Легкое дельце - Виктория Серебрянская

— Квазар им в глотку! — вдруг яростно завопил мой компаньон. — Тина, быстрее приходи в себя! Они уже очухались и маневрируют, чтобы достать нас!

Я попробовала открыть рот, чтобы послать доставучего килла куда-нибудь в дальнее пешее с эротическим уклоном, но внезапно осознала, что мой рот полон крови. И если я его хотя бы приоткрою, то все это «счастье» выплеснется мне на грудь. Пришлось сцепить зубы. Попробовала на ощупь положить руку на штурвал. Но увы, позорно промахнулась.

Поначалу в рубке воцарилась относительная тишина, прерываемая лишь писком приборов и шорохом системы жизнеобеспечения яхты. Потом сбоку от меня раздался какой-то странный звук, который я никак не могла идентифицировать, а потом мне в шею что-то впилось. Спустя всего секунду зрение прояснилось, и я увидела склонившегося надо мной Ирейса:

— Легче? — озабоченно поинтересовался он, с тревогой вглядываясь в меня. — Я впрыснул тебе сыворотку собственного приготовления. Испытывал на себе, она безопасна, — коротко проинформировал он меня.

— Сядь немедленно на место! — рыкнула на килла вместо благодарности и схватилась за штурвал. «Шерварион» продолжал падать по заданной траектории. Прямо в просто дикое скопление космического мусора. Считалось, что для космических кораблей он не опасен, но проверять эту теорию на шкуре яхты я не собиралась.

Не знаю, что мне вкатил Ирейс, но от этой дряни кровь в жилах словно запела. Зрение обострилось до такой степени, что я замечала мельчайшие точки на обзорных экранах корабля. Мышцы звенели от нерастраченной силы. А мозг практически мгновенно просчитал дальнейшие действия врага. И я, презрительно продемонстрировав боковому экрану, на котором три корабля противника маневрировали с целью достать нас, средний палец, легко выжала на себя штурвал, на огромной скорости бросая яхту вверх, прямо под брюхо самого крупного звездолета…

— Ты что творишь?! — заорал килл, одновременно пытаясь выпутаться из своего кокона, в который он вернулся по моему требованию.

— Сиди смирно, а то заблокирую кресло, — не глядя, сквозь зубы пригрозила в ответ. — Я не собираюсь лететь по горизонтальной плоскости, позволяя этим тварям подстрелить нас как куропатку в лесу!

Бросив короткий взгляд в сторону Ирейса, я заметила, как он ошеломленно обмяк. А я аккуратно сбросила ускорение, пристраиваясь в тени стабилизаторов врага. Маневр это был придуман не мной, а моей соотечественницей Кристиной Швабб-Тран уже довольно давно. Но до сих пор никому не хватало дерзости его повторить. Я тоже никак не решалась. Теперь понимаю почему. Хотя, возможно, раньше просто не было подходящей ситуации. И вот поди ж ты… Интересно, что Ирейс мне вколол?

— Что ты мне вкатил? — спросила, не глядя в сторону килла, лихорадочно изучая карты сектора в поисках лазейки. Место под брюхом корабля противника относительно безопасное. Но даже там вечно висеть нельзя. Сейчас они очухаются, сложат два и два, и лягут на домашний курс. А мне куда? Садиться вместе с ними и надеяться, что корабль противника не раздавит меня как кит камбалу в первую брачную ночь?

— Энергетик собственного приготовления, — заторможенно отозвался килл, изучая меня. Я кожей чествовала, как его взгляд бродит по мне. — Он подстегивает все процессы в организме и высвобождает на непродолжительное время скрытые резервы. Но, похоже, доза, подходящая для меня, для тебя велика…

— Главное, чтобы не вызвал привыкания как наркотик, — рассеянно отозвалась я, — или чтобы не ломало, когда закончится действие твоей сыворотки. Остальное переживу.

Как я и думала, противник у нас был очень умным или имел достаточно реального опыта, чтобы быстро сообразить, что я сотворила. Спустя всего минут пять после того, как я поднырнула под брюхо звездолета неприятеля, как оппонент начал маневрировать. И вскоре стало понятно, что я верно спрогнозировала события: опасаясь лупить по прилипшей к брюху собрата нахалке, три звездолета, встречавшие «Шерварион» у прокола, возвращались домой.

— И что теперь? — очень сухо и отрывисто поинтересовался Ирейс. Кажется, он тоже понял, что происходит.

— Теперь я попытаюсь их обогнать и сесть первой, — скупо отозвалась я. — Только сначала поиграю с ними немного в пятнашки.

— Зачем?

Удивление в голосе килла было не менее густым, чем мое, когда я сообразила, что вопросов по поводу игры в пятнашки не последует. И это был далеко не в первый раз, когда Ирейс демонстрировал знание чисто земных словечек.

— Слушай, удовлетвори любопытство, — попросила я, проигнорировав его вопрос, — откуда ты знаешь чисто земные слова и выражения?

Я даже скосила в сторону Ирейса глаза, настолько мне было любопытно. И успела поймать направленную в мою сторону хитрую ухмылку:

— Скажу, если объяснишь, зачем нам играть с теневиками в догонялки!

Я пожала плечами:

— Да все просто: мне нужна предельная скорость, чтобы успеть проскочить атмосферу планеты впереди этих трех…

— Но это же риск! — перебил меня килл. Я скривилась.

— Вся эта авантюра — огромный и ничем не оправданный риск. Я просто стараюсь его минимизировать. Потому мне нужно разогнаться как следует, чтобы у нас с тобой было хотя бы несколько минут форы. А как разогнаться на глазах у этих придурков? — Ирейс, наблюдавший за мной со странным выражением лица, молча пожал плечами в ответ. Удовлетворившись этим, я пояснила: — Я сейчас заставлю их гоняться за мной по кругу, с каждым витком все увеличивая и увеличивая скорость, а когда наберу необходимую, то рывком отправлю «Шерварион» в атмосферу.

— Их трое, а ты одна! — напомнил мне Ирейс со скепсисом.

— Думаешь, три инопланетных дуболома перехитрят одну земную женщину? — хитро усмехнулась в ответ.

Ирейс отзеркалил мою усмешку:

— Ну тогда… Жги! А я посмотрю!

— Памперс надел? — Подколола я его, вспомнив приспособление для младенцев. И напомнила: — Теперь твоя очередь! Я жду объяснений!

Говоря это, я короткими рывками посылала яхту в разные стороны. Потом возвращалась назад. Словно пыталась сбежать, уйти в сторону. Но никак не могла определиться, в какую. Помогало поддерживать эту иллюзию еще и то, что соперники, едва я высовывалась из-под брюха его собрата, пытались палить в меня электронными импульсами. Чтобы парализовать всю электронную начинку «Шервариона». И терпение явно не было их сильной стороной. После четвертого обманного маневра они начали делать то, чего я от них добивалась: перестраиваться так, чтобы я оказалась на линии огня. А мне того и было нужно. Стрелять мне по ним было нечем. Разве что высунуться в открытый люк и плюнуть. Зато я могла удирать. Что я и сделала. Представляю, сколько иномирных матов полетело мне вдогонку, когда я, совершив ложную петлю, едва не заставила двоих из трех столкнуться лбами. После этой моей выходки пираты разозлились достаточно,