Воспоминания Мерлина, или Привет, Хогвартс! - 4ert13

Я откинулся на подушку и снял очки, в которых чуть не уснул. Все же Мерлин на моей стороне и Гермиона тоже! Эта мысль не давала покоя, разливалась по телу спокойствием и теплом. А все остальные… Как сказал друг — пусть идут лесом! Запретным. Вот с такими мыслями я и уснул. На следующий день подошла декан и сказала в три явиться на третий этаж для осмотра палочки и интервью… Если я правильно понял. Я разнервничался — с палочкой–то все было в порядке, а вот интервью какое–то… Зная, что про меня и так пишут, не хотелось бы стать посмешищем или еще чем–то. — Ну неужели без этого никак?

— Господи, Гарри, хочешь давай интервью, хочешь нет, хочешь пошли ее прямым текстом куда подальше эту репортершу или кто там будет, какая разница? Главное, если все же не удасться отвертеться, проследи, чтобы она твои слова записывала, а не чьи–то еще. А то налепят с три короба… И помни, ты — хозяин положения, а не они. — Мерлина я, видимо, достал уже… В три я отпросился у Флитвика, перед этим успешно продемонстрировав отброс подушки, и направился в указанный кабинет. Парты там были убраны, и три других чемпиона — красавица Флер, хмурый Виктор Крам и улыбающийся Седрик уже были здесь.

Для начала мистер Оливандер осмотрел у всех палочки, причем как оказалось, Флер на четверть вейла, и в ее палочке волос ее бабушки. Так что с этой дамой шутки плохи…. У остальных же были палочки как палочки. Палочку Гарри тот проверил в последнюю очередь, придирчиво осмотрел, крутя ее в руках, и выпустил сноп зеленых искр, прежде чем вернуть ее владельцу. — Итак, раз с проверкой мы закончили, господа и дамы, уделите несколько минут репортерам, которые очень хотят узнать побольше про наших чемпионов. Я был против, но тем не менее, Здесь Рита Скитер от Ежедневного Пророка и Белла Вульфрик, от новой газеты «Вестник дня» — Дамлдор, улыбаясь, кивнул молодой волшебнице в синей мантии, стоявшей чуть в стороне от колдуньи в зеленом костюме, блондинки в очках и с ядовито–розовой помадой. Мужичок с камерой деловито сделал несколько снимков чемпионов вместе, затем порознь, больше всех он задержал Флер. Рита Скитер первым делом подошла к нему сразу после фотографии.

— Вы не против где–нибудь уединиться, чтобы нам не мешали?

— Нет, я не против, — я был смущен и надеялся, что задав пару вопросов, она быстро отстанет.

Рита ухватила меня под локоть и стремительно вылетела из класса, зайдя в соседний. Достала из сумки блокнот и какое–то странное перо…

— Ты не против прытко пишущего пера? — Видимо, она считала свою улыбку неотразимой… Мда…

— Смотря что оно будет писать.

— О, всякую ерунду, о которой я тебя спрошу. Для начала, Гарри, расскажи о себе. Сколько тебе лет? Что побудило участвовать тебя в турнире? Жажда славы или может самоубийства? Что ты думаешь о своих шансах на успех, ведь твои соперники гораздо взрослее тебя? Что… — вопросы сыпались один за другим, и меня начало подбешивать все это. Я просто не успевал на них отвечать, но тут меня привлекло то, что перо пишет явно больше, чем я говорю, и я, отмахнувшись от него рукой, схватил блокнот, висевший в воздухе.

— А давайте теперь я задам вопросы? — Я усмехнулся, листая блокнот. — Вот это значит я сказал, да? Что мне двенадцать, что у меня призраки прошлого в глазах, что тут еще, а, я значит участвую, потому что хочу показать себя… Какая гадость… И Это вы репортер от Пророка? Тогда я больше его не читаю. Мы поступим так. — Бешенство внезапно улеглось, уступая смеху. Эта напыщенная курица думает, что надует всех, ну–ну… Я достал палочку и, выдрав листы на глазах у разинувшей рот от такой наглости Риты, прошептал:

— Инсендио! Я думаю, это справедливо. В конце концов, так лгать нельзя.

— Да что вы себе позволяете!

— То же, что и вы. Безмерную наглость. И не подходите ко мне больше за интервью, а то в следующий раз, я могу случайно подпалить, скажем, этот парик? — Я шутливо указал палочкой на ее волосы и с радостью вышел вон. Ишь стерва, двенадцать мне…

Разговор же с молодой ведьмой от Вестника вышел нормальным, хоть я и согласился по просьбе Дамблдора, уж очень он странно посмотрел на меня. Оказалось, что наш директор решил устроить себе газету, и если сначала я подумал, что щас будет очередное вранье, то нет, репортерша писала все сама, от руки, и в черновом варианте действительно были мои ответы. Да и поговорить с ней удалось нормально:

— Здравствуйте, мистер Поттер, меня вам уже представил мистер Дамблдор. Студент Гриффиндора, на четвертом курсе Хогвартса, рожденный тридцать первого июля восьмидесятого, который несколько раз уже побеждал Волан–де–Морта и знаменит на всю Британию? Я ничего не упустила? — Юная ведьма лукаво усмехнулась.

— Нет, вы были предельно точны. Здравствуйте.

— Как вам учится в Хогвартсе? У вас есть друзья, остались ли родные? Какие у вас отношения с студентами школы?

— Учится хорошо, спасибо. Да, есть несколько близких друзей, с остальными студентами я общаюсь вполне нормально… Когда они не обсуждают мой шрам. — Я усмехнулся. — Да, я живу с крестным, Сириусом Блэком.

— А, то громкое дело зимой, два года назад. — Белла кивнула, соглашаясь со своими мыслями, а затем хитро улыбнулась, — перейдем к Турниру Трех Волшебников. Как вас сюда занесло?

— Я не знаю. Видимо, кто–то кинул мое имя в кубок и заколдовал его, и мне пришлось участвовать. Сам я этого не делал, хотя да, желание участвовать было, но у кого его не было? Тем не менее, участвовать мне именно приходится, что бы не погибнуть от магии кубка, который покарает не соблюдающих контракт.

— Хорошо, так и запишем. Так, а как вы думаете, что будет на испытаниях?

Вот в такой манере она расспрашивала меня с полчаса, после чего мы разошлись, довольные друг другом. Посмотрим, что завтра будет в газетах….

Утренними газетами на следующий день, Гарри был приятно удивлен — одна из них была правдива до мелочей, а вторая буквально поливала бредом, грязью и интригами, видимо, у Риты Скитер что–то взорвалось внутри…. Хотя, когда тебя посылают три из четырех чемпионов, наверное сложно остаться равнодушным…

Глава 21

Мерлин.

Мне все это не нравилось. Категорически. Мало того, что узловую точку линий вероятности (судьбы) мы прошли плохо — надо было посмотреть их раньше, придумать и просчитать как не потерять Рона. Теперь же все было ой как ни просто, из пучка шли слишком много линий. Да и Рон… Я этого не понимал. Что ему еще нужно? У человека должно быть для счастья немного. На самом деле просто видеть уже счастье. А говорить? Жить? Чувствовать? Счастье есть все вокруг. Просто нужно это понять, и от каждой прожитой секунды получать удовольствие. Ладно, он этого не ценит, но у него же и так все: живые, любящие родители. Много братьев и сестра, семья дружная вполне и веселая. Друзья есть. Он Маг, в отличие от миллиардов людей. Ну какие претензии? Девушки нет? Ну ни у кого из нас нет, иди завоевывай. Но нет, славу, деньги ему подавай… Алчность, тщеславие, вот что не может вывести свет никак. Это зависит только от человека, от опыта. Даже воспитанный в скромности и правильных условиях человек падет на зов этих пороков. Чревоугодие и похоть можно излечить просто — перенасытить человека. Ну или же правильно воспитать, что бы духовное ценилось выше телесного, вкус — больше количества. Гордыню можно убить, втоптав в землю, или же объяснив. Уныние, печаль, лень вообще легки. Гнев… Вот Гнев, праведный гнев — это вообще не грех. Ну, я так думаю.

— Мерлин тебя что в такие дебри то понесло? — Гермиона помахала мне рукой перед лицом.

— А? Что? Я слегка задумался…

— Угу. Вслух. Последние пару минут. А мы как никак на истории. Хорошо я хоть «оглохни» поставила, а то сейчас бы ты с Бинсом спорил, о грехах.

— Гермиона, ты мой чудесный спаситель. Спорить с Бинсом бесполезно. — Да, а что тебя так в грехи то понесло?

— А, так ты не слышала начала? Про Рона я думал и его деятельность. — Я показал руками кавычки, а Гермиона обернулась и посмотрела на Рона, который развалился за партой с Симусом и храпел на весь кабинет. — Ну, я надеялась что он одумается… уже две недели надеюсь. Еще и с нами поссорился — Гермиона была расстроена этим событием, и старалась нас всех помирить. Выходило не очень. Рон не приходил на тренировки, не разговаривал со мной и Гарри. С ней общался, но на раздражении. Что вообще–то странно и не к добру, значит в их отношениях не все так просто, или я опять что–то выдумываю. Ну вот скажите, ну не сука ли он, а? Дезертир хренов, а…

Наши тренировки с Сириусом проходили регулярно, и так же регулярно чередовались нашими с Гермионой. Она уже почти полностью научилась фокусировке и основам левитации, но леветировать три подушки ей все еще было трудно. Так что пока упражнялись в этом, но она очень старалась. В физических тренировках она тоже была на высоте — за год она уже выучилась почти идеально исполнять штук пять простых и эффективных приемов на уровне рефлексов, и теперь под моим началом изучала их вариации, а так же другие приемы и варианты. Были проблемы со спаррингом — как ни крути, бить ее серьезно даже в экипировке я отказывался. Обозначить атаку еще мог, но не более. Да и ее убедить бить нормально стоило трудов… Вечером, после УЗМС Хагрид задержал Гарри и сказать приходить в мантии–невидимке к полуночи… Видимо, мы все же узнаем, что будет первым испытанием.