Лили и Лилиан - Алекс Вуд

К тому же, если она откроет рот, она подведет Мэтью. Ни одна живая душа не должна узнать, что ворованное кольцо она получила от него…

– Эх, Лилиан, что ж вы мне сразу не сказали… – бормотал Хьюстон себе под нос.

Он гремел ключами, открывая дверь, а девушка никак не могла понять, что происходит.

– В чем дело, инспектор? – напряженно спросила она, когда он распахнул перед ней дверь камеры.

– Мне так неудобно перед вам, Лилиан, – сказал Хьюстон, явно смущаясь. – Я с самого начала знал, что это дело – полный бред, но разве с высоким начальством поспоришь? Я, к сожалению, не могу вас сразу выпустить сейчас, мне придется дождаться Фонтина, но, по крайней мере, в камере вы сидеть больше не будете…

Лили опешила.

– Подождите, – нахмурилась она. – Что-то выяснилось?

– Да, – улыбнулся инспектор. – У меня в кабинете сидит Мэтью Гленфилд…

Сердце Лилиан забилось.

– Он мне все рассказал насчет этой истории с кольцом. Придется Фонтину уехать несолоно хлебавши. – Инспектор с довольным видом потер руки. – А то вздумал хватать честных граждан. Такие, как вы, Лилиан, у нас на вес золота… Ну выходите же, мистер Гленфилд очень из-за вас беспокоится. Честное слово, если бы вы все объяснили сразу, вам бы не пришлось сидеть в камере так долго… Но, конечно, я все понимаю…

Хьюстон многозначительно подмигнул девушке. Ошеломленная Лили вышла из камеры.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ее нельзя выпускать на свободу, уж ей это известно гораздо лучше, чем кому-либо в Спринг-Бэй. Что придумал Мэтью, чтобы спасти ее?

С бьющимся сердцем девушка вошла в кабинет Хьюстона.

– Думаю, вам будет о чем поговорить. Я прослежу, чтобы вас не беспокоили, – тактично сказал инспектор и вышел, закрыв за собой дверь.

– Лилиан, дорогая, как ты? – Мэтью бросился к девушке и нежно обнял.

Когда Лилиан вошла, его поразило выражение ее лица – недоумевающее, настороженное.

Он ожидал испуга, праведного негодования, радости, в конце концов! Но, должно быть, бедняжка столько всего пережила за эти несколько часов, что уже не знает, что думать.

– Я в порядке, – тихо ответила она. – Но я ничего не понимаю.

Мэтью рассмеялся.

– Милая моя… Во всем виноваты я и излишнее служебное рвение господина Фонтина. Но я сейчас все расскажу тебе.

Мэтью усадил растерянную девушку на стул, а сам устроился на табурете у окна.

– Почему ты не сказала полицейским, что это кольцо подарил тебе я? – требовательно спросил он.

Лилиан молчала, придумывая достойный ответ.

– Но ведь оно было украдено… – пролепетала она наконец.

– И ты решила, что его украл я? – В голосе Мэтью был упрек.

Ничего я не подумала, огрызнулась про себя девушка, не до того было.

– Нет, но все это было так странно… – Она отвела глаза в сторону.

– Лилиан, ну неужели я похож на грабителя? – расстроенно воскликнул Мэтью.

Лили вжалась в спинку стула. Мэтью без ножа резал ее.

– Это очень долгая история, – вздохнул он. – Но, как я понимаю, у нас много времени до возвращения Фонтина… Ты не все обо мне знаешь, Лилиан. Так получилось, что лорд Уэзерби, тот самый, которого обокрали, мой отец.

Лили чуть не свалилась со стула.

– Да, трудно поверить, правда? – усмехнулся Мэтью. – Отец родился в Америке и женился на американке, но он был старшим сыном английского лорда, так что титул остался в семье.

Я – его единственный наследник и, соответственно, будущий граф Уэзерби. Надеюсь, это не очень пугает тебя?

Лили отчаянно замотала головой. Говорить она пока была не в состоянии.

– Пять лет назад умерла моя мать. – Мэтью помрачнел. – С отцом у них в последнее время были довольно… эээ… натянутые отношения. И он недолго переживал после ее смерти.

Голос Мэтью дрогнул.

– Вскоре он женился во второй раз. На женщине намного моложе его. Новоиспеченная леди Уэзерби отличалась невероятной жадностью, и можешь мне поверить, что даже громадного состояния отца не было достаточно, чтобы удовлетворить ее аппетиты. Но больше всего ей не давали покоя драгоценности моей матери. Отец потихоньку дарил ей то одно, то другое, однако она требовала большего. Семье Уэзерби принадлежит старинный гарнитур из рубинов и серебра, очень редкий и ценный, он переходит от матери к старшему сыну, который затем преподносит его своей супруге…

Мэтью многозначительно посмотрел на Лили, и девушка залилась краской.

– Прекрасная Кэтрин жаждала завладеть этими драгоценностями, и, возможно, рано или поздно отец уступил бы ее требованиям. Но мама оставила завещание, в котором помимо всего прочего указала, что теперь единоличным владельцем рубинов являюсь я. Должно быть, она чувствовала, что отец не устоит и осмелится нарушить семейную традицию… Одним словом, однажды, когда жить на вилле Уэзерби стало совсем невыносимо, я собрал чемоданы и уехал.

Естественно, прихватив с собой драгоценности Уэзерби. Ни Кэтрин, ни отец не знали об этом – рубины хранились в отдельном сейфе вместе с другими украшениями матери, и отец не позволял ей забрать все и сам особенно не интересовался содержимым сейфа. Так что, когда в дом забрались грабители, то отец, естественно, решил, что рубины похищены ими.

Мэтью перевел дух.

– Но почему ты ничего не сказал отцу, когда уезжал? – спросила Лили. – Или хотя бы когда было совершена кража…

А Сэм-то напустился на беднягу Алана из-за этих рубинов, невольно усмехнулась она про себя. Да и сцапали его как раз из-за них. Не повезло.

– Мы с отцом… – Мэтью замялся. – Одним словом, у нас были не самые хорошие отношения.

– Ты боялся, что он не позволит тебе забрать украшения?

– Нет, но… – Мэтью опустил глаза. Было ясно, что ему неприятно говорить на эту тему.

– Тебе не кажется, что лучше рассказать обо всем? – тихо спросила Лили.

– Да, – кивнул он. – Ты права. Дело в том, что Кэтрин Уэзерби пыталась, и небезуспешно, соблазнить меня.

Лили ахнула. Больше всего ее поразило слово «небезуспешно». Оказывается, она еще не утратила способность ревновать…

– Кэтрин – очень красивая женщина, – глухо продолжал Мэтью, не глядя на девушку.

Лили сжала кулаки. Ох, попалась бы ей эта леди Уэзерби…

– У моего отца были деньги, а у меня… гм, видимо, молодость и некоторая привлекательность. Кэтрин решила убить двух зайцев одним ударом. Мы с ней были знакомы еще до ее свадьбы, и мне всегда льстило ее внимание. Однако выбор она сделала не в мою пользу…

Мэтью усмехнулся.

– Можешь представить себе, как меня шокировало известие о том, что отец собирается на ней жениться!

– Ты любил ее? – дрожащим голосом спросила Лили. Она искренне хотела бы посочувствовать страданиям Мэтью, но на самом деле не испытывала ничего, кроме жгучей ревности к той, кому когда-то принадлежало его сердце.