Счастья много не бывает - Патрисия Тэйер

Ребекка пожала плечами.

— У меня совсем другая ситуация. Это не мой мужчина.

Сестра не поверила ей.

— Мы говорим о мужчине, который предоставил тебе личный самолет. О мужчине, который снял телефонную трубку на ферме и через секунду передал ее тебе. Вы двое находились совсем рядом в пять часов утра… И ты говоришь, что это не твой мужчина.

Ребекка вздохнула.

— Да, сознаюсь, я потеряла контроль над собой. Я влюбилась в Митча, но не могу переложить на него свои проблемы.

Рэчел участливо посмотрела на сестру.

— Похоже, ты сделала то же, что и я. Ты просто сбежала.

Ребекка нахмурилась.

— Да, сбежала. Но он хочет иметь много детей, и когда я сказала ему, что не способна родить ребенка, он позволил мне уйти. — Она старалась не расплакаться, но слезы они брызнули из ее глаз.

Сестры снова обнялись.

— Могу я чем-то тебе помочь?

— У меня все в порядке, правда. Ведь мы снова вместе.

В этот момент в дверях появилась Стефани.

— Я не хотела вас прерывать, но позвонил ваш отец. Он просит Ребекку приехать в дом деда.

Ребекка не хотела навязываться своему отцу.

— Он сказал зачем?

Стефани многозначительно подняла бровь.

— Тебя желает видеть Митч Такер.

Глава десятая

Митч сидел в большой приемной дома Уильяма Валентайна. Он очень долго ждал, и ему не терпелось увидеть Ребекку. Он вылетел в Лондон после того, как состоялись похороны и отец Ребекки немного пришел в себя. И теперь у него оставалось очень немного времени, чтобы открыть ей свое сердце и убедить в своей любви. Ведь они созданы друг для друга. Он не собирался уезжать из Лондона без нее.

Митч встал и начал ходить по комнате. По некоторым причинам Роберт Валентайн решил, что нежданный гость нуждается в его обществе. Конечно, это был знак вежливости, но Митч уже достаточно знал о Роберте, поэтому разговор вышел за рамки обычной светской беседы.

— Как я уже сказал, мистер Валентайн, я больше не ассоциирую себя с «Такер Интернэшнл». Я продал все свои активы два года назад. И все мое внимание сейчас сосредоточено на семье и работе фермы.

Роберт Валентайн был высокий брюнет с задумчивыми глазами и волосами, тронутыми сединой. Он удивленно поднял брови.

— Мужчина никогда не покидает корпоративный мир. Я слышал, вы занялись разведением бычков на свободном выгуле. Наши рестораны заинтересованы в такой говядине.

В последнюю очередь Митч хотел бы обсуждать деловые вопросы. Ему нужна была сейчас только Ребекка.

— Придется немного подождать, мы только еще начали работать, — ответил он Валентайну.

— Тогда будем поддерживать связь, — улыбнулся Роберт. — Так как вы работаете с моей дочерью…

— Мистер Валентайн, — прервал его Митч. — Моя поездка никак не связана с бизнесом. Я желаю видеть Ребекку по личным причинам. — Он перевел дыхание. — Поэтому, пожалуйста, увольте меня от обсуждения деловых вопросов.

Роберт не успел ничего ответить — из холла донесся звук голосов. Волнуясь, Митч взглянул на дверь — и замер, увидев Ребекку. Лицо ее было усталым, но по-прежнему прекрасным. Ее обычно спадающие на плечи волосы были убраны в пучок, но несколько локонов все же выбились наружу. На ней была короткая темно-синяя юбка, открывающая длинные ноги, и голубой свитер, подчеркивающий цвет глаз. Он старался угадать, как она отреагирует на него. Она не улыбалась.

— Привет, Ребекка, — сказал он.

— Привет, Митч. Что ты делаешь здесь?

А какие слова он мог еще ожидать? Он позволил ей уйти, когда она оглушила его сообщением о том, что не может иметь детей. Сердце его тогда разрывалось. И не из-за себя, а из-за нее.

— Приехал тебя повидать, — сказал он, пытаясь поймать ее взгляд. Он продал бы сейчас душу дьяволу за одну ее улыбку. — Я беспокоился о тебе. Когда мы говорили в последний раз…

Она взглянула на Роберта.

— Ты извинишь нас, папа?

Роберт кивнул и сказал:

— Почему бы вам не пойти в сад? Сегодня прекрасный день. — Ребекка поняла, что такой мужчина, как Такер, по мнению ее отца, был бы хорошей перспективой для его дочери и для всей семьи.

— Конечно, — неохотно сказала она. Поскорей бы как-то это прекратить, заставить Митча уехать. И тогда, только тогда она сможет жить своей жизнью.

По дороге сюда она придумала слова, которые собиралась сказать Митчу, но, когда увидела его, все слова вылетели у нее из головы. Он выглядел неотразимо в темно-синем костюме в светлую полоску, в белоснежной рубашке и бордовом галстуке.

Надо лишь сохранить самообладание, и тогда он уйдет.

Она провела его через комнату к террасе, выходящей в сад, моля Бога о том, чтобы он придал ей силы. Террасу увивали благоухающие розы. Ребенком она гуляла здесь, бродя по лабиринтам дорожек, проложенных сквозь цветники. Она отогнала воспоминания.

— Митч, ты не должен был приезжать.

Он шел за ней.

— Ребекка, если бы не дети, я не оставил бы тебя одну, а сел бы с тобой в самолет.

Она на мгновение закрыла глаза.

— Нет, Митч, мы все сказали друг другу. Я больше не приеду в Вайоминг, даже если из-за этого лишусь своей работы в агентстве.

Он нахмурился.

— Ты на самом деле думаешь, что по моей вине можешь потерять работу?

Она видела, что обидела его.

— Нет-нет. Но мы больше не можем работать вместе. Я передам твой заказ кому-нибудь еще.

Он вздохнул.

— Будет обидно. Ты так много вложила сил в эту работу. Я рассмотрел твои идеи, особенно тщательно — те, которые касаются детского лагеря имени Керри.

— Как ты о них узнал?

— Я нашел твою папку в моем офисе и подумал, что ты хотела мне ее показать.

Она была в шоке оттого, что забыла у него такую важную вещь.

— Ну, ведь ты заплатил за это.

— Я заплатил за твою работу по продвижению говядины. — Он встретился с ней взглядом. — Но то, что мы испытали тогда ночью, очень много значит для меня. И для тебя, я думаю, тоже. — Он шагнул к ней, она отступила назад.

— Да, но с этим покончено, — сказала она. — Я возвращаюсь в Нью-Йорк.

— А что, если я попрошу тебя приехать в Вайоминг?

Сердце ее, казалось, остановилось, затем стало бешено стучать.

— Митч, нам не по пути. У меня работа.

— Перестань прятаться за свою работу! Я больше слушать этого не хочу. Одно время работа была для меня главным в жизни, но в конце концов я понял, что жена и дети для меня главнее. И если у тебя есть выбор между работой и семьей, то выбирай семью.

У Ребекки застрял комок в горле.

— Ведь я говорила тебе, когда уезжала из Вайоминга, что не могу… — Она отвернулась. — Пожалуйста, не заставляй меня снова говорить об этом. Уходи.