Усобица - Александр Логинов

– Наоборот, весело. Куда веселей немцев да татар бить, чем со своими, православными воевать, – сказал московский боярин. Что правда, то правда. С этим не поспоришь.

– Это верно. Может, обойдется, и московский князь замирится с братом, – высказал предположение Андрей, хотя прекрасно помнил, что вражда продлится еще много лет. Главное, князь отметил про себя, что москвич впервые назвал всех православных своими, не деля их на москвичей, резанцев, суздальцев и других. Эта случайная оговорка московского боярина дорогого стоила!

– Жди дольше. Замирится… – вновь скривился в усмешке москвич. – До лета, а там по новой Косой учинит свару.

– Да ну? Мы же его побили! – возразил Андрей.

– А что толку? Не отступится Василий Юрьевич. Точно говорю тебе, дружина князя цела осталась. А рать князь наберет новую, только свистни – прибегут вятчане к князю. На Вятке за одного битого двух не битых дают. Как только наберет войско князь, так сразу двинет на Москву, прогонять брата со стола. Купцы московские, почитай, все сторону князя Василия Юрьевича держат. Подкинут серебра, и будет новое войско у него, – авторитетно заявил Костя, вновь вмешиваясь в разговор.

За время, проведенное в пути, бояре успели поговорить о многом, даже обсудили цены на рожь, овес, репу, свеклу и капусту. Андрей впитывал информацию, как губка. Он уже достаточно комфортно чувствовал себя в этом времени, и речь его почти уже не отличалась от речи приятелей-бояр. Это чисто внешне. Но своим полностью Андрей не стал, давало о себе знать полученное в другом времени воспитание. Андрею порою казалось, что он стал очень жестоким, но то – казалось только ему. Другие считали князя непозволительно добрым. Доброта и человеколюбие в этом мире – признак слабости, а слабым – не место под солнцем.

Время от времени реальность била Андрея по голове, повергая князя в настоящий шок.

Оказывается, московские князья собирали русские земли исподволь, оставаясь все время верными рабами ордынских ханов. С противниками своими москвичи предпочитали расправляться руками ордынцев. За верную службу своим родичам, ордынским ханам, князья имели большой достаток. Неверно считать, что московские князья утаивали от хана татарский выход. Они брали сбор дани на откуп, а сколько уж собрали с русских княжеств, то их дело. Несмотря на то, что Москва богатела, она в военном же отношении отставала от своих соседей, и в вооружении и в количестве профессиональных воинов. Серьезную военную силу представлял лишь тферской князь, да новгородцы своей тугой мошной, позволяющей нанять большое войско.

Московский князь предпочитал опираться не на старое московское боярство, а на «приезжих» литовских бояр и княжат, да на дружины татарских мурз, отъехавших из Орды во время очередной династической разборки, от греха подальше на службу московскому князю. Что не говори, а литвины и татары самые сильные воины. Старое московское боярство, прочно сидевшее на земле, на правах частной собственности, приезжих бояр и княжат не любило. «Понаехали тут…» – так можно охарактеризовать отношение старомосковского боярства к служилым князьям из рода Гедемина. К боярам литовским и татарским мурзам отношение было не лучше. Вновь прибывшие резко оттирали старомосковское боярство от великого князя. И место в думе боярской у «понаехавших» повыше и слушает князь их больше. В ответ «понаехавшие» платили старомосковским боярам той же монетой.

Выходцы из Литвы не раз выручали московских князей. У себя на родине ловить им было нечего. Дробление княжеств и постоянные распри с родственниками толкали князей в объятия Москвы. Даже те князья, что остались у себя на родине, получали поддержку Москвы в борьбе с притеснениями родственников. Тем и сильна была Москва, что давала приют всем обиженным, хоть и не любили москвичей в русских княжествах, уж больно заносчиво вели себя верные ордынского царя.

А что вел себя юный московский князь не по-мужски, так на то он и князь. Приступы паники и дикого страха на которые Андрей успел насмотреться, находясь в войске московского князя, судя по всему, передавались из поколение в поколение в роду московских князей. В борьбе за жизнь побеждает не сильнейший, а самый хитрый. Примером тому может быть судьба Звенигородского князя Юрия Дмитриевича. Прославленный воин, победитель татар, он мог скинуть ордынское иго. Но не судьба. И что Русь получила бы в результате получения независимости? Польско-литовское иго? Татары на данном этапе оказались предпочтительней католиков, они хоть веру православную не трогали.

Литва тоже не спешила покончить с Ордой. Отвоевала у татар значительные территории, на этом и успокоилась. Эх, могла Литва разгромить татар, могла… Но не в интересах Литвы сие было. Чужими руками Витовт хотел прибрать оставшиеся русские земли, надеясь, что его ставленник ордынский царь Улу-Мухаммед вытащит ему каштан из огня. И русские княжества компенсируют потери Литвы на Западе. И ведь чуть было не случилась задумка Витовта. Подозрительно вовремя умер князь Витовт… Смерть князя Звенигородского также покрыта мраком тайны. Андрей не без основания полагал, что могучий еще князь не мог просто так взять и умереть.

И вот теперь, собираясь в поход на татар, имея союзниками московских, литовских, резанских бояр и тех же татар, Андрей отчетливо понял, что не московские князья оказались собирателями земли русской. Московские князья как раз ни о чем таком и не помышляли. Пока не помышляли. Их просто назначили на роль собирателей земли Русской, и князь точно знал кто.

Андрей внимательно слушал рассказы бояр, пытаясь разобраться в хитросплетениях политических и династических интересов. Литовские бояре с обидой поведали, что князь польский король Владислав II Ягайло, двоюродный брат великого князя Литовского Витовта, никуда не выезжал без свиты из татарской знати, которые также были и охраной короля. Огромное количество татар служит польскому королю и литовскому князю, ведь когда Польша и Литва потеснили татар в степи, те никуда не делись, остались жить на своих землях, признав новых властителей. А когда часть татар взбунтовалась, не по душе им пришлась поместная оседлость, пролилось море крови, но татары были насильно удержаны в своих селениях. И это было совсем недавно, пары лет еще не прошло. Московские и литовские бояре короля польского прозывали одинаково – «белый хан», намекая на пристрастие короля к телохранителям из высшей татарской аристократии.

Как понял Андрей, в Польше и Литве происходили те же самые процессы слияния местной аристократии с татарской.

Московские дружины были в ордынском войске в знаменитой битве под Ворсклой, когда союзные войска Витовта и Тохтамыша потерпели сокрушительное поражение от Орды. В этой битве между Литвой и Ордой решалась судьба Московского княжества. Битва была жуткая. Победители пятьсот верст гнали литовцев, поляков, немцев, русских, татар Тохтамыша, безжалостно убивая всех. Внук темника Мамая в той битве спас великого литовского князя, заведя погоню в глухой лес, где преследователи потеряли след беглецов. В благодарность Витовт сделал татарина князем, отдав во владение урочище Глину. Так простой татарский парень, внук узурпатора Мамая, стал литовским князем Глинским, а его потомок, как помнил Андрей, будет знаменитым царем всея Руси Иваном Васильевичем Грозным. Чудны дела твои, господи.

Точно так же двадцать пять лет назад решилась судьба Польши и Литвы в Грюнвальдской битве против Тевтонского ордена. В составе пинского, киевского, полоцкого и особенно смоленского полков находилось большое количество служилых татар. Как известно, исход битвы решила конница, как говорится, выводы делайте сами, кто были эти всадники. Более того, сын Тохтамыша, Джелал-ад-дин принимал участие в этой битве вместе со своими татарами, коих насчитывалось около трех тысяч[39]. В благодарность за помощь Витовт помог Джелал-ад-дину овладеть Крымом и стать Ордынским ханом.

Это еще не все, знаменитый герой чешского народа, герой гуситских войн Ян Жижка, оказывается, действительно принимал участие в Грюндвальдской битве… на стороне Тевтонского ордена. Вот так… Похоже, пиарщики потом просто переставят гусита на противоположную сторону, тем более что чехи принимали участие в сражении, будучи и там и там. А что такого? Наемник сражается там, где больше платят.

Поначалу Андрей просто слушал сплетни бояр, но постепенно к нему пришло понимание, что он поступил правильно, став служебным князем и боярином. Пускай его дети уже не будут писаться князьями, а только лишь боярами, но и в таком качестве у них есть будущее. А если бы Андрей затеял собственную игру, решив изменить ход истории, то впереди его ждало бы только лишь поражение.

Даже набег хана Тохтамыша на Москву стал восприниматься Андреем по-другому, суть интриги заключалась в следующем: Литва как Великое княжество дело рук самих татар. В появлении нового государства косвенно виноват знаменитый Александр Невский. Русский князь громил Литву, используя войска своего лепшего татарского друга Батыя. Разумеется, часть татар оставалась жить на зачищенных территориях.