Иннокентий 3 - Ал Коруд

активно интересуется DEA — Управление по борьбе с наркотиками. А это, скажу вам честно, крайне непростые люди.

Иннокентий заинтересованно взглянул на бывшего куратора:

— Работают совместно с ЦРУ? Это не они нас в Панаме пасли?

— Скорее, не вас конкретно, а просто отрабатывали версию. Но лучше лишний раз не светиться. Вести себя скромно.

— Илья Семенович, я же играю роль плейбоя! У меня дорогая камера, неплохие гонорары от рекламной конторы. Я понемногу становлюсь знаменитым.

Крапивин вытаращил глаза. Видимо, данная роль приезжего кента прошла мимо него.

— Таак, а подробней?

Выслушав подробный рассказ о Фотобанках и прямом контракте, КГБшник погрузился в раздумья. Но каков шустрец! Нашел свои снимки в издании, связался напрямую с рекламодателем и в итоге кинул посредника в виде фотостока «Алами», заключив большой контракт на фотосъемки Карибского бассейна с конторой, что обслуживала авиакомпании. И ведь, стервец, скорее всего, утаивает конечную сумму сделки.

— Скажу сразу. Идея неплохая. Это создает вам иллюзию легальности.

— Почему иллюзию?

В этот раз у Васечкина глаза серьезные.

— Вопрос: под каким именем ты продаешь свои фотоснимки?

— Под псевдонимом. А контракт заключен на датчанина Микельсона. Рюйтера мы побоялись использовать.

— Правильно, больно мутные там документы, — кивнул Крапивин. — Но и датчанами вам лучше больше не оставаться.

— Есть проблемы?

— Конечно! Как им при таком раскладе не быть?

КГБшник откровенно глумился. Вероника достала из сумочки револьвер. И по её выражению лица разведчику было непонятно, зажигалка это или «настоящий» аналог. На вид не отличались. С этих обормотов станется!

— Товарищ подполковник, хватит темнить!

— Вы же советская женщина, Вероника! Как так можно целиться в человека из пистолета? Я еще могу понять этого байстрюка.

— Осторожно с выражениями. Он мой законный и любимый муж.

— Все-все, сдаюсь! — Крапивин шутливо поднял руки. — Что же по проблеме. Все просто! Оба датчанина, скорее всего, мертвы.

— Как это?

Крапивину пришлось сделать усилие, чтобы не заржать. Такое сейчас смешное было у нее лицо.

— Как бывают мертвы люди. Полностью! Нырнули и не вынырнули. А если нет тела, то нет дела.

В отличии от супруги Иннокентий произнес это деловым тоном.

— Их не нашли?

— Только лодку с оборудованием. Тел не обнаружили.

— Боже мой!

Разведчик пожал плечами:

— Так бывает, дамочка. Смесь в баллонах не та оказалась, акулы напали. Спасателей и водолазов в здешней местности не водится. Тела же, по всей видимости, съели рыбы или крабы. Даже если найдут их акваланги, то ничего уже не докажешь.

— У вас ведь есть с собой предложения?

— Конечно! Станете немцами.

Вот сейчас коктейль чуть не пролил уже Кеша.

— Почему немцами?

— Твоя подруга знает немецкий в совершенстве.

— А как же он? — показал глазами на мужа Вероника.

— Будет легенда, что его мама — словенка, и он часть жизни проживал в Югославии. Как раз славянский акцент подойдет. Извините, но серьезную проверку в качестве скандинавов вы не пройдете. А два немца из нейтральной Австрии, к тому же с развитой банковской сферой, не привлекут к себе столько внимания. Типаж ваш также подходит.

Иннокентий и Вероника переглянулись.

— Я так понимаю, что это контора подсуетилась?

— Мы попросили. Втемную сработали. Но легенда соответствует действительности.

Вероника внимательно посмотрела на разведчика:

— Это намек на то, что мы поедем в Европу?

Крапивин сделал вид, что задумался:

— Может быть, но не в ближайшее время. Пока сидите в Панаме. Там же получите новые документы и переоформите все фирмы на немецкие имена.

— Что делать с Кюрасао?

— Выведите все активы. Хотя, — подполковник умел соображать быстро, — на новое имя я бы фирму там оставил.

Вероника вздохнула:

— Я уже засветилась, а остров маленький.

— Не проблема. Пусть Кеша оформит на себя. Там же есть возможность управлять фирмой…

— Удаленно?

Опять этот шкет поразил разведчика в самое сердце. Откуда у него в голове такие редкие понятия?

— Можно и так сказать.

Вероника кивнула:

— Есть такая возможность. Но не очень удобно пользоваться. Связи с островом через Венесуэлу.

Крапивин удовлетворённо потер руки:

— Тогда оставьте там счет в офшоре и еще один в хорошем банке. Лучше европейском.

Кеша поднял руку:

— Вы нас к чему готовите, товарищ подполковник?

— Не ищи подвоха, Иннокентий. Это нужно в первую очередь вам. На всякий пожарный случай. Ни ЦРУ, ни DEA никогда не контролируют полностью бассейн Карибов. Так что будем считать, что это ваша лазейка. В случае чего переправленные в Европу деньги не пропадут.

Улыбка все-таки сошла с лица зарвавшегося засранца. Он глянул на испуганную жену и уже более осторожным тоном спросил:

— Нам есть чего бояться?

— Всегда есть чего бояться. Но хватит на этом! Ближайшую задачу я вам обрисовал. Закончите рекламный контракт и летите на Панаму. Там получите новые документы и новую жизнь.

На последних словах Крапивин состроил многозначительную мину. Он успел заметить, как глаза Иннокентия на миг полыхнули. Крючок проглочен! Но как наивен был человек двадцатого века!

Глава 15

Райские кущи

Пальмы, казалось, росли из самого моря. Их гладкие стволы склонились к воде, а в развесистых верхушках шаловливо играл легкий бриз. В дополнение к подобному великолепию добавилось изумрудного оттенка море, небо, потемневшее к вечеру, белые барашки волн и узкая полоса песчаного пляжа. Идеальная картинка райского отдыха!

— Стоп! Муй бьен!

Иннокентий за время фотосъемки весь вспотел. Даже бриз с моря нисколько его не освежал. Шоколадного оттенка девчонки-модели отчаянно кривлялись, прыгали в набегавших волнах и громко смеялись. Мадс Миккельсен взял перерыв и отошел в тенек, схватив коктейль, который наполовину состоял изо льда, затем снова кинулся к камере.

Нет, таким мастодонтом, как Linhof со всеми его подвижками и тяжеленным штативом снимать подобные сцены невероятно сложно. Надо заранее выстроить кадр, посмотрев, чтобы никто из него «не вываливался». То есть требуя от девушек постоянно держаться в обозначенной флажками площадке.

После следует навести резкость по матовому стеклу, в котором ты видишь перевернутое изображение. К такому еще стоит привыкнуть. Ну а уж потом требуется поставить кассету с пленкой. Забегаешься! И еще при этом постоянно следить за освещением. Слайды крайне чувствительны к ошибкам в экспозиции. Для этого приходится делать дубли с шагом в одну треть, чтобы