Современная венгерская пьеса - Йожеф Дарваш

class="p1">М е л и т т а. Сядьте на ковер.

С у д ь я. Какой ковер?

М е л и т т а. Вот тут написано: бухарский.

С у д ь я. Бухарский? У Залавари никогда не было бухарского ковра. И никакого ковра тут нет!.. А если б и был, я бы на него не сел.

М е л и т т а. Правильно, надо всегда сохранять чувство собственного достоинства.

Пауза.

С у д ь я. Когда вы сегодня звонили, кто с вами говорил по телефону?

М е л и т т а. Трубку никто не поднял.

С у д ь я. И мы, зная, что хозяев нет дома, все же пришли!

М е л и т т а. А почему бы и нет? Раз в ванной свистят и варится кофе, значит, кто-то дома.

С у д ь я. Но ведь нас приглашали не на чашку кофе, а на ужин.

М е л и т т а. Вы же говорили, что все равно ничего не будете есть, потому что у вас мигрень.

С у д ь я. Совершенно верно, я сказал, что ничего не стану есть за ужином. Но я вовсе не намерен отказываться от еды только потому, что тут вообще нечего есть.

М е л и т т а. Лала, вы неисправимый формалист.

С у д ь я. Ничего не поделаешь. Когда в передней не пахнет едой, а из столовой не доносится стука посуды, и нас не приглашают к столу, у меня вдруг просыпается аппетит, в желудке урчит, и желудочные соки требуют утоления голода калорийной нищей. В судебной медицине об этом ничего не сказано, но, мне думается, Мелитта, мои условные рефлексы действуют наоборот.

М е л и т т а (вздыхает). Если б вам удалось направить свои рефлексы на правильный путь, вы, пожалуй, могли бы осчастливить и меня. Вам бы следить за своими желудочными соками, чтобы они не дремали, когда им дают поесть.

С у д ь я. Попытаюсь, Мелитта. (Целует ей руку.)

М е л и т т а (гладит мужа по голове, с некоторым сомнением). Ну что ж, дорогой, поживем — увидим.

Явление четырнадцатое

Т е  ж е  и  В и к т о р.

Из ванной выходи т  В и к т о р; на нем смокинг. Несколько секунд он наблюдает за умилительной сценой.

В и к т о р. Целую ручки, мадам! Сервус, Лала! (Чтоб разрядить атмосферу, галантно целует руку Мелитте, обменивается сердечным рукопожатием с судьей.)

С у д ь я. Ты на короткой ноге с семейством Залавари?

В и к т о р. В деловых отношениях… (Мелитте.) Но я, кроме того, поэт.

М е л и т т а. Обожаю поэтов! К сожалению, мне редко приходится общаться с ними.

В и к т о р. Здесь собралась славная плеяда поэтов, к тому же истинных лириков.

С у д ь я. Очевидно, Залавари на сей раз решили пригласить к себе ни ужин более пестрое общество.

В и к т о р. Увы, Залавари тут больше нет.

С у д ь я. Как так?

М е л и т т а. Мой дорогой, вы не выносите Залавари, так почему же вы не можете примириться с отрадным фактом, что их тут нет? Ну и слава богу, что их нет.

С у д ь я. Но ведь они пригласили нас на ужин.

В и к т о р. Верховное командование не могло обойтись без нашего друга Ричи Залавари. Сам понимаешь… международные события огромной важности… Словом, Ричи нет. И ужина тоже нет.

С у д ь я. Тогда нам, пожалуй, ничего не остается, как отправиться восвояси.

М е л и т т а. Жаль… Я только стала входить во вкус…

С у д ь я. Как прикажете. Но я не желаю вместо ужина пить черный кофе.

В и к т о р. Сударыня, а вот и поэты!

Явление пятнадцатое

Те же, Ш а н д о р, К а р о й, Б а л и н т  и  Ю л и я.

Б а л и н т, войдя, в изумлении останавливается у порога. За ним входят все остальные.

М е л и т т а. Добрый вечер.

В и к т о р. Друзья, позвольте вам представить моих закадычных друзей… (Вынимает из корзины с цветами визитную карточку, читает.) «Доктор Лайош Сегилонги — председатель коллегии венгерской королевской судебной палаты, и его любезная супруга».

Ю л и я (бросается к кофеварке). Ой, совсем забыла про кофе! (Снимает с огня кофейник.) Ну конечно, треснул!

М е л и т т а. Вам удивительно везет, Лала. Теперь нечего опасаться, что придется вместо ужина пить черный кофе. Его тоже нет. (Юлии.) Помочь вам, милая?

Ю л и я. Этому уже не поможешь.

М е л и т т а. В следующий раз, когда мы сюда придем, я принесу вам кофеварку из небьющегося стекла. Надеюсь, вы нас еще пригласите? Мы чувствуем себя у вас превосходно. (Садится на пол.) Угостите меня, пожалуйста, стаканчиком вина.

Виктор протягивает ей пустой стакан и садится рядом, скрестив ноги по-турецки. Остальные садятся на скамейки у стены.

В вас чувствуется истинный поэт… Мне страсть как хочется хоть раз в жизни послушать свободные стихи. Прочтите, пожалуйста, что-нибудь.

В и к т о р (в замешательстве). Я? Свободные стихи?

М е л и т т а. Ничего, если они чуть фривольны. Я вам разрешаю. Или вот что — прочтите мне ваши стишки на ухо.

С у д ь я. Мелитта, дорогая, вы спутали свободные стихи со свободной любовью.

М е л и т т а. Дорогой мой, позвольте нам сначала согрешить, а потом уж осуждайте, как это бывает в жизни.

С у д ь я. Я осуждаю ваше поведение, Мелитта.

М е л и т т а. Слышите? Значит, есть еще судьи в Венгрии. Господин председатель призвал к порядку свою супругу и вот-вот прикажет очистить зал заседаний от публики. (Встает, с умилением.) Обожаю Лалу, когда он председательствует на суде. Лала, дорогой, скажи еще раз: «Я осуждаю»…

С у д ь я. Я уже осудил ваше поведение, сударыня!

М е л и т т а. Вот-вот, слышите? О, если б вам довелось хоть раз оказаться перед ним, ну, скажем, на скамье подсудимых. Вы получили бы огромное удовольствие. Он олицетворение правосудия, беспристрастности, справедливости. О, Лала, какое блаженство слушать вас в зале суда…

ПЕСЕНКА СУПРУГИ СУДЬИ

Модных магазинов кутерьма

Не мила мне, а мила тюрьма.

Суд — моя любимая обитель —

Следствие и прения сторон

Душу мне тревожат испокон,

Ведь судья — мой муж и повелитель.

Я живу в суде, и, как судьбе,

Я внимаю моему судье.

Впрочем, и подследственных жалею.

Всякий раз при кратком слове «казнь»

Я впадаю в истинный экстаз,

И по жилам кровь течет живее.

Вор, насильник, гангстер и бандит,

И закон, который их клеймит, —

Это увлекательнее скачек.

Я всему внимаю, не дыша.

Верьте, только женская душа

Может вам сказать, что это значит!

И когда я нахожусь в суде,

Я убийцу чувствую в себе,

Жертву и блюстителя закона.

Добродетель, преступленье, кровь,

Поцелуи — оживают вновь

В глубине души моей бездонной.

С у д ь я (подходит к жене, целует ее в лоб). Поверьте, Мелитта, я тоже увереннее веду процесс, когда вы присутствуете в зале заседаний…

В и к т о р. Редко приходится наблюдать подобную душевную гармонию между супругами. Конечно, когда есть общность интересов…

М е л и т т а. Попредседательствуй немного, Лала! Мне кажется, наши друзья оценят тебя по достоинству.

С у д ь я. Сейчас? Здесь?

М е л и т т а. А почему бы и нет? Ведь служат же полуночные мессы… Право, можно хоть раз провести и ночное судебное заседание! Как председательствующий, объяви, Лала, — «Именем святой венгерской короны». Я так люблю это слушать.

С у д ь я. Нет…