Краденая невеста 2 (СИ) - Шарм Кира

И почему мне кажется, что он воплотит свои угрозы? По полной программе!

Глава 12

С этого момента Давид полностью остался себе верен, как и всегда.

Началось наше заточение. Вдвоем. Или медовый месяц?

Шампанское. Клубника со сливками. Разнообразнейшие деликатесы, которые нам приносили прямо в номер.

За это время я не видела ни одного человека. Еду и все, что заказывал Давид даже не вносили в номер. Он забирал все у самой двери, возвращаясь ко мне с грозным видом. Говорящим о том, что я настоящая пленница и шанса выйти или поговорить с кем-то у меня нет!

О… Эти сладкие пытки, которые он мне устроил!

Лаская меня бесконечно. Неутомимо.

То мучительно-нежно. То страстно набрасываясь и обрушивая на меня свой поистине безумный темперамент!

Я не знаю, сколько времени прошло.

Ночь слилась с днем.

А мы не отрывались друг от друга.

Ласкали. Просто лежали рядом, обнявшись. Молчали и жарко признавались в своих чувствах.

Лакомились деликатесами прямо в постели. Или на балконе, распахнув створки, но оградившись от всего мира, от его шума и суеты тяжелыми шторами.

Давид сдержал слово. На максимум.

Он носил меня на руках. Даже кормил из своих рук!

Капая на живот или грудь сладкими сливками или джемом. Тут же слизывая их с меня, с глухим рычанием превращая нашу еду в новые страстные, безудержные ласки!

Но и я в долгу не оставалась.

Сочно облизывала его пальцы, выпачканные в соусе или в соке ягод.

Дразнилась, замечая голодные вспышки в его глазах и тут же отстранялась… Правда, совсем ненадолго…

Давид, несмотря на все мои протесты, каждый раз подхватывал на руки. Не давал выскользнуть. Улизнуть от него после того, как раздразнила!

Обжигал меня своей страстью. До тех пор, пока я не сдавалась. Пока не запрокидывалась моя голова, а с губ не начинали слетать тихие стоны.

Мое тело горело. Каждая клеточка, каждый миллиметр были обласканы его пальцами и губами миллион раз! Для Давида в моем теле больше не осталось никаких секретов.

И мое смущение прошло. Стыдливость растворилась под его жгучим взглядом. Особенно, когда он смотрел прямо туда. В самую сердцевинку, распахнув мои ноги так, что они начинали гудеть!

И я видела, как жадно вспыхивают его глаза. Как дергается кадык и бешено раздуваются ноздри. Прежде чем Давид окунал меня в запредельное наслаждение, выбивающее из меня последние мысли и стыдливость! Перед мужчиной. Перед моим мужчиной!

Я научилась открываться для него. Целиком. Полностью. На максимум.

Не только телом, но и душой. В те долгие часы, когда мы просто лежали рядом, переплетая наши руки.

Говоря обо всем. О детстве. О мечтах. О потерях.

Давид открылся мне точно так же. Я узнала многое о его жизни. Сумела представить себе его и мальчуганом, растущим со старшими братьями… У которых очень непростой характер! И с которыми нужно было возмужать очень быстро!

Мы смеялись и просто тихо беседовали. Даже молчать нам вместе было невероятно уютно.

И просто прижимались друг к другу. Слушая тишину. Наше дыхание. То, как бьются совсем рядом наши сердца…

Это целая жизнь. Вот здесь. В стенах этого номера.

Где мы оказались заперты от всего мира.

Зато так открыты самому главному. Он мне, а я ему…

И, если меня бы спросили, я безошибочно сказала бы, что это было самое счастливое для нас обоих время… Или безвременье, ведь часы и минуты, даже дни и ночи стали неважны… Все смешалось в одно. В одно огромное неразрывное счастье!

И я ловила. Хватала. Каждый момент.

Когда еще так будет?

Вдвоем и вдали от всех? От всех проблем, задач и людей?

Быть может, никогда…

Но все рано или поздно заканчивается.

Как и наш маленький мирок. Вот здесь. Только на двоих.

Пришло время, и Давид все-таки зарядил и включил свой телефон. Который тут же разразился оглушительными и непрекращающимися трелями.

– Пора возвращаться, малыш. Едем домой.

После первого же разговора между его бровей залегла складка.

А как по мне…

Вот здесь. Именно здесь наш настоящий дом. Во всяком случае, этот номер мне роднее огромного дома Давида!

– Не грусти, – Давид подхватывает меня на руки, покрывая поцелуями.

– Не важно, где мы. Важно, что вместе!

Уносит меня в ванную, обрушивая на нас обоих теплые струи воды.

Впивается горячим поцелуем в уже измученные ими, болящие, губы.

Проводит мочалкой по груди, тут же отбрасывая ее в сторону.

Дергает меня на себя, впечатывая в свое тело. Вклинивается ногой между моих бедер.

И…

Я знаю. Он прав! Самое ценное это то, что мы вместе!

Но знаю и то, что так, как было здесь, уже не будет никогда!

– Люблю, – шепчу, обхватывая его плечи руками.

Уже распахиваясь навстречу первому толчку любимого во мне…

– Давид! Я не могу так выйти!

Осматриваю себя в зеркале с полнейшим ужасом.

Волосы еще удалось кое-как расчесать.

Ревность колким ударом на секунду ударяет в сердце.

Он снова заказал мне платье. И даже белье! Как всегда, безошибочно определив размер! До миллиметра! И это все на глаз!

Скольким женщинам он его заказывал?

Тема его прошлых увлечений, это то, чего мы не касались в наших задушевных разговорах.

И теперь снова начинаю думать о том, сколько же их было! И даже в этом номере. На этой постели!

Сколько практики Давиду понадобилось, чтобы стать настолько умелым?

Трясу головой. Хочу отряхнуть от себя все эти мысли.

Мы должны начать с чистого листа. Давид сказал мне, что с момента нашей встречи даже не смотрел ни на одну женщину. И я должна ему верить!

А прошлое… Пусть оно останется где-то там. За пределами нас и нашей жизни вместе!

Главное лишь, чтобы оно больше никогда не повторилось!

– Что не так, ммммм?

Муж подходит ко мне сзади. Обнимает за плечи, с шумом втягивая воздух у моего плеча.

Потирается подбородком и чуть прикусывает местечко в самом низу шеи. До умопомрачения чувствительное!

– Вот это, Давид. Вот это совсем не так! Ну, как я покажусь хоть где-нибудь в таком виде, а?

Вся шея и даже плечи в алых пятнах. В засосах, оставленных Давидом в порыве страсти.

– У меня тоже до хрена боевых ранений, Саида!

Усмехается, указывая на свой воротник.

Еще и рубашку приподнимает.

На груди и животе точно так же отчетливо полыхают оставленные мной отметины!

­– Какой кошмар…

Прикусываю губу. Нам обоим, похоже, на людях нельзя показываться еще месяц! Мы точно как после боя. Страстного и жестокого боя ! Сумасшедше жаркого!

– Тсссссс….

Сжимает мои плечи еще сильнее. Плавным движением разворачивает на себя. Прижимает к груди.

– Это охренеть, как возбуждает!

Хрипло шепчет, уже зарываясь пальцами в мои волосы.

Растрепывает прическу, которую я сооружала такими усилиями!

– Когда ты пометил свою женщину. Черт. Я хочу сбросить подальше эту тряпку, что на тебе! Все тряпки!

Чувствую, как начинает вибрировать его грудь. Голос начинает срываться от рваного дыхания!

И сама реагирую так же. Вид этих отметин заставляет все внутри задрожать. Волнами обрушиваются воспоминания о нашей срасти. Обо всем, что мы творили с ним в этом номере!

– Дико возбуждает, Саида. Ты. Ты вышибаешь из меня все мозги!

– Нам надо идти, – тихо шепчу в его жадно вздымающуюся грудь.

Не выдерживаю. Все-таки прикусываю его кожу сквозь рубашку. Получая в ответ голодное рычание моего дикого и явно далеко не до конца удовлетворенного зверя!

– Я помню.

Давид отстраняется.

Прожигает меня одурительно порочным взглядом. Взъерошивает волосы, запуская в них пятерню.

– Это круче обручального кольца. Сразу видно, что ты моя женщина!

– Давид! Это… Не просто неприлично! Недопустимо!

– Хорошо, – кивает, распахивая шкаф.

– Машина ждет, Саида. Времени практически нет. Через полтора часа у меня пресс-конференция. Я просто не смогу ждать, пока тебе привезут платье.