Ребенок от бывшего мужа - Лия Рой

Покажи, что уважаешь его просьбы и желания. Покажи, что не бросаешь дело на полпути. А вечером, когда вернешься, я приготовлю тебе ужин своими руками, и мы посидим на террасе. Матвей поиграет в саду. Все, как у настоящей семьи. Не сдавайся.

Глава 10

– Итак, я хочу, чтобы вы продолжали работать в компании.

– Каким образом ты себе это представляешь?

– Да, брат, каким? – произнес Миша, постукивая пальцами об подлокотник кожаного кресла.

Мы вчетвером сидели в гостиной особняка Орловых и рассуждали о том, как быть дальше. «Семейное собрание» созвал, на удивление, Мир. Нехотя, я уговорила Макса пойти, понимая, что это важно и то, что будет говорить младший Орлов, послужит дальнейшим маятником.

– Ничего он себе не представляет, ты посмотри на него! – заявил Макс.

Миша, на мой взгляд, уже совершивший тактическую ошибку, сидел напротив Макса, а Мирослав устроился на диване, стоявшем между креслами Я присела на подлокотник кресла, рядом с мужем.

Вчера мы узнали о том, что средний Орлов аннулировал брак и выдворил безродную девицу восвояси, утверждая, что ребенок не от него и что это было сделано ради гонки за наследство. Так и осталось загадкой, от него ли беременна девушка или нет. Меня удивило то, что Миша так открыто заявил о том, что мухлевал. Наверняка и дом тоже был построен не его руками. Был ли миллион, как утверждал еще во времена стажировки? Загадка. Может, был, а, может, подсуетилась вездесущая и алчная Ольга.

– Я ничего не смыслю в бизнесе. И я не хочу выбирать себе одного брата, – разрезал тишину своим признанием младший Орловы.

– Тебе придется, – отрезал Макс. – Потому что вместе работать у нас не получится.

– Почему же? У вас какая-то аллергия друг на друга?

– Можно и так сказать, – кивнул Максим.

– Ну, извините, ничем не могу помочь. – Мир развел руками в сторону, ухмыльнувшись. – Если не хотите мне помогать, тогда зачем вы мне нужны?

– Что, выгонишь нас? – вскричал Миша, начиная заводиться.

– Нет, конечно, не выгоню, но у тебя отниму все твои тачки, – Мирослав с улыбкой взглянул на среднего. – Я знаю, что ты собирал эту коллекцию с шестнадцати лет и души в ней не чаешь. А еще я знаю, что ты врешь, и ты дал имя каждой из машин. Я даже слышал их, не отпирайся.

– Псих ты, – рыкнул Михаил.

– А у тебя заберу твое крыло. Переедешь обратно в свою комнату, будешь жить под боком у моей маман, – обратился он к Максу.

– Мирослав, а ты не боишься, что мы с Мишей можем объединиться и прихлопнуть тебя?

– Нет, не боюсь. Я знаю, вы оба не лучшего обо мне мнения, да что там, я и сам о себе не лучшего мнения, видит бог, я тот еще прохиндей и ловелас, но вы оба, я знаю точно, что оба, любите меня. Я ваш младший брат. Вам некуда деваться.

– Самоуверенный, – проговорил Максим.

– Невоспитанный! – поддержал его Михаил.

– А почему вы правда не можете работать все вместе? – Три пары глаз одновременно повернулись ко мне. – Ну, то есть… – Я замялась, смущенная и сконфуженная всеобщим вниманием. – Вы же братья. Бизнес общий. У вас одна семья, одно происхождение, одна фамилия, в конце концов. Может быть, вы не ладили в детстве, может быть, что-то происходило между вами раньше, что обижало или раздражало, но ведь вы взрослые. Все трое. Самому младшему двадцать восемь, – я взглянула на Мирослава. Он даже одет был, как разгильдяй. Небрежная одежда, небрежная щетина, легкий беспорядок в волосах. – Соберитесь уже. Ради семейного дела можно и постараться. Почтите память своих предков, уважьте их труд. Вы же даже не пытались. Только собачитесь друг с другом, как за последний кусок хлеба. Начните работать вместе. Не обязательно тягаться друг с другом. Бизнес большой, каждый может найти в нем то, что получается лучше всего. Кто-то инженер, кто-то финансист, а кто-то связь с общественностью. Вместо того, чтобы топить противника, лучше помогите своему брату. Конкурентов и врагов у вашей семьи и без того хватает. Думаете, они не учуют вашу грызню? Думаете, не попытаются этим воспользоваться? Вы должны держаться вместе, если хотите сохранить свои деньги. Я не говорю сейчас о семье, отношениях, деле всей жизни ваших отцов и дедов. Я говорю о тех самых богатствах, без которых каждый из вас просто не мыслит своей жизни.

Не знаю, откуда во мне все это взялось. Все эти мысли, рассуждения, слова, наверное, главным было желание. Я хотела, чтобы у моего сына были отец, дяди, дед, чтобы он имел корни, происхождение и семью. Если бы они только перестали собачиться. Нет, мне не нужны были романтические отношения с кем-то из них, но было бы здорово, если бы у Матвея по жизни была бы опора. Родня.

Мне очень хотелось достучаться до братьев.

– Может быть, ты и права, – задумчиво протянул Мирослав, поднимаясь на ноги и скрещивая руки на груди.

– У тебя есть конкретные предложения?

– Да. Приведите себя в порядок и отправляйтесь завтра на работу. Все вместе. Втроем. Чуть погодя, устройте вечеринку, найдите какой-нибудь повод, пригласите журналистов. Дайте понять своим друзьям и врагам, что вы вместе. И вас не так просто заставить грызться друг с другом.

– Хм… Я подумаю. – Сейчас мнение Мирослава было решающим.

– С каких пор ты стала психологом? – протянул Миша, тоже вставая со своего места.

– Не разговаривай с ней, – тут же прошипел Максим, бросая на брата гневный взгляд.

– Хочешь верь, хочешь не верь, но не я твой враг. – Я заглянула Мише в глаза. – Пока что это ты сам.

– Да ну? Неужели?

– Прекрати вести себя, как последняя свинья. Я не знаю, на что именно ты обижен, да мне и плевать. Было у нас прошлое, но оно уже прошло, все. Сейчас у тебя есть сын, с которым ты теперь живешь под одной крышей, но по-прежнему не видишься. Возьми себя в руки, загляни свой паспорт, вспомни, сколько тебе лет и начинай уже становиться отцом. От этого тебе теперь