, союзникам рекомендуются приемы, применявшиеся Домом Крю.

В заключительном пленарном заседании от 17 августа 1918 года конференция единогласно постановила принять доклады комиссий и передать их через председателей четырех комиссий на утверждение и для руководства соответствующим правительствам. Далее, по предложению политической комиссии конференция постановила создать перманентный, общесоюзный орган пропаганды в неприятельских странах, и этим решением сделала большой шаг вперед.

Чтобы сохранить тесную связь с органами французской пропаганды, лорд Нортклифф назначил на пост представителя Дома Крю полковника лорда Онслоу. Когда было подписано соглашение о перемирии, то различные правительства назначили своих представителей в перманентный общесоюзный орган, и все необходимые приготовления к этому были сделаны вполне удовлетворительно. Эта организация представляла бы собою новую главу пропаганды во время войны, если бы не [116] наступило прекращение военных действий. Лорд Нортклифф в своей заключительной речи сказал, что создание перманентного общесоюзного органа было бы шагом вперед к согласованию целей войны и объединению организаций, которое благодаря опыту войны сделалось условием быстрых и успешных действий. Работа конференции сама по себе неоценима, так как она дала обзор политики и организации пропаганды против неприятеля во всех ее стадиях и с различных точек зрения в тот момент, когда пропаганда вступила в интенсивную стадию.

Доклады, сделанные на конференции, являются учебником науки и искусства пропаганды. [117]

Приложение: «Памятная записка» Г. Уэльса

«Итак, ясно, что для успешной пропаганды в нейтральных и неприятельских странах союзникам настоятельно необходимо ясное и исчерпывающее объявление их военных целей. Недостает только одобренного подлежащими учреждениями текста, на который пропагандисты могут уверенно ссылаться, и который может направлять их деятельность. Недостаточно беспрестанно перечислять германские грехи и уверять, что поражение Германии является военной целью союзников, но весь мир желает знать, что будет после войны. Истинной военной целью воюющей державы, как это становится все более и более понятным, является не только победа, но совершенно определенный мир, которого воюющая держава желает добиться путем победы. Каков же мир в представлениях союзников?

Здесь излишне даже конспективно упоминать о положении союзников, а именно, что война, которую они ведут, является оборонительной войной от нападения на все человечество Германии, поддерживаемой мадьярскими помещиками, турками и болгарским королем.

Это — война против войны, против наступательной войны и против приготовлений к наступательной войне. Эта война была таковой с самого начала и остается таковой. Было бы также неразумно утверждать, что мышление соединившихся против Германии правительств и народов во время годов войны не очень развилось. Взяло верх глубокое понимание опасности для человечества, которая кроется в политическом расколе и разоблачении, стало господствовать глубокое понимание страданий, опустошений и расточения, которые вызваны были войной, пробуждение совести против завоеваний, аннексий и покорений и всеобщее разъяснение идей, которые до сего времени стояли на пути к организованному всеобщему миру.

В то время как империализм Германии, по заявлениям ее признанных вождей и по поведению во временно разгромленных государствах на восточном фронте, все еще так же груб, агрессивен и коварен, как и раньше, — ее противники научились многому и стали более зрелыми. В широких кругах общества вне мира идей центральных держав создалась могучая воля, которая достигла гигантских размеров и затмила хвастливое властолюбие германского [118] юнкера и эксплуататора. Эта воля — воля к заключению всеобщего мира. Это воля опытного взрослого человека, противопоставленная упрямому самолюбивому мальчишке. Военные цели враждебных Германии союзников все более и более принимают форму объединения государств, которые вступили в союз, чтобы поддерживать общий закон, передавать взаимные противоречия на разрешение решающего трибунала, защищать слабые государственные образования, приостанавливать и подавлять военные угрозы и военные приготовления во всем мире.

Неустанно великие народы вне германской императорской сферы власти старались пробить путь к единодушию, в то время как господствующая интеллигенция Германии строила планы достижения низменных выгод путем завоеваний. В то время, как Германия подрывала, запутывала и деморализовала Россию, подавляла народности Австро-Венгрии и угрожала и льстила нейтральным государствам, в умах противников Германии возникло широкое, свободное движение в пользу понимания более великой и благородной стороны в человеческих делах. Мысли всего света кристаллизировались теперь в одном слове, в понятии «Союз свободных народов». Военные цели все более и более обнаруживали прямую связь с духом этого понятия и его выводами.

Как и все подобные понятия, понятие: «Союз свободных народов» может быть подвергнут множеству различных толкований, но, в общем, цели этого понятия уже теперь могут быть установлены без серьезных возражений. Идеал этого понятия охватывал бы, конечно, все народы мира, включая Германию, очищенную от ее милитаристического агрессивного духа. Этот идеал предусматривает: особого рода международный конгресс, который вправе исправлять, кодифицировать, дополнять и расширять международное право; далее верховный суд, которому государства могли бы жаловаться, и решения которого союз обязан проводить в жизнь, и, наконец, наблюдение за пользованием оружием, ограничение пользования им и способы его использования согласно указаний международного конгресса. Везде также чувствовали, что такой конгресс должен был бы устанавливать меру и пределы стремлений к территориальным расширениям за счет населенных отсталых областей, что конгресс должен был бы выступать защитником слабых народов и объединений и должен был бы быть уполномочен принимать общие окончательные решения по вопросам транспорта, тарифов, участия в сырье, эмиграции и международного оборота. Этот конгресс учреждается на неопределенное время. Это — решающий вопрос, которым в настоящий момент заняты лучшие мировые умы. Когда создадутся благоприятные условия для созыва соответствующего конгресса, то вряд ли может остаться сомнение в том, что великие союзные державы готовы будут к большим и широким ограничениям вооружений их тропических владений и ограничениям власти над подчиненными народами для общего счастья человечества. [119]

Лицо германского империализма, хвастливого, эгоистичного, мелочного и проникнутого враждебностью, своим кровавым танцем по Европе является для человечества отталкивающим примером национального тщеславия, властолюбия и национального эгоизма. Среди союзных наций, главнейших по пространству находящихся под их контролем территорий, это Англия и Франция, и обе сегодня, более чем когда-либо, склонны свои владения считать залогом, данным им под их охрану в интересах жителей и всего человечества, и рассматривать свое положение в негодных, но менее населенных местностях, как положение уполномоченных и поручителей. Эти признания содержат в себе ясные перспективы будущего и обещание окончательного освобождения и самостоятельности всех народов в этих больших, пестрых государствах, с целью иметь возможность выполнять роль граждан в мировом масштабе.

Однако при применении слов «союз народов» является уместным рассеять некоторые ложные представления, создавшиеся благодаря выработке в виде опыта правил и статутов такого союза безответственными лицами или обществами. Напечатаны и опубликованы были, например, предложения об учреждении Суда народов, в котором каждое суверенное государство было бы представлено одним только членом, например, Черногория и Великобритания, каждая одним. Обсуждались также другие проекты союза наций, по которым такие государства, как Абиссиния, Гаити или подобные были бы представлены одним или двумя делегатами, а Франция и Великобритания пятью или шестью.

О всех подобных проектах следует забыть, когда слова «Союз народов» упоминается ответственными ораторами «союзных наций», ибо авторами таких проектов были упущены из виду сами по себе напрашивающиеся соображения. Для малых государств, например, было бы очевидно невыгодно быть представленными слишком сильно на съезде союза. Было бы даже желательно, чтобы некоторые из малых государств вовсе не имели бы представителей с правом решающего голоса, по той причине, что какая-либо большая нация, все еще проникнутая агрессивным духом, постаралась бы, несомненно, с самого начала заставить соседние малые государства посылать лишь таких представителей, которые были бы избраны ею самой, т. е. большой нацией. В этом случае явным фактом в вопросе о немедленном всеобщем мире является то обстоятельство, что только пять или шесть великих держав обладают экономическими ресурсами, необходимыми при современных условиях ведения войны, — это Соединенные Штаты Америки, Англия, Франция, Германия, Япония и, быть может, Австро-Венгрия.