Семь способов отшить бойфренда - Алисия Холлидей

Или еще от какого-нибудь очень дальнего родственника. В течение первого часа рассказа я внимательно прислушалась лишь однажды – когда Фаррен невзначай упомянул, что один из гримеров был очень мил с ним. Мишель насторожился:

– Что значит «был очень мил»?

Фаррен, рассмеявшись, пожал плечами:

– Трудно сказать. Просто вел себя дружелюбно.

– Насколько дружелюбно? Как член команды, опекающий новичка? Или как человек, желающий твоего тела? – безжизненным голосом, без тени улыбки осведомился Мишель.

Лулу заскулила во сне, отвлекая на себя внимание. Воспользовавшись моментом, я поспешила выставить красавцев из комнаты, пока страсти не разгорелись, иначе спать бы мне наверняка не пришлось.

Энни пришла в ванную, когда я там чистила зубы.

– Молодец, что выпроводила их, пока не началась четырнадцатая серия мелодрамы «Ревность Мишеля», – сказала подруга.

Я вздохнула, откладывая зубную щетку, и взяла на руки Лулу, чтобы почистить ей зубы маленькой резиновой щеточкой, как велел ветеринар. Зубная паста для собак по виду была похожа на мусс из ливерной колбасы, однако Лулу ее обожала. Сунув ей в рот покрытый резиной палец, я обратилась к Энни:

– Хорошо бы ему избавиться от этого чувства. Ведь теперь, когда Фаррен наконец-то попал в шоу-бизнес, поводов станет еще больше.

Энни усмехнулась:

– Не уверена, что эпизодическую роль можно назвать участием в шоу-бизнесе. Однако ему все же удалось подобраться к этой сфере гораздо ближе, чем раньше.

– Уверена, за этой ролью последуют и другие, гораздо лучше, – рассеянно произнесла я, сосредоточившись на удалении зубного камня из собачьей пасти.

– Ты верная и искренняя подруга, Шейн. За это мы все тебя и любим, – сказала Энни, направляясь к себе в комнату.

Потом остановилась и оглянулась.

– Только не думай, что тебе удалось от меня отделаться. Завтра обязательно поговорим о твоем новом солнечном парне.

Я небрежно поцеловала шелковистые локоны на макушке Лулу и доверительно сообщила ей:

– Знаешь, у собак есть огромное преимущество перед людьми. Они никогда не пристают с дурацкими расспросами.

– Я все слышала! – рявкнула Энни.

А мои губы помимо воли растянулись в улыбке, которую я усердно сдерживала с того момента, как вернулась домой. «Бен Купер. Бен Купер, красавец с каштановыми волосами и зеленовато-карими глазами, попросил у меня номер телефона. Не буду дожидаться его звонка – сама приглашу его завтра на открытие галереи».

Я осеклась, поймав взглядом собственное отражение в зеркале. Энни была права. Я сияла.

Впрочем, само по себе это не означало ничего плохого.

На следующий день, усаживаясь в офисное кресло в подсобном помещении «Сенсьюэлити» и угрюмо созерцая стопку бумаг высотой около фута, я судорожно прилаживала к уху гарнитуру сотового телефона.

– Да, да, слышу. Ты. Я. Ник. Завтра. Хорошо. Уверена, что хочешь этого?

Судя по голосу, Энни совсем не была уверена, хоть и старалась словами доказать обратное.

– Да… То есть да, конечно! Он слишком хорош для меня. Разобью ему сердце, а потом совесть замучает. К тому же Мишель хочет познакомить меня с каким-то парнем из школы модельеров.

– Да ты что?!

– Шейн, в школе модельеров есть и гетеросексуалы. Не будь такой ограниченной. Я даже попросила Мишеля точно проверить. Не хочу, чтобы вышло, как с Рупертом.

– Он так и не объявился с тех пор? – Просмотр почты не вдохновил меня.

Ничего, кроме счетов и рекламной макулатуры – бумажной разновидности спама.

– И не объявится. Руперт просто хотел предъявить меня родителям… Но хватит об этом. Давай поговорим о солнечном парне.

Я непроизвольно рассмеялась.

– Смеешься надо мной? – возмутилась подруга.

– Нет. Просто… э-э… в общем… Энни, он великолепен! Веселый, интересный и… и интересуется мной. Ему не скучно было слушать мои идеи относительно обустройства нашего магазина. Это было так… м-м… интересно.

– Сдается мне… что тебе было интересно, – сухо резюмировала она.

Я взяла карандаш и стала нервно крутить в руках.

– Выбирай слова, а то обижусь. Он красив – я говорила об этом? Вид слегка растрепанный, как у Люка Уилсона.[17] Гетеросексуал. Холост. И сегодня вечером у нас свидание.

– Хм. Ну и скорость. Здесь что-то нечисто. У него, случайно, нет неизлечимой болезни?

– Энни!

– Мы ведь в Нью-Йорке! Вчера вечером встретила одинокого красавца нормальной сексуальной ориентации, сегодня уже отправляешься на свидание. А может, у него восемь незаконных отпрысков и он планирует вытянуть из тебя кучу денег на их содержание?

Я едва не уронила карандаш.

– Энни! Можешь ты хоть раз в жизни отбросить свою подозрительность и порадоваться за меня?

Она вздохнула:

– Так и было, когда ты познакомилась с Китом. Помнишь? Впрочем, ладно уж, постараюсь… Порадоваться. Только не забудь – завтра ты встречаешься со мной и Ником; не назначай свиданий со своим расчудесным парнем. Кстати, как его зовут?

– Бен.

– Бен? Забавно… после случая с Ужасным Беном. Ты рассказывала ему?

Карандаш в моих пальцах с треском переломился.

– Ай! Нет, конечно. Ты действительно думаешь, что я готова выложить всю горькую правду о своей профессии красивому парню, с которым едва знакома?

Энни засмеялась:

– Да, ты права. О таких вещах лучше рассказывать внукам в старости. Лулу! Сгрызешь мою сумку от Кейт Спейд – отправишься в приют для бездомных собак! Мне пора бежать, Шейн. Пока.

Я нажала кнопку отбоя и выдернула наушник, исполненная решимости не вставать из-за стола, пока не разберу всю корреспонденцию.

– Шейн, – позвала с порога Солстис, – иди сюда. У нас покупатели.

С другой стороны, письма могли подождать.

Глава 16

Спустя семь часов я старалась как можно дальше забиться в лифт, прижимая к груди поднос, уставленный индийскими блюдами.

– Э-э… Мелисса, не сочтите меня любительницей поныть… Но вы могли хотя бы предупредить, что стройплощадка находится на тридцатом этаже недостроенного небоскреба, – произнесла я истеричным тоном, обычно несвойственным мне.

Мелисса рассмеялась, умудрившись при этом, к моему удивлению, не вывалиться из своего маленького красного платья. Похоже, она со всей серьезностью отнеслась к моей рекомендации одеться сексуально.

– Да ладно, Шейн! Вы что, боитесь высоты?

Глядя сквозь дверной проем лифта, в котором пока еще отсутствовала дверь, на стремительно удалявшуюся улицу, я тупо кивнула:

– Да. Хотя раньше не знала об этом… Ой, мне срочно нужно домой… Погулять с овечкой. Написать завещание. Попросить у Господа прощения за грехи…