«Заказ» на конкурента - Фридрих Незнанский

Мораль: последние полгода имеет место конкурентная борьба между двумя крупными нефтяными компаниями «Русьнефть» и «Тайганефть», возглавляемыми соответственно Подорожным и Найдичем. Идет передел сфер влияния, главной целью которого, по сути, является слияние компаний путем поглощения более сильной компанией более слабой. Но кто сильней, кто слабей все еще не ясно, за каждой компанией могучие тылы.

ДЕНИС ГРЯЗНОВ

Денис прибыл через двадцать две минуты — рекордное время, если учесть количество светофоров, на которых пришлось постоять. Вяземская появилась ровно через полчаса, минута в минуту, суровая, с неизменной складкой между бровей. Денис, проявляя чудеса галантности, выскочил из машины, распахнул перед ней дверцу, помог забраться внутрь. Она, кажется, чуть-чуть оттаяла, даже едва заметно улыбнулась, объясняя, куда следует ехать. А направлялись они в Архангельское на дачу уважаемого замминистра.

— Что, ваша девушка еще не нашлась? — поинтересовалась Евгения, когда они с Рублевского шоссе выскочили на Кольцевую.

— Не нашлась.

— И вы серьезно полагаете, что Герман Александрович может иметь какое-то отношение к ее исчезновению? Расскажите, мне интересно, как вы себе это представляете? Она сбежала от него? Из-за него? Может, вы подозреваете, что он ее прячет?

— Вообще-то я проверяю любые варианты, — ответил Денис. — Если он и не имеет отношения непосредственно к исчезновению, то, возможно, он располагает какой-либо не известной мне до сих пор информацией, которая поможет в поисках…

— Забавно, — усмехнулась она. — И что, люди с вами обычно откровенничают?

— Не все, конечно. И не всегда, но у каждого человека есть «кнопка», — усмехнулся он в свою очередь. — Помните как в детском фильме про Электроника, нужно просто эту кнопку найти. У Германа Александровича она тоже наверняка есть, будем искать.

— Так и быть, раз уж я взялась вам помогать, могу дать наводку и на «кнопку», хотите?

— Буду безмерно благодарен.

— На самом деле все просто: если хотите закончить разговор до того, как он начался, можете назвать его господином Вюншем. Герман Александрович, и никак иначе. Не просите его сфотографироваться с вами на память, он жутко не любит позировать. Не делайте ему комплименты — это самый легкий способ настроить его против себя. Он терпеть не может, когда ему льстят. Не вздумайте вешать ему лапшу на уши, он чертовски умен, наблюдателен и прекрасно разбирается в людях. Не пытайтесь выпить с ним на брудершафт, даже если он сам предложит. Это очередная проверка на вшивость. К спиртному он вообще равнодушен, если и пьет — только вино, предпочитает белое. Из еды предпочитает рыбу, а суши не просто любит, он реально от них зависит. Не пытайтесь обсуждать с ним новинки литературной макулатуры или макулатурной литературы, как вам больше нравится. Он с юности помешан на Хулио Кортасаре и не дай вам бог заикнуться, что какой-то там Пелевин тоже себе писатель. Вы читали Кортасара?

— Ну… как бы читал.

— Не в восторге, да? А что читали?

— Рассказы. Жизнь каких-то хронопов и фамов… еще что-то об искусстве хождения рядом, кажется, о великих открытиях и котах-телефонах.

— Прочтите на досуге еще что-нибудь. Из рассказов хотя бы ту же «Ленту Мебиуса» или «Рукопись, найденную в кармане», возможно, ваше представление несколько изменится. Хотя согласна, Кортасар — на любителя. В общем, это практически все, что вам нужно знать, если рассчитываете на откровенный разговор. Просто говорите без выкрутасов, постарайтесь оставаться самим собой. Герман Александрович очень ценит интеллигентных искренних людей.

Оставшийся путь до дачного поселка Денис в благодарность за ценные сведения развлекал Евгению анекдотами, тщательно подбирая только «английские» без пошлостей и само собой без ненормативной лексики, благо стараниями Севы Голованова анекдотов он знал прорву. Она очень заразительно смеялась, и Денис даже подумал, что вчера значительно преувеличил ее стервозность и неприступность. В сущности, — вполне нормальная дама, не без странностей, конечно, но у кого их, в сущности, нет?

Легко миновав пост охраны, на котором Вяземскую знали, они с километр проехали по качественно заасфальтированной улочке и остановились у цельнометаллических ворот. Евгения попросила Дениса выйти, позвонить в звонок рядом с воротами и выставила голову из окна, улыбнувшись в видеокамеру, закрепленную на заборе. Ворота медленно отползли в сторону, пропуская джип. Денис покружил по довольно длинной извилистой, мощенной булыжником и обсаженной с обеих сторон елями аллее и подрулил к самому крыльцу.

Дом оказался совсем небольшим и довольно симпатичным, без всяких готических башенок, колонн, куполов и прочих архитектурных излишеств, к которым так тяготеют новые русские. Двухэтажная, почти кубическая коробка, стены первого этажа сплошь стеклянные, одна половина несимметричной покатой крыши тоже. Красиво и, наверное, удобно, подумал Денис, — много света, кроме прочих преимуществ можно сэкономить на электрическом освещении, хотя для замминистра плата за свет, наверное, не проблема.

Вюнш стоял на ступеньках крыльца в джинсах и белом пуловере вроде тех, что носят игроки в гольф. Высокий, чуть грузноватый, лицо совершенно не надменное, глаза из-за тонких очков в золотой оправе смотрят прямо и слегка насмешливо. Несмотря на высокий пост, замминистра практически не появлялся на телевидении или совсем не появлялся, по крайней мере, Денису его видеть не приходилось. Он обнял Евгению за плечи и повел в дом, а Денис остался около машины, не зная, что делать. Вообще-то он полагал, что Вяземская его представит, а она как будто о нем забыла.

— Герман Александрович, — пришлось Денису окликнуть замминистра, тот недоуменно обернулся.

— Ах, да! — как бы спохватилась Вяземская. — Герман Александрович, позвольте представить, это Денис тоже, кстати, Александрович, частный детектив, имеет к вам разговор.

Вюнш все еще не понимал, в чем дело. И тут Вяземскую словно прорвало. Откуда что взялось? В одно мгновение из каменно-спокойной уравновешенной дамы она превратилась в натуральную фурию. Совершенно не стесняясь в выражениях, она буквально обвинила Вюнша в «кобелизме», она кричала, жестикулировала, казалось, сейчас просто набросится и выцарапает глаза. Вюнш не реагировал, возможно, он привык к таким сценам. Спокойно пожав Денису руку, он жестом пригласил его проходить в дом, довел до толстой дубовой двери и распахнул ее.

— Пока мы тут поговорим, посмотрите лучше мою коллекцию охотничьего оружия.

За дверью располагался целый арсенал: в стеклянных шкафах с кодовыми замками лежали и висели ружья, карабины, ножи и прочие охотничьи прибамбасы.

— Любуйтесь, — предложил замминистра, — только руками не трогайте. — Он вышел и прикрыл за собой дверь.

Денис без особого энтузиазма прошелся между шкафами. С большим удовольствием он послушал бы, о чем говорят Вюнш и Вяземская, но из-за двери доносились только нечленораздельные звуки, невозможно было даже понять, кто именно говорит, а уж о чем говорят — тем более. А оружие на самом деле особого внимания не стоило. Да, вещи красивые, но в большинстве своем совершенно нефункциональные. По крайней мере, карабины — явно подарочный вариант. Чеканка по стволу, инкрустированный приклад, причудливо выкованные курки, но представить себе, как такую игрушку можно таскать по болотам, гоняясь за утками, Денис мог с трудом. Что в этой комнате действительно было занятным, так это система охраны. Дверь при ближайшем рассмотрении оказалась только обшитой дубом, а внутри железной, оконные стекла из пуленепробиваемого стекла, толщиной миллиметров десять, причем внутри стекло прошито тончайшими металлическими нитями — возможно, для пущей крепости, а возможно, вживлены датчики, реагирующие на нажатие или удар. В шкафах точно такие же стекла, кодовые замки. Денис не удивился бы, если бы выяснилось, что в стенах вмонтированы сенсоры, реагирующие на движение, а на ночь за дверью включается лазерная решетка. Обидно, что присесть негде. Ни дивана, ни стула. Очевидно, красота оружия призвана приводить гостей в благоговейный трепет и из уважения к этой красоте им полагается стоять.

Разговор за дверью стих и через минуту появился Вюнш. Один.

— Ну и как вам коллекция?

— Хорошая коллекция, — кивнул Денис, чтобы не обидеть хозяина, — богатая.

— Вы еще не все видели. — Замминистра настучал на панели код и, открыв нижнюю, обитую деревом часть одного из стеллажей, продемонстрировал Денису набор ножей.

Их было больше десятка, все одинаково оформленные, с наборными костяными ручками, и длиной клинка от пяти до двадцати с лишним сантиметров. С пилочками и с прорезями, с желобками для стока крови и без оного, но примечательным было опять же только их количество, но никак не качество. На первый взгляд, они ничем не отличались от ножей туристических, которых сейчас навалом в специализированных магазинах. В «Защите» на Петровке Денис точно видел подобные, от тридцати до двухсот долларов за штуку, только что наборами не продаются и ручки там не костяные, а по преимуществу деревянные или берестяные. Можно и без членского билета охотничьего общества купить.