Камни & косы, или О кошечках, птичках и прочих милых тварях - Наталия Котянова

Почему же я не последую «мудрому» примеру Калеба и не отстану от неё сам? Найти красивую доступную девчонку не проблема. Попытаюсь забыться, снять это бешеное внутреннее напряжение, а с Альфи начну общаться так же, как с Саби. Вдруг получится?

Угу, хрена лысого… Я никогда не верил в метод «клин клином», а тут он тем более не поможет. Любая девчонка на Алькином фоне покажется глупой и примитивной. Да и физическое влечение никуда не денется, это просто сильнее меня. Иногда мне самонадеянно кажется, что и она испытывает ко мне нечто подобное, что я небезразличен ей как мужчина. Но она не станет со мной спать только ради секса. Женщине для этого нужна любовь или хотя бы элементарная привязанность. Значит, мне точно ни черта не светит.

Так мы и жили вчетвером: одна пара и два непонятно кто. Виделись в основном за завтраком и ужином; днём Том занимался вместе с Альфи продажей недвижимости, водил Саби по врачам, а ещё они, наконец, подали заявление в ЗАГС. С учётом того, что они отказались от торжественной регистрации, к тому же невеста в положении, «процедуру» назначили на ближайшее время, то есть через две недели. Я и Альфи будем свидетелями. Очень весело…

Алька тоже часто была занята. Помимо дел Тома и Саби, она прилежно исполняла обязанности менеджера временно «подвисшей» группы «Грани». Нашла нам новых гитариста и ударника (Калеб, как я и предполагал, «отвалился» окончательно) — и оба парня нас категорически устроили. Есть у неё какое-то чутьё на людей…

А потом Аль сделала торжественное объявление: она устроила, чтобы группа участвовала в ежегодном Вильнюсском рок-фестивале. Он обычно проходит в начале сентября, и самые известные литовские и даже зарубежные группы не брезгуют участвовать в этом престижном мероприятии. Мы, честно говоря, были в шоке…

На вопрос, как ей это удалось, Альфи со смехом призналась, что совершенно случайно: встретила в супермаркете знакомого, близкого друга покойного отчима. Он её узнал, разговорились… Оказывается, дядя Витус продолжает успешно крутиться в шоу-бизнесе, в том числе является одним из организаторов этого фестиваля. Тут она не утерпела и решила воспользоваться знакомством в корыстных целях. Рассказала про нас… И выяснила, что дядя Витус уже наслышан о «Гранях». Угадайте, от кого? От пресловутого господина Манчавичюса! Он, между прочим, нас очень хвалил, вот так! В общем, долго уговаривать его не пришлось. Помимо участия в фестивале дядя Витус пообещал выкроить время и ознакомиться с творчеством группы поплотнее, послушать и, в благоприятном случае, познакомить с парой проверенных людей. Вот вам и случайная встреча в рыбном отделе!

Саби попыталась счастливо распрыгаться и тут же была схвачена не столь легкомысленным женихом; а я рискнул «на радостях» схватить «госпожу менеджера» на руки и вприпрыжку потаскать по комнате. Она притворно боялась и повизгивала, а потом как-то незаметно так и осталась сидеть у меня на коленях. Это стоило всех хороших новостей, вместе взятых…

Мы начали усиленно репетировать, притираясь к новому составу. Том велел Саби не перенапрягаться, но музыка всегда была для неё любимым развлечением, а не работой, и она на все его просьбы «поберечься и отдыхать» отмахивалась или привычно показывала язык. Беременность проходила легко, без токсикоза и других гадостей, и наша «принцесса» прямо горела энтузиазмом.

Дальше радости заканчивались, начинались проблемы. Точнее, одна проблема, глобальная и нудная: Габа. Единственная и неповторимая… Целых две недели она не знала, что я в Вильнюсе — сама отдыхала за границей. А по приезде «добрый» дядька Матас сразу сдал меня с потрохами, как я его ни просил. И вот позади две встречи. Если первая проходила ещё более-менее прилично (любящая бабушка соскучилась по «мальчику»), то потом опять заиграла старая пластинка: остепениться, учиться, жениться. Ну как ей ещё не надоело столько лет капать мне на мозги одно и то же!! Я смертельно устал огрызаться, доказывать, что я уже давно взрослый и у меня своя жизнь, куда лезть никому не надо, особенно из благих побуждений… Но Габа — это Габа. Она всё и всегда знает лучше. Ещё отца моего доводила, а уж он был куда терпеливее меня. Так что в нашей затянувшейся «схватке за мою жизнь» априори не могло быть победителя. Я всё-таки её внук, и мерзкий неуступчивый характер — наша общая фамильная черта.

Сегодня была встреча номер три. Бабушка была настроена особенно по-боевому и решила форсировать события: «случайно» пригласила в это же время «одну прекрасную девушку из прекрасной семьи». Спасло меня только то, что последняя «завяла» от одного моего вида (не успел переодеться после репетиции, немного потный и лохматый, подумаешь…) В общем, она быстро слиняла, а Габа закономерно рассердилась. И пригрозила: или я срочно берусь за ум и веду себя хорошо (видимо, «девушки из прекрасной семьи» у неё ещё не кончились), или… А вот это был удар ниже пояса. Она всерьёз пригрозила забрать у меня дом. Пусть он принадлежит ей только формально, у неё есть свой, куда более шикарный, а в этом я жил с самого рождения — Габа вознамерилась «выгнать меня оттуда к чёртовой матери и продать, а барахло пустить с молотка». Эта угроза выглядела бы как шутка, но я, к сожалению, знаю собственную бабушку: она из принципа пойдёт до конца. Ей всё равно, что там жили мои родители, что я, несмотря на свои редкие приезды, дико люблю в своём доме каждую комнату, каждую вещь — как свидетелей беззаботного счастливого времени, которое закончилось в один миг после смерти родителей… Этот дом — то единственное материальное, к чему я привязан в этом мире. И она хочет его продать! Просто назло… Старая карга!!

В общем, у меня есть ровно месяц. Один месяц… И всё.

В самом сквернейшем настроении я ввалился в (пока ещё свой) дом и сразу поплёлся на кухню. Есть у Габы я не стал принципиально и теперь собирался что-нибудь срочно сожрать. И заодно выпить.

Из кухни доносился приглушённый разговор. Я узнал Тома и Саби; Альфи ещё не вернулась.

— …что будет после этого фестиваля? — рассуждала Саби. — Мы сейчас все на воодушевлении, но что потом? Если нас действительно заметят и начнут продвигать? Мы же не маленькие, знаем: поначалу будет не жизнь, а каторга. Да и как я буду выглядеть на сцене с пузом?! Придётся брать другую солистку, однозначно…

— Я без тебя играть не буду, — твёрдо заявил Том. — Пусть даже Ирг на меня обидится… Но для меня тут выбора нет — семья или музыка. Конечно, семья! Ты.

— Спасибо, мой хороший… — до меня донёсся характерный звук поцелуя. — А как же Ирг? Для него-то музыка всегда была на первом месте. Я даже не могу представить, чтобы он занимался чем-то ещё… Если он соберёт новую группу, то ещё сможет многого добиться.