Возвращение ярла - Александр Мазин

Размеренная речь мастера Герца действовала на Санька усыпляюще. Он уже давно утерял нить рассуждений наставника и большую часть сил тратил на то, чтобы держать глаза открытыми. Но силы его были уже на исходе…

– …В некотором смысле наша Игра является одновременно фильтром, отделяющим активных особей от общей массы, и тренажером для тех, кто учится играть по чужим правилам, – журчал где-то поблизости голос мастера адаптации. – Знаете, в чем главное отличие всей зоны «Мидгард» от общества, в котором вы выросли?

Вопрос, к счастью, был риторический, и отвечать на него не требовалось.

– Главное отличие в том, что любой полноценный индивидуум нашей Игровой зоны вполне способен к самостоятельному и независимому существованию. Будучи отрезан от остальных членов своего общества, он не впадет в панику и не умрет с голоду. Каждая ячейка мира этой зоны – ячейка натурально-хозяйственная. И что же тогда их всех объединяет?

– Что? – переспросил Санёк.

– Это я вас спрашиваю, молодой человек. Что объединяет людей, способных самостоятельно добыть всё необходимое для удовлетворения основных потребностей?

– Потребность в общении? – рискнул предположить Санёк.

– А чем эта потребность отличается от потребности в пище, еде, сексе или физической нагрузке?

– Ну… Не знаю.

– Ничем, молодой человек. Коренная потребность, которая лежит в основе существования человека, – это потребность выжить. Но это – в инстинктах. А вот в высшем понимании, в социальном, – это дать возможность выжить другим. Вряд ли человек вашего возраста способен воспринять второй тезис. Вы молоды, и первичные рефлексы у вас превалируют. Вот с ними-то мы и будем работать. Моя задача в данном случае: научить вас отделять ваши собственные желания и потребности от тех, которые были вам навязаны вопреки вашим личным интересам…

Последнюю фразу Санёк уже не дослушал. Провалился в сон.

Очень хороший сон, потому что снилась ему Лика. И в этом сне было всё. Включая и такое, на что они никогда бы не решились наяву. Во всяком случае не решился бы он, Санёк… И еще они знали, что никогда больше не расстанутся…

Но тут мастер Герц разбудил Санька и сообщил, что наступило утро и лично он собирается идти спать. А вот Саньку следует позавтракать и отдаться в крепкие руки мастера знаний, дабы пройти оплаченный спецкурс «Основы мореплавания».

Так начался пятый день Игры для Александра Первенцева.

Глава двадцать вторая

Закрытая территория зоны «Мидгард». Основы мореплавания

Мастер знаний Дмитрий Гастингс Лысцов разительно отличался от двух уже виденных Саньком мастеров. Он был молод, атлетически сложен, и голос у него был – как у соборного диакона: великолепный мощный бас, пробирающий до костей.

Санёк был очарован.

Тем не менее начал мастер знаний традиционно: с пичканья ученика дурнопахнущим зельем.

– Не боись, Александр, не цианистый калий и даже не кошмарин Деда, – добродушно пробасил мастер, заметив реакцию Санька. – Исключительно для улучшения памяти питьё сие.

Не обманул. Ни кошмаров, ни судорог напиток не вызвал, а глоток чего-то крепкого из личной фляги мастера напрочь прогнал дурное послевкусие, заменив его локальным пожаром в глотке. Более того, зелье действительно обострило память. В голове – идеальная ясность, а хитрейшей конструкции морские узлы Санёк запоминал с первого раза. Впрочем, запомнить – мало. Надо, чтобы еще руки запомнили, а на это потребовалось время. Где-то час с небольшим.

Затем они отправились в зал сараистого вида, где Саньку был представлен кораблик с двухметровой мачтой и тремя веслами. Парой – для гребли и еще одним, выполнявшим функцию руля.

Мастер заставил Санька тщательно обследовать кораблик, проверить его состояние, по ходу указав на имеющиеся дефекты: некачественно просмоленные места, сомнительно выглядящие доски и подгнившее с одной стороны основание мачты. Затем на отдельно взятом куске обшивки Санёк отрабатывал ремонт в походных условиях: закрывал пробоину куском просмоленной парусины.

На этом предварительное изучение матчасти было закончено, и перешли собственно к судовождению. Отрабатывали базовое действие: отдать якорь, поднять якорь. В роли якоря выступала пудовая каменюка.

Санёк урок усвоил, и удовлетворенный мастер перешел к работе с парусом.

Саньку казалось, что дело это – нетрудное. Мачта размерами не впечатляла, парус – тоже. Довольно быстро Санёк освоил и установку мачты, и постановку паруса. Операцию повторили трижды, и Санёк решил, что он справляется не хуже полноценного моряка. Но мыслью этой делиться не стал. И правильно сделал, потому что после отработки приемов в спокойной обстановке мастер отвел его на «тренажер»: точно такую же лодку, но установленную на подвижном основании. Настолько подвижном, что стоило Саньку слишком сильно навалиться на борт, как лодка кренилась, и Санёк из нее вываливался. На бетонный пол, что не слишком приятно. Однако с равновесием у Санька проблем не было, и он довольно быстро освоил и этот этап обучения… Как выяснилось, не последний. Мастер включил вентилятор, и сильнейший поток воздуха обрушился на парусную лодку и ее единственного матроса. Результат: парус унесло «в море». Еще полчаса невероятных усилий – и Саньку удалось спустить парус даже под искусственным ураганом.

Но оказалось – это тоже не всё.

Вентилятор был не единственным орудием, с помощью которого терзали учащихся. Шланг с холоднющей водой приличного напора показал Саньку, что такое настоящая мужская работа.

Правильно убрать парус Саньку так и не удалось ни разу. Он бессчетное количество раз вываливался из лодки в «бурное море». Его неоднократно накрывало упавшим парусом и прикладывало реей. Он разбил колено о скамью, а в качестве финальной коды ухитрился сломать гнездо мачты.

На этой оптимистической ноте его тренинг закончился. Мастер обозвал его «сухопутной немощью» и отправил обедать.

После обеда Санёк уже мысленно приготовился к новым битвам с вентилятором и водопроводом, но мастер знаний даже не заставил Санька напяливать мокрую «униформу». Отвел в раздевалку, где Санёк переоделся в «настоящее морское»: рубаху, штаны, куртку и короткие разношенные сапоги. После чего он проследовал за мастером в какой-то сумрачный подвал, ожидая чего-то такого, рядом с чем утренние упражнения покажутся легкой разминкой.

Однако похожий на подземную автостоянку подвал закончился овальной дверью, за которой оказался миниатюрный вокзал с одним-единственным вагончиком размером с «жигули». Мастер знаний занял место «у руля», и они минут двадцать мчались по скудно освещенному тоннелю в никуда… «Никуда» оказалось крохотным морским пляжем, со всех сторон окруженным скалами.

Здесь Санька ждала еще одна лодка, чуток побольше, чем тренажерная, с двумя парами весел. Плавсредство было полностью «разоружено», и Саньку пришлось в одиночку (мастер только покрикивал) снаряжать суденышко к плаванию. Сначала загрузить все необходимое. Бочонок с водой, припасы, сети, какие-то мешки с балластом… Всё вплоть до черпака, установить рулевое весло, поставить и закрепить мачту… И выяснить, что стащить груженую лодку в воду ему не по силам.

Санёк попытался использовать в качестве рычага весло… И больно огреб по спине здоровенной галькой. Плюс выслушал комментарий мастера по поводу своих умственных способностей, а также обещание вместо Игры отправить Санька на трудотерапию – в судоремонтную мастерскую. Пришлось лодку полностью разукомплектовать и разгрузить. Затем спустить и, закрепив конец на берегу, снова загрузить. Причем под неусыпным присмотром мастера, дабы распределить груз правильно. Поскольку в первый раз этого присмотра не было, то Санёк без труда догадался, что мастер, злодей, с самого начала знал: лодку придется разгружать.

Зато парус Санёк поставил весьма сноровисто… И тут же получил приказ его убрать. И снова поставить. И снова убрать.

Наконец отплыли. Сначала на веслах, очень аккуратно, потому что скал в заливчике было полно, и большая часть – ниже уровня воды. Когда отошли от берега на кабельтов, мастер разрешил Саньку поставить парус. А параллельно объяснил, что кабельтов есть одна десятая часть морской мили, которая ведет свое происхождение от длины земного меридиана и составляет 1852 метра. Кабельтов, соответственно, 185. И скорость на море измеряется в узлах, а узел – это одна морская миля в час. Добавил также, что там, куда вскоре попадет Санёк, ни до кабельтовых, ни до узлов пока не додумались, не говоря уже о меридианах, и мили там – совсем другой длины, но запомнить – надо. Пригодится.

Дальше было здорово. Санёк рулил, учился управлять парусом, распознавать мели… Потом забросили сети и за каких-то полчаса наловили килограммов двадцать рыбы. Мастер исследовал улов, выбрал четыре рыбины приличных размеров, а остальных велел отпустить.