Путешествие в Силенвиль (СИ) - Арвен Лина

— За нападение на священнослужителей Пресветлая строго карает, — угрожающе прошипел я, еле шевеля губами, стараясь мило улыбаться.

Надеюсь, Риэл поймет мои намеки и перестанет переигрывать, отодвинув хотя бы на несколько миллиметров лезвие, а то я ранимый. Могу нечаянно его поджарить, прежде чем он перережет мне сонную артерию. К сожалению, природа не наградила рыжего парня чувством меры и зачатками совести. Я уверен, он даже не будет страдать, если случайно дернет кинжалом, и я захлебнусь в собственной крови.

— Если будете выполнять то, что мы скажем, никто не пострадает, — спокойно сказала Поля пытаясь сгладить оскорбительные выкрики своего напарника.

Она что, боялась, что ее тоже подвергнут каре? Ну, с Риэлом все понятно — за то, что он только что прилюдно оскорбил и унизил главу храма, его будут как минимум пару тысячелетий считать врагом народа. Жрецы народ обидчивый. Я не удивлюсь, если увижу, что глава Преисподней в священных писаниях будет с ликом вора. Или же они решили поиграть со жрецами в плохого и хорошего дознавателя? Вот только я сомневаюсь, что такая схема будет действовать в данной ситуации.

— Вы, девочки в доспехах, — обратился к апостолам Риэл. — А ну быстро отошли к той хреновине, и чтоб я видел ваши накрашенные ноготки.

«Хреновиной» оказалась Священная яма Неверующих. Я с каждый мгновением все больше поражаюсь религиозности своего нового друга. Он с таким трепетом и уважением относится к священным местам и регалиям жрецов! И это не говоря о том, что он только что поставил под сомнение половую принадлежность элитного отряда храма, в котором по правилам жрецов не может быть женщин. А вор умеет заводить новые знакомства — не удивительно, что все хотят его убить. Апостолы попятились к арке, держа руки на уровне груди. Похоже, они впервые столкнулись со столь неадекватным человеком.

— Ч-что вы делаете, неверные! — взревел глава храма, перейдя на фальцет. У него начался нервный тик. Молодец Риэл, ты своего добился — теперь тебя хочет убить и самый святой, милостивый, всепрощающий человек в мире.

— Как что? Ты что, совсем ослеп, дедуля? Мы спасаем вот этого бедолагу.

Рыжий парень кивнул на сидящего на каменный плитах Шона. Шон, с трудом удерживая себя в сознании, дрожал, еле понимая, что сейчас происходит вокруг. Я немного взволновался — вот это плохо. Похоже, парню становится с каждым мигом все хуже — его организм держится из последних сил. Если бывший апостол потеряет сознание, то придется для себя решить, что мне дороже, жизнь и свобода или счастье любимой племянницы. Его Преосвященство, задыхаясь от возмущения, ткнул пальцем в вора. Точнее в меня, так как у меня оказалась роль щита хамоватого рыжего вора. Зрители нашей сценки пораженно ахнули, надеясь, что сейчас похитителей поразит гром с неба, что они превратятся в пыль, что падут наземь став дергаться в предсмертных конвульсиях, ну или еще что-нибудь такое в религиозном духе.

Но вот только сколько не тыкал в Риэла священнослужитель, сколько не орал на него — вору было все нипочем. Точно, я всегда подозревал, что парень на самом деле земное воплощение Люцифера. На долю секунды я представил Риэла в роли Главы Преисподней, и мне стало очень смешно. Вот он высотой почти семь метров, с огромными черными, как обсидиан кривыми рогами, кровожадно ухмыляясь, топчет своими копытами клумбу с любимыми цветочками Его Преосвященства… Вдруг меня оторвал из грез противный пискливый голос старика:

— Я не позволю! Ап-ап… постолы!

Словно в такт моим мыслям прокричал глава церкви. Я чуть не рассмеялся. Перед глазами все еще стояла вытоптанная клумба и рвущий в отчаянье на себе волосы старик. Только после слов вора я понял, что к цветам эта фраза совершенно не имела отношения.

— Стоять на месте или ваши голубки, — он хищно посмотрел на меня, будто примеряясь как лучше разделать мою тушку, — будут с перерезанными глотками.

— Думаю, Великая не одобрила бы смерть священнослужителей, — вставила свое слово Поля. — Так что вам лучше не дергаться.

Его Преосвященство попятился к своим апостолам, став как-то странно мотать головой. Его руки дрожали, мне казалось, что еще чуть-чуть, и он будет скалиться и изрыгать слюну как бешенная дворняга.

— Убить, убить, убить, — сначала тихо, но потом все громче прокричал старик. Его бешенные глаза, трясущаяся в гневе губа — похоже гнев пересилил весь здравый смысл, что теплился в теле этого маразматика. — Убить их всех!

— Но Преосвященство, они же слуги Вел… — решился сказать кто-то из апостолов.

— Убить их всех! — истерично топнул ножкой старик и тихо прошептал себе под нос. — Никто, никто не должен узнать эту постыдную тайну… Да, да жрецы должны благодарить меня за оказанную им честь умереть ради блага Великой. Они погибнут за правое дело. Да, да за правое дело.

Площадь замерла в ожидании, некоторые из священнослужителей и послушников стали молиться за души двух несчастных жрецов. Апостолы, не в силах перечить прямому приказу посланника Богини, решительно направились к нам. Преосвященство торжествующе улыбнулось, уже смакуя еще не существующую победу. Риэл и Поля растерянно переглянулись, но импровизировать не решились, дожидаясь, начала моих действий.

Мне все это начало напоминать какую-то третьесортную театральную постановку. Не хватало лишь внезапно выпрыгивающего из кустов героя и тревожной мелодии скрипки для нагнетания обстановки.

Я судорожно обдумывал новые варианты. Стоит признать, что я совершил большой прокол. Не думал, что глава храма окажется таким… гм… неадекватным человеком. Убить своих же людей, на священной земле и все ради какого-то хлипкого, измученного апостола? Похоже, я совсем разучился разбираться в людях. Неужели я умру из-за одного фанатика, который так уверовал в свою святость и непогрешимость, что возвел вокруг себя культ? Как бы ни так. Хоть и оба плана с треском провалились, сдаваться я не собирался. Простите Валерий, Фил, но мне все-таки придется сделать это. Интересно, а как жрецы отнесутся к ярким обжигающим фениксам из пламени? Иллюзия прекрасно сможет отвлечь несколько сотен жрецов, апостолов и Его Преосвященство. Пока они будут пытаться разобраться в чем дело и молиться Пресветлой, мы тем временем под шумок заберем Шона и скроемся в ближайшем потайном проходе… Вот только из-за разрушительного воздействия энергии храма, иллюзии продержатся недолго. Надеюсь, мы успеем сбежать, прежде чем священнослужители придут в себя.

Но как только я мысленно стал концентрировать энергию для масштабной иллюзии, в дело вступила всеми позабытая принцесса. Не знаю, как она сумела незамеченной пробраться на помост, но известно одно — не успели апостолы подойти к своим брошенным пикам, как Эрика, стоя около языка Неверующего, засвистела, притянув к себе все взгляды. А я и не догадывался, что у этой девушки есть такие ораторские способности. Не думал, что в королевское образование входят уроки по свисту. Хотя стоит признать, чтобы одним звуком заставить себя слушать целую толпу — для этого надо иметь талант.

Через пару томительных секунд пронзительного свиста, девушка, с поистине королевским достоинством, сняла зеленый капюшон, разрушив остатки моих чар. Надо сказать, что перед тем как зайти в храм, я наложил на плащ чары, которые удерживали в стабильности морок. Но как только принцесса сняла капюшон, чары вместе с личиной развеялись. А я ведь ее предупреждал, что если она будет действовать опрометчиво, то все узнают, что она разыскиваемая принцесса. Неужели она решилась на такой легкомысленный поступок ради Поли?

— А ну стоять! — тяжело дыша, изо всех сил прокричала Эрика. Достала из кармана платья небольшой золотистый кристалл, подняв его выше головы. — А то ваша реликвия вдребезги разобьется!

Я устало закатил глаза, все еще изображая заложника у Риэла. Так и знал, что не стоило брать с собой принцессу, ну или на крайний случай не доверять ей столь важную вещь. Хотя, если честно признаться, вещь была не такая уж и важная… Вчера Эрика целый день зудела, пытаясь воззвать к моей совести, порядочности и религиозности. Она очень настойчиво требовала, чтобы опасный артефакт жрецов, который «не в тех руках может принести в мир хаос», оказался в ее надежных руках. Я, конечно же, всеми силами отнекивался от такого безумия, но потом, когда девушка стала моим персональным привидением, став ходить за мной чуть ли не в уборную, я кардинально поменял свое решение. На скорую руку создав хлипкую копию артефакта, положив в ее основу небольшую частицу энергии реликвии, я со спокойной душой вручил подделку Эрике, искренне надеясь, что теперь от меня отстанут. Но, похоже, я промахнулся по полной программе…