Сделка с дьяволом - Екатерина Орлова

голосом говорит консультант, которого, как оказалось, зовут Саша. – Если вашему садовнику нужно будет что-то докупить, он может позвонить мне.

Саша протягивает мне визитку, но Андрей перехватывает ее и засовывает в карман своих классических брюк.

– Я позвоню, если понадобится, – хмуро произносит он, а Саша, сглотнув, кивает.

По дороге домой меня так и подмывает отчитать Андрея за чрезмерное рвение, но я молчу. А что я скажу ему? Если Алексей отдал ему приказ отшивать всех мужчин, которые мне улыбаются, я не смогу никак изменить поведение водителя.

Переодевшись дома в спортивное платье, спускаюсь к обеду. Алексей уже сидит за столом и ест, поглядывая в стоящий перед ним планшет. Как только я появляюсь в столовой, он блокирует экран и внимательно следит за тем, как я устраиваюсь на своем уже привычном месте.

Пожелав приятного аппетита, приступаю к обеду.

– Выбрала цветы? – спрашивает мой муж.

– Мне кажется, или я слышу недовольные нотки? – задаю вопрос, и только потом понимаю, что начала дерзить Алексею.

А что он хотел? Бесит меня уже который день! И все же с опаской поднимаю взгляд на мужа. Мало ли, насколько высок порог его терпения. Может, я подступаю к границе, за которой могу столкнуться лицом к лицу со зверем. Не за красивые глаза же его боится весь город.

Алексей молча сверлит меня нечитаемым взглядом, но никак не отвечает на мой выпад.

– Через неделю можем поехать в свадебное путешествие, – ровным тоном произносит он.

– Зачем?

– Странный вопрос.

– Я понимаю, когда туда ездят влюбленные пары. К нам это не относится. Так что не вижу смысла тратить на это деньги.

Алексей сжимает челюсти и ничего не отвечает.

Каждый волосок на моем теле встает дыбом и, словно маленькие антеннки, улавливают недовольство мужа. В воздухе как будто появляется какая-то раздражающая вибрация. И да, сейчас мне уже не хочется дерзить. Наоборот, во мне просыпается желание сбежать и спрятаться.

– Мы еще это обсудим, – сухо произносит Алексей и встает из-за стола.

– Ты же не доел.

– Я сыт, – коротко отзывается он. – Мама сказала, что тебе нравится гостиная в правом крыле. Загляни в нее, там кое-что есть для тебя.

Произнеся это, он молча удаляется в сторону кабинета, а я провожаю его взглядом.

И вот что тебе не так, Таня? Хочешь цветы? Пожалуйста. Свадебное путешествие?.. Я, конечно, его не хотела, но Алексей все равно пытается сделать наш брак максимально похожим на реальный. Даже оставил для меня сюрприз в правом крыле.

Не выдержав снедающего меня любопытства, встаю из-за стола и тороплюсь в ту гостиную, где мы с Галиной Сергеевной пили чай, как истинные аристократки.

Распахиваю двойные двери и замираю на пороге, упершись взглядом в блестящий черный рояль самой знаменитой в мире фирмы.

________

* Речь о книге “Крестный отец” автора Марио Пьюзо

Глава 27 – “Родная”

Татьяна

Подойдя к инструменту, провожу слегка дрожащими пальцами по кромке крышки. Кто бы мог подумать, что Алексей способен на такие поступки?

Да, тогда у моих родителей он сказал, что подарит мне рояль. Но я как-то даже не надеялась, что он выполнит свое обещание. И тем более так быстро. Рояль этой фирмы так просто не купить за один день. Либо Алексей заказал его заранее, либо у него огромные возможности, и он может получить все, что пожелает.

Откинув крышку с клавиш, сажусь за инструмент. Нежно провожу кончиками пальцев по глянцевой поверхности и начинаю играть. Инструмент настроен просто идеально. Музыка льется из-под моих пальцев, и я закрываю глаза, наслаждаясь звуком. Внутри все трепещет и вибрирует от переполняющих ощущений, и я позволяю себе немного пофантазировать.

Если бы у нас с Алексеем были обычные супружеские отношения, построенные на любви, я бы прямо сейчас сорвалась с места. Побежала бы к нему в кабинет. Наверное, влетела бы без стука и бросилась к мужу. Обняла бы и поцеловала. Поблагодарила за роскошный подарок.

Возможно, он сжал бы меня в своих объятиях и страстно поцеловал. После, вероятно, мы бы пошли в спальню, где занялись бы любовью. Я бы полночи наслаждалась объятиями любимого мужа. А потом мы, наверное, спустились бы на кухню, чтобы поесть и восстановить силы.

Распахиваю глаза и резко убираю пальцы с клавиш, прервав музыку на середине произведения.

Сердце так разогналось, что из-за его грохота вибрирует грудная клетка. Дыхание частое и поверхностное. Кожа горит, а внизу живота томительно ноет.

У меня слишком живое воображение. Пора прекращать фантазировать об Алексее, иначе я ступлю на ту территорию, куда ходить не следует. Да, он мой муж, и я вроде как должна рано или поздно заняться с ним сексом. Но меня больше беспокоит то, как будоражат эти фантазии. Они начали появляться все чаще и заводить меня в мир чувственных удовольствий, к которым я пока не готова.

Опустив крышку, я еще несколько секунд любуюсь роялем, а потом иду на улицу, чтобы заняться посадкой цветов.

Ящики с саженцами аккуратно расставлены возле крыльца. А мешки с грунтом и удобрениями разложены по газону в тех местах, где я собираюсь их использовать. Сегодня, после доставки, громилы Алексея покорно разносили все по местам, на которые я указывала.

Солнце уже практически опустилось за горизонт, но у меня еще есть полчасика на то, чтобы подготовить почву хотя бы для одной альпийской горки. Так что я надеваю красивые садовые перчатки с изображением цветов и, взяв специальный нож, аккуратно срезаю часть газона.

А мысли все равно уплывают к Алексею и тем фантазиям. Мне кажется, с каждым разом, когда я позволяю себе помечтать о нас, моя неприязнь к мужу все больше ослабевает. Как будто с каждым пробуждением я смотрю на Алексея немного иначе.

Замираю, когда слышу первые аккорды гитары. Поворачиваю голову в ту сторону. Уверена, музыка звучит из окна кабинета Алексея.

Встав, тихонько пробираюсь к дому и встаю ровно под балконом мужа, прислушиваясь. Оттуда льется красивая мелодия. А потом внезапно слышу голос, негромко напевающий:

На семи ветрах кто тебе помог?

Может кто помог?

На семи холмах кто тебя согрел?

Кто тебя любил, не долюбил?

Вместе мы с тобой, родная –

Плуг да борона

Из конца в конец без края

Крохи собираем.*

Я точно знаю, кому принадлежит этот голос. Низкий, бархатистый, с легкой хрипотцой. От него у меня по коже бегут мурашки.

Прижимаюсь спиной к нагретой за день каменной