Теории заговоров. Кто правит миром? - Игорь Прокопенко

Любопытно и другое. Объявив войну России, Германия сразу же переходит к обороне, ведь она не готовилась к нападению на Россию! Был план войны с Францией, но не с Россией. Войну объявил глава страны, кайзер Вильгельм, не спросив ни согласия, ни совета у своих военачальников.

И следующий необъяснимый шаг. В наступление пойдет не Германия, которая объявила войну, а русская армия, поскольку Николай II заключил договор о взаимопомощи с союзниками по Антанте, куда входили Россия, Франция и Англия. Этого рокового шага Николая, а именно вторжения русской армии на чужую территорию, очень ждали наши так называемые союзники.

Николай Стариков: «Смысл того, что они сделали, был очень прост. России они говорили: «Мы вас поддержим, вы должны поддерживать Сербию». Немцам они говорили диаметрально противоположное, на самом деле – правду: “У нас нет никакого договора, обязывающего нас воевать за Россию. И поэтому в случае возникновения германо-российского конфликта мы, англичане, останемся в стороне”».

Война показала, что собственные интересы для англичан важнее, чем союзнические обязательства. Забегая вперед, скажем, что в общей сложности в Первую мировую погибло 12 миллионов солдат. Еще 55 миллионов были ранены. И на этом фоне – всего двести затопленных немцами английских кораблей. К тому же на протяжении всей войны правительство Англии создавало лишь видимость оказания военной помощи России.

Николай Стариков: «Здание, в котором находился британский военный госпиталь, было гнездом британской разведки в Петрограде в 1914 году. Совершенно типичная ситуация: миллионы русских солдат гибнут на полях сражений, а дружественная Великобритания вместо того, чтобы помочь вооружением или провести наступление в нужные сроки, открывает в Петрограде госпиталь на сто двадцать коек».

Но вернемся к Распутину. Несмотря на серьезное ранение, Распутин, обладая невероятной живучестью, смог поправиться после первого покушения, и для планов Британии возникла новая угроза.

Александр Серёгин: «В определенный момент британская разведка доносит до своих руководителей, что ведутся или планируются переговоры царицы с Германией с целью заключения сепаратного мира, что также было невыгодно британской короне. Если бы Россия договорилась с Германией, последствия были бы непредсказуемы».

Сепаратный мир России и Германии, на подписании которого настаивал Распутин, поставил бы Англию под удар новоиспеченных союзников…

Александр Серёгин: «Такую ситуацию Лондон терпеть не собирался. Англичане разрабатывают очень серьезный план. Устранить Григория Ефимовича Распутина они собирались руками российских подданных, приближенных лиц царя».

…Освальд Рейнер продолжал разговор с Феликсом Юсуповым. Именно на него британский агент делал ставку в своей операции по устранению Григория Распутина.

Александр Серёгин: «Феликс Юсупов был завербован еще в Англии. Нужно сказать о его личности: он придерживался нетрадиционной сексуальной ориентации. До сих пор в Англии для обозначения трансвестита употребляют слово «Феликс» – настолько заметный след оставил Юсупов своими эпатажными выходками во времена своей учебы в Оксфорде».

Изысканный красавец Феликс с детства обожал носить женскую одежду. Возвратившись после учебы в Россию, уже в двадцатилетнем возрасте он стал выступать на сцене модного петербургского кабаре. Разумеется, используя женский макияж и наряжаясь в женское платье, которое украшали фамильные бриллианты.

Александр Серёгин: «Юсупов выступал в кабаре в Петербурге, собирал даже аншлаги. У него были фамильные бриллианты, и он заказал себе дамское платье, украшенное этими камнями. Такой богатый, шикарный трансвестит».

Узнав о таком дурном пристрастии, разъяренный Юсупов-старший отвел сына на излечение к Распутину.

Олег Шишкин: «А лечение заключалось в следующем. Он просто клал Феликса через порог и порол его. Это было такое садо-мазо, которое практиковал Григорий Распутин».

Как знать, повлияло ли такое своеобразное лечение? Во всяком случае, в 1914 году Юсупов забросил юбки, кринолины, губную помаду и… женился.

Николай Стариков: «Конечно, от такого лечения испытывать удовольствие, наверное, невозможно. Испытывать благодарность к Распутину также было сложно. Не меньше ненависти к Распутину испытывали и другие заговорщики».

Второй заговорщик, великий князь Дмитрий Павлович, тоже был человеком нетрадиционной сексуальной ориентации.

Николай Стариков: «Князь Юсупов имел гомосексуальную связь не только с бывшими и действующими британскими разведчиками. Ему удалось соблазнить и своего соседа по даче, великого князя Дмитрия Павловича».

Николай II относился к великому князю Дмитрию Павловичу как к родному сыну, ведь тот фактически был сиротой. Мать князя, великая княгиня Александра Георгиевна, умерла при родах, а отец, великий князь Павел Александрович, стал увлекаться другими женщинами, вследствие чего был отлучен от двора. Император не раз поговаривал, что если бы не родился цесаревич, то на престол взошел бы именно великий князь Дмитрий Павлович…

Николай Стариков: «Дмитрий Павлович имел свои причины не любить Распутина. Будучи фактически усыновленным царской четой, он готовился жениться на одной из дочерей Николая II. И в этот момент Распутин рассказал государю неприглядную историю о том, что его будущий зять является гомосексуалистом и имеет интимную связь с князем Юсуповым. Разумеется, свадьба расстроилась».

Третьим заговорщиком был черносотенец, депутат Государственной Думы Владимир Пуришкевич.

Николай Стариков: «Депутат Пуришкевич, принявший активнейшее участие в убийстве Распутина, любил выкидывать в Государственной Думе разные фортели. К примеру, первого мая он вставлял красную гвоздику в ширинку брюк и в таком виде не просто сидел в своем депутатском кресле, а спокойно разгуливал по рядам. В предвоенные годы слово «Пуришкевич» стало нарицательным, и любой человек, желавший оскорбить кого-либо, просто упоминал эту фамилию».

Дружба Пуришкевича с членами царской семьи объясняется тем, что депутат Думы надеялся с их помощью получить портфель министра.

Олег Шишкин: «И когда он этого места не получил, а он рассчитывал не меньше чем на пост министра внутренних дел, то затаил злобу, почувствовал себя уязвленным. Он, человек земли русской (правда, приехавший откуда-то из Молдавии), оказался униженный всей этой ситуацией».

Были и другие заговорщики – врач и один военный. Обо всем этом Феликс Юсупов поведал Освальду Рейнеру. Затем они определили место и дату покушения на Григория Распутина.

Олег Шишкин: «Сам заговор был довольно широк. Это был не просто заговор – в сущности, это была форма государственного переворота, поскольку главный столп, поддерживающий российскую монархию, за одну ночь был повержен».

Заманив Распутина в свой дворец, Юсупов и другие заговорщики попытались его убить. Но ни вино, ни пирожные с ядом, ни пули, выпущенные из револьверов Юсупова и Пуришкевича, не причинили Распутину большого вреда.

Александр Серёгин: «Распутин оказался мужиком очень могучей закалки. С первого выстрела его не убили. Он вырвался из этого помещения и попытался убежать. Его догнали, выстрелили еще раз. И, самое главное, был произведен третий выстрел – в голову, контрольный. Причем пуля была калибра 45. Пистолет «Смит и Вессон» был на вооружении как раз у английской разведки. Контрольный выстрел был произведен из английского револьвера».

В 2004 году англичане признали, что контрольный выстрел в голову Распутина произвел именно их тайный агент. Но это было понятно еще в 1916 году, когда на одном из приемов британский посол Бьюкенен обратился к российскому царю и сказал, что слухи о том, что убийцей является Освальд Рейнер – явный вымысел. В истории дипломатии послы никогда не делали заявлений, основываясь на слухах. Мало ли о чем говорят в русской столице?

Николай Стариков: «Давайте спросим себя: с какой стати посол опровергает какие-то слухи, когда его никто об этом не спрашивает и никаких официальных запросов со стороны российских властей ему не представляется? В данном случае ситуация похожа на российскую поговорку «на воре и шапка горит». И посол Бьюкенен с головой выдал участие английских спецслужб в убийстве Распутина».

Англия, 1918 год. В загородном поместье Ротшильда собрались семь крупнейших в мире банкиров. Подали шампанское. Подняли бокалы за великую Британию, которая убрала с политического поля крупнейших экономических игроков мира.