Исследователь планет. Том 2 (СИ) - Ясинский Анджей

А ведь всего два Мертвых Робота убили много унитов. Воздух буквально пропитался запахом крови, мелкие пичужки порхали по всей «поляне», доставляя информацию Дочери. Сильные Роботы. Они действительно опасны. Тут ей в голову пришла мысль узнать, можно ли лично ей бороться с такими. Вообще, не хотела бы она сталкиваться, но ведь мало ли что может случиться. Вон, хлыст кохабитанта, которым она виртуозно владела, не раз ее спасал. Пусть и против неразумных детей Дочери, но все же. Конечно, Сергей еще лучше владел своим Мертвым Хлыстом, но она это воспринимала спокойно. Она владеет виртуозно, а это очень сильно, но он еще выше этого «виртуозно», вот и все. На то он и Повелитель.

Тем не менее, чтобы понимать врага, — а это враги — надо знать, из чего они устроены, их оружие, что можно им противопоставить. Это она знала из Почек, которые ее заставлял учить отец. Ну, она и учила, ей особой разницы не было, что учить — вот это вот все или смотреть придуманные развлекательные образы других мутов.

На удивление оказалось, что у нее в голове много разных знаний для вот таких ситуаций. Возможно папа что-то знал заранее? И несмотря на то, что вроде бы решение и отправка ее сюда были выполнены быстро, он предвидел, что этим все закончится, и поэтому заставлял ее тренироваться чуть ли не с детства?

Об этом Воланса задумалась только что. Мгновенно ее прошлая жизнь повернулась к ней другим боком, и она даже замерла. А потом огляделась вокруг. У нее возникло ощущение, что мир поменялся, будто раньше она смотрела на него одним глазом через полупрозрачный листик дерева, а сейчас открылся второй глаз, или листик стал полностью прозрачным.

Еще немного посидев на ветке дерева, до которой не добрались Мертвые Роботы своими огромными круглыми пилами, она сформировала из кохабитанта копье и с криком прыгнула на поверженного врага. Искусственная нога, заменяющая уже хорошо отросшую ногу, как обычно придала дополнительный импульс, и не будь у нее опыта ее использования, она бы полетела совсем не туда, куда намеревалась.

Мягко приземлившись и еще не погасив полностью импульс своего тела, Воланса со всей силы вогнала копье в Мертвое тело Робота. Ну, как вогнала — хотела. Но деревяшка неприятно завибрировала в руке и чуть не вырвалась, а на боку Мертвого не осталось даже царапины.

— Ладно, — буркнула девушка и посмотрела внутрь копья. Так-то, обычно ей достаточно было даже не подумать, а только обозначить в голове намерение, чтобы кохабитант ее понял и сделал, что ей надо, но сейчас был другой случай. Надо было четко продумать свойства и изменения в копье. Как раз тут на пользу пойдут некоторые учебные материалы из Почек, что в последнее время особенно часто отец заставлял учить.

Замерев на мгновение, Воланса ударила по Роообоооооту. В этот раз появилась царапина. Она снова подняла копье и замерла.

Пока Воланса делала свои дела, Сергей проводил собственное расследование. От первого робота, которого пришлось уничтожить лично ему, мало что осталось. Хоть боеприпасы изначально разрабатывались Сергеем в первую очередь против живых монстров, что тут водились в достатке, на робота они подействовали тоже неплохо. Собственно, до применения на животных дело так и не дошло — ситуация с этим миром как-то стабилизировалась. Не сказать, что прям они перестали обращать на землянина внимание, но если не лезть на рожон, то есть, не раздражать их, не лезть под лапы, клювы, не мешать охоте или много еще разных вполне выполнимых «если», то жизнь становилась вполне себе спокойной и относительно безопасной.

Боеприпас был простым. Скорострельная пушка последовательно стреляла снарядом, при взрыве формирующим примерно двухметровый плазменный шар с температурой, чуть недотягивающей до трех тысяч градусов по Цельсию. После первого шел прямо противоположный по действию снаряд — примерно в том же радиусе при взрыве температура мгновенно опускалось до примерно минус ста пятидесяти градусов. Вообще-то, они разрабатывались больше для интереса и против летающих монстров, но на земле тоже показали себя неплохо, правда, лес мгновенно занимался пламенем, и приходилось почти всегда после первого «горячего» выстрела стрелять его антагонистом, чтобы не дать распространяться пожару. Поэтому применять по наземным целям это оружие Сергей не планировал, а вот по летающим чудищам, по размеру превышающим летательный аппарат землянина в два-три раза, ему прям понравилась эффективность — одним выстрелом можно было превратить без особых последствий летающее тело или в пепел или в сосульку. Благо, больше одного обычно не требовалось — системы наведения ТУНИКа на таких, в общем-то, невысоких скоростях противника, работали идеально.

Сергей попробовал все это, при этом специально подставившись — стрелять просто так по невиновным животным он не хотел, да и все. Больше не понадобилось до этого случая.

Попинав сплавленные металлические конструкции, до сих пор покрытые морозным налетом, он вздохнул — боеприпас хорош, но слишком мощный. И от противника ничего не остается и вреда для окружающей среды много — десять метров сгоревшего пространства, включая растительность и мелких животных. Надо бы что-то поменьше по убойности придумать, попроще, типа обычных бронебойных или разрывных снарядов. Скорее всего, придется еще встретиться с подобными роботами.

Сергей достал из кармашка разгрузки плитку размером с палец, сломал ее и бросил на остатки враждебной техники. Буквально за секунду плитка разбухла в десятки раз и внешне стала походить на аморфную, трясущуюся, как желе, субстанцию, которая растеклась по поверхности и стала почти незаметной. Теперь нано—, микро— и макроконструкты этого исследовательского робота залезут во все щели, исследуют материалы каждой детали, а анализ уже сделает СУНИК. То же самое исследователь сделал и со вторым роботом, там информации точно будет побольше.

Вблизи робот производил неплохое впечатление. Зализанные металлические формы довольно сильно отличались от земных машиностроительных технологий, вернее от земного машинного военного дизайна, но в целом по функциональной логике соответствовали земным понятиям целесообразности форм в построении подобных машин. То есть чувствовалось чуждое восприятие окружающей действительности, но связка цель-задача-логика движения-инструментарий-материалы вполне подчинялись просчету земной логикой.

С одной стороны, это радовало, так как вполне достоверно можно было спрогнозировать используемые технологии и то, что можно еще встретить при наличии полноценной ресурсной базы противника, если у него налажено производство. А если нет, то по используемой технике можно прикинуть задачи структуры, владеющей подобной техникой, и, соответственно, предположить, что еще в загашнике у нее есть. Ну, это так — из области прогнозов, пусть этим занимается СУНИК — у него есть соответствующие программы и базы знаний. Пусть прогнозирует.

С другой, это напрягало в том смысле, что земная военная мысль порой делала неприятные зигзаги в создании орудий убийства себе подобных, и если здесь жили похожие существа, но с более легким отношением к жизни, чем земляне, то можно встретить и такое, что не всегда можно спрогнозировать. Но в любом случае, делать какие-то выводы пока рано.

Заметив, что Воланса уже сделала, что хотела, и даже, кажется, отчиталась перед Дочерью — по крайней мере, она с закрытыми глазами некоторое время стояла неподвижно у дерева, а сейчас рассматривала какой-то цветок, выживший в недавнем аду, Сергей подошел к ней.

— Надо еще проверить первого робота там, за пару километров отсюда, и попытаться понять, откуда они взялись. Пойдешь со мной?

Воланса кивнула и спросила:

— Куда идти?

— Предлагаю немного полетать между деревьев, — хмыкнул Сергей и повернулся к ней спиной. Его наспинное оружие поднялось над головой и освободило место на плечах, — Обними меня сзади, свои руки пропусти под моими, а спереди хватайся за петли. Ногами меня тоже обними.