Без тормозов - Екатерина Орлова

Дни сливаются в один, жутко длинный и непрекращающийся. Я практически не вылезаю из офиса, который охраняют вооруженные люди. Мы с Михаилом и Анатолием – помощником отца, хотя я бы назвал его consigliere[7], что больше подходит ситуации – перебираем кучу документов, собирая все воедино. У отца порядок в бумагах, но сейчас нам надо выстроить схему, как провернуть все так, чтобы и завод сохранить, и меня в живых оставить. Информация о состоянии отца начинает просачиваться в деловые круги, но пока только к близким, тем, кто работает с нами или на нас. Нам некогда выяснять, откуда идет утечка, но, думаю, без длинного языка отцовской шалавы не обошлось.

Вера каждый день присылает мне сообщения о том, что не приедет. Меня от этого кроет так, что я готов бросить все к чертям и заявиться к ней домой, только бы увидеть, так ее не хватает. Мама готовится прилететь сюда вместе с Хуго, хочет побыть с отцом, пока тот жив. До сих пор не понимаю, как у нее хватает мужества и сил простить подонка, из-за которого она навсегда прикована к инвалидному креслу.

Меня уже третий день не покидает ощущение какой-то потери. Такое тоскливое чувство, которое сжимает грудную клетку, перекрывая дыхание. Не могу никак объяснить причину его появления, но когда думаю об этом, то в мыслях сразу всплывает мой Ангел. Почему она не приходит? Снова заболела? Как-то слишком часто. Может, у нее что-то серьезное или – не дай Бог – неизлечимое? Я не выдержу, если сейчас потеряю еще и ее.

Выхожу из своей спальни и сбегаю вниз по ступенькам. В гостиной уже привычно сидит Михаил, попивая кофе и что-то листая в планшете.

– Доброе утро, – здоровается он.

– Доброе. Миш, сможешь пробить для меня адрес одного человека? Хочу заехать, глянуть, все ли там в порядке.

– Конечно. Чей?

– Веры.

– Архиповны в смысле? – я киваю. – А что его пробивать? – он быстро проводит пальцами по экрану планшета, и уже через полминуты поворачивает гаджет ко мне, и я застываю. Полное досье на моего Ангела, включая адрес и все персональные данные.

– Ого, быстро.

– Я пробил ее еще до того, как она вошла в этот дом.

– И как там? – киваю на планшет. – Нормально все?

– В каком смысле?

Даже я понимаю, что Миша сейчас строит из себя идиота, но решаю ему подыграть.

– Ну, муж там кто?

– Не хочешь прочитать сам?

– Не горю желанием. Давай в двух словах.

– Доброе утро, – произносит Татьяна, ставя передо мной завтрак.

– Доброе. Спасибо.

Она слегка улыбается и снова скрывается в кухне, а я продолжаю пытливо смотреть на Михаила.

– Так, ладно. День рождения у нее в декабре, перед самым Новым годом.

– Тридцатого?

– Да. Муж самый обычный, работает слесарем на заводе недалеко от их дома. Не замечен ни в пьянках, ни в наркотиках. Верный, идеальная характеристика на работе. В общем, не подкопаешься. Вера заочно окончила факультет филологии, основное занятие – фриланс, она редактирует литературные тексты. Работает в основном в библиотеке, дома нет интернета.

– Как это – нет? Совсем нет?

Миша качает головой.

– Не проводили даже. Сейчас еще подработка с тобой. Пару лет назад на нее напали и сильно избили где-то возле дома. А, ну и детей у них нет.

– Интересно, почему?

– Вера бесплодна.

Я давлюсь кофе, подскакиваю со стула и хожу по гостиной, со свистом втягивая воздух. Миша наблюдает за мной своим внимательным, пронзительным взглядом.

– А причины понятны?

– Первая беременность в юном возрасте закончилась неудачно. Вообще-то она сама должна была бы тебе все это рассказать, если вы в отношениях.

Я киваю, откашливаясь.

– Адрес? – спрашиваю сипло. Кофе все еще балансирует между трахеей и гортанью.

– Вот он, – показывает Миша на экран, и я перечитываю его три раза, чтобы запомнить. Я знаю этот район, был там. – Только как ты собираешься туда заявиться?

– Муж сейчас где?

Миша не успевает ответить. В гостиную влетает один из его парней и тараторит так быстро, что кроме междометий и предлогов я ничего не понимаю. Миша становится темнее тучи и медленно встает из-за стола. Матерится пару раз, а потом так же быстро отдает распоряжения своему бойцу, и тот уходит.

– Что? – спрашиваю коротко.

– Про Матвеевича узнали те, от кого мы тщательно скрывали информацию.

– Что делаем дальше?

Я уже знаю и понимаю, что будет дальше. Начнется охота на отца, которого попытаются убить в больнице, потому что, по их мнению, со мной будет легче договориться. Я молодой и потенциально убитый горем сын, для которого этот завод не так дорог. Недавно я понял, почему отец так в него вцепился. Предприятие продали уже очень давно, заводу предстоял снос и распил на металлолом. Изначально отец планировал для него то же самое, а потом ему в голову стрельнула шальная мысль, и он полностью переоборудовал завод, сохранив рабочие места. Переучил персонал, и теперь завод успешно изготавливает картонную упаковку для продажи не только в стране, но и за ее пределами. Миша говорит, что начиналось все с одного цеха, а теперь разрослось в огромное предприятие. И тут вдруг одному депутатскому сынку захотелось забрать себе этот заводик. Ну что ж, мы за него еще поборемся. Но не ради памяти отца, а потому что там работают сотни людей, которые могут остаться на улице.

– А дальше звони маме, пусть сегодня же вылетает. Набери Веру, заберем ее через полчаса. Она может попасть под удар первой. Если уж я столько знаю о ней, они наверняка знают не меньше. Сейчас она твоя самая уязвимая точка.

Быстро набираю Хуго. Мама сейчас и так в раздрае, придется долго объяснять ей ситуацию, да и лишние волнения ни к чему. Я точно знаю, Хуго преподнесет все как надо. Потом звоню Вере. Она долго не отвечает, а потом все же тихо произносит:

– Слушаю, – строго так, но у меня все равно мурашки от ее голоса.