Рыцарь Венеры - Лилия Бланш

— Ты умом что ли тронулся на фоне любви?

— Возможно, но я намерен настаивать.

— Ладно, согласен.

— Я попрошу гарантий выполнения моей просьбы.

— Самоубийца, — припечатал директор, со вздохом доставая форменный бланк из ящика стола, чтобы составить небольшое неофициальное соглашение.

Глава 18

Когда я пришла в себя, то увидела больничную палату. В руке торчала игла капельницы, вокруг мониторы и различные приборы, издававшие не самые приятные звуки.

В кресле, запрокинув голову на спинку, спал Александр Зорин. Медленно, очень медленно в голове прояснялось, воспоминания, которые я успела прочитать в чужой душе, знания, которые почерпнула…

— Крис, ты очнулась!

За переживаниями не заметила, что агент проснулся. Пододвинул кресло и положил обжигающе-горячую ладонь на мои холодные пальцы. Я вздрогнула от прикосновения — одновременно приятного и… знает ли он? Конечно, знает! Они подписывают бумаги, приносят присягу, у каждого есть свой порядковый номер…

— Какой номер у тебя? — хрипло спросила я. Голос совершенно осип, видимо, валяюсь под капельницей довольно давно, но сейчас почему-то это казалось совершенно несущественным.

— Что? — тёмные глаза смотрели непонимающе. — Ты, наверное, ещё не пришла в себя, может, видела какие-то сны? Крис, у тебя был приступ эмпатии, ты, видимо, словила момент гибели одного из агентов во время взрыва космолёта.

— Нет, — покачала я головой, внимательно следя за реакцией своего рыцаря. — Я словила момент гибели агента, который закрывал брешь в портале Меркурия. КАКОЙ порядковый номер у тебя, Алек?

По лицу агента пробежала судорога, загуляли желваки, губы превратились в узкую полоску.

— Рыцари Хранителей не вписаны в эту очередь.

Я выдохнула, но потом промелькнуло ужасное осознание.

— А когда я поменяю тебя на другого Рыцаря?

— Меня внесут в этот список, — спокойно ответил Алек.

— Тогда почему и ты, и Вивиан так настойчиво советуете меня сменить Рыцаря?

Агент опустил взгляд на мгновение, затем твёрдо ответил, глядя прямо в глаза.

— Так будет лучше для тебя. Вивиан считает, что у тебя развилось некое подобие Стокгольмского синдрома.

— Ты не брал меня в заложники, — поморщилась я.

— Нет, но ты попала в стрессовую ситуацию. Твоей жизни не раз угрожала опасность плюс новости о том, что мир совсем не такой, каким ты его считала. Тяжёлое испытание для психики, и…

— Я влюбилась в тебя? — спросила с вызовом.

— А разве нет? — Зорин внезапно сел ближе, и его рука скользнула по моей щеке к подбородку. По коже мгновенно побежали электрические разряды. Мужские пальцы нежно погладили лицо, и горячие губы накрыли мой рот поцелуем. Ласкающим, как морская волна, и затягивающим, как водоворот. В голове мгновенно наступила звенящая пустота. Алек настолько дезориентировал, что я не смогла ответить, просто позволила ему целовать себя до тех пор, пока агент сам не разорвал прикосновение, запустив пальцы в мои растрёпанные волосы и прижав мою голову к своей груди.

— Как я за тебя испугался, — услышала я глухой шёпот.

В голове один за другим возникали вопросы, но я молчала, позволяя прижимать себя к мужской груди и наслаждаясь каждым мгновением.

— Леди Венера, вы очнулись!

Неохотно оторвала голову от Зорина и повернулась в сторону двери, где стоял невысокий худощавый мужчина в белом халате.

— Доктор Варейкис, приятно познакомиться, — представился он, поправляя на переносице очки без оправы и внимательно разглядывая мониторы рядом с кроватью.

— Вроде бы всё в порядке, — пробормотал доктор, помечая что-то в прозрачном сенсорном планшете, и укоризненно добавил:

— Зорин, я вообще-то просил вас вызвать меня сразу же, как только леди Венера очнётся, а вы тут обнимаетесь?!

— Простите, переволновался, — сухо ответил Зорин.

— Ну да, ну да. Что ж, Кристина, отдыхайте, вас ведь можно называть по имени? Мне передали информацию о вашей нелюбви к титулу «леди».

— Да, конечно, доктор, — кивнула я, мечтая только об одном: чтобы он ушёл и оставил нас одних. Вопросы обжигали язык.

— Через полчасика зайдёт сестра и сделает пару уколов. Витамины, восстанавливающее… Также сообщу доктор Т’хэар, она настаивала, что необходимо срочно продолжить занятия по выстраиванию защиты от непроизвольной эмпатии. Думаю, в течение часа подъедет.

Я кивнула. Доктор ушёл, и с моих губ тут же слетел самый важный вопрос.

— Зачем ты меня поцеловал?

На губах агента мелькнула знакомая улыбка. Мягкая улыбка инструктора по сноуборду, ещё из той — прошлой и такой простой жизни.

— Просто захотелось.

— Это, что, игра какая-то? — с подозрением спросила, морща лоб. — Ты сказал, что относишься ко мне как к объекту и не более.

— Неужели я вру гораздо лучше, чем сам думал? — вздохнул агент и сжал мои руки в своих ладонях. — Вивиан думает, что нас с тобой так тянет друг к другу либо потому что запретный плод особенно сладок, либо из-за Стокгольмского синдрома. Поэтому предложила мне попробовать позволить себе несколько больше, чем положено должностной инструкцией, а она проведёт с тобой терапию на выработку ощущения безопасности.

— Звучит бредово, — хмыкнула я.

— Возможно, но ей виднее, она же у нас доктор психологии, биологии и генетики, — усмехнулся он в ответ. — Кроме того, как справедливо заметила Вивиан, возможно тебе вообще не понравится со мной целоваться. Многие вещи кажутся гораздо лучше, чем они есть на самом деле. Надеешься, ждёшь, хочешь чего-то… А потом пробуешь и оказывается, что оно того вовсе не стоило.

— Угум-с, — качнула головой, думая о том, что уже очень давно не видела на лице Зорина такой озорной, мальчишеской улыбки.

— Так что? — вопрос агента прозвучал с затаённой надеждой.

— Что «так что»? — изобразила непонимание я.

— Тебе понравился поцелуй? — этот вопрос прозвучал уже жёстче, мелькнули приказные нотки. Казалось, Зорин на грани того, чтобы устроить мне допрос с целью выяснения ответа. Может даже, детектор лжи притащит или сыворотку правды. Наверняка, у них тут есть продвинутые образцы и того, и другого.

— Да ну, — пожала я плечами. — Бывало и лучше, но на безрыбье и рак съедобен.

— Ну ты и язва, — усмехнулся агент. Придумать достойный ответ я не успела — мои губы накрыл новый, теперь уже обжигающий поцелуй, от которого в животе встрепенулся целый ворох сумасшедших бабочек.

Мы прервались, лишь когда пришла медсестра. Зорин галантно покинул палату, пока мне ставили уколы, потому как делали их в места, которые оголять при таких обстоятельствах перед ним не хотелось.

После того, как пришла Вивиан, я, наконец, задала и другие важные вопросы.

— Значит, чтобы подпитать силу порталов Меркурия и Земли ежегодно на смерть отправляются два агента?

— Верно, только я не могу понять, откуда ты об этом узнала.

— В момент синхронизации агента с порталом Меркурия, я как