Ходящий в сны - Ольга Дмитриева

– Не знаю. Пойду к Аллатриссиэлю, возможно, он поможет мне вспомнить. Ну и Линдереллио заодно доложу. А ты в комнату иди, у тебя постельный режим до полуночи. Это не мои слова, а твоего учителя.

С этими словами Цанцю поднялся и стремительно вышел.

– Постельный режим до полуночи? - пробормотал юноша ему вслед. - Что, снова ночная тренировка?

Хайен вздохнул и отправился в общежитие. В комнате никого не было. Вероятно, его товарищи были на тренировке, а Хели - дома. Юноша растянулся на кровати и мрачно уставился в потолок. Обед он благополучно проспал, а после всех лекарств ужасно хотелось есть. Он покосился на стопку учебников на столе, но решил, что домашнюю работу он выполнит позже… Или спишет у Энди.

Стоило ему подумать об учебе, как на постели рядом с ним вспыхнуло Пламя. Юноша подскочил на кровати от неожиданности. Через миг перед ним сидела Хели в свободной вишневой рубашке и брюках. Несколько хлопьев пепла упали на покрывало. Аметистовые глаза внимательно оглядели его с ног до головы, и девушка заключила:

– Кажется, ты здоров.

– Только дожить бы до ужина, - буркнул юноша. - Обед я благополучно проспал.

Хели рассмеялась и снова исчезла в огненной вспышке, бросив напоследок:

– Я сейчас.

Через пару минут она появилась у стола с тарелкой бутербродов и кружкой. Хайен удивленно спросил:

– Где ты это взяла?

– В Манкьери, - пожала плечами девушка, водружая свою добычу на стол. - Сил считает, что мой растущий организм надо кормить не только по графику школьной столовой.

– Сил? - переспросил Хайен, поднимаясь с кровати.

– Силлириниэль, - пояснила она. - Моя бывшая няня и личная служанка отца.

Юноша сел за стол и подозрительно спросил:

– А твоему отцу она ничего не расскажет? И, вообще, тебя не будут искать?

– Сил не может говорить и всегда хранит мои секреты. А к маме пришел в гости глава Серых, так что она занята и не хватится меня.

Девушка взяла с тарелки бутерброд и добавила:

– Я собиралась подслушать, о чем они будут говорить. Но мама поставила глушилку. Так что пришлось поискать себе другое занятие.

– А фде фвой офец? - жуя, спросил Хайен.

– Отец? - переспросила Хели. - На тренировке, конечно же. Выжимает силы из Энди и Рийсы. А нас не позвали.

С этими словами девушка вздохнула, и Хайен увидел в ее глазах затаенную печаль. Магистр даже не пытался ничему учить собственную дочь. Всю неделю на тренировках Хели просидела на камне. А когда они выходили с поля, Хайен не раз замечал у нее в глазах горечь и сожаление. Юноша отхлебнул чай из кружки и спросил:

– Почему отец тебя ничему не учит?

Хели развела руками:

– А чему он может меня научить? Я не могу использовать магию так, как это делают другие.

– Он мог хотя бы попытаться! - возразил юноша.

– Он пытался с тех пор, как мне стукнуло семь, - вздохнула девушка. - Но все безрезультатно. Моя способность бесполезная.

Хайен едва не поперхнулся от возмущения:

– В каком смысле, бесполезная? У тебя потрясающая способность.

– У нее много ограничений, - терпеливо ответила Хели. - Я могу перемещаться только в место, где я уже была, или которое находится в поле моего зрения. Я не могу переносить с собой людей - только предметы. Так что…

– Погоди, - нахмурился Хайен. - А как ты тогда попала в мою комнату в первую ночь? Ты уже была в ней?

– Ах, это…

Хели заколебалась. Затем она смерила юношу немного странным взглядом и призналась:

– С тобой все работает по-другому. Я могу перемещать тебя. И могу переместиться к тебе, где бы ты ни был.

– И как ты это поняла?

– В тот момент, когда впервые увидела тебя, - серьезно ответила девушка.

Хайен вспомнил странные чувства, которые появились у него при первой встрече, и больше не стал задавать вопросов. Дожевав очередной бутерброд, он предложил:

– Мы могли бы тренироваться сами. У меня есть пара идей, как использовать твою способность в бою. Точнее, наши способности.

Хели удивленно воззрилась на него:

– Но я не могу атаковать…

– Тебе и не нужно будет атаковать, - заверил ее юноша. - Атаковать буду я. А ты - перемещаться. Точнее, перемещать. Нас.

Хайен видел сомнения на ее лице и попробовал подбодрить:

– Давай хотя бы попытаемся. Я уверен, что мы сможем удивить твоего отца.

Девушка неуверенно кивнула, и тут же спросила:

– Но где мы будем тренироваться?

– Может быть, там где никто не сможет тебя найти? - предложил Хайен, вспоминая курган за кирпичной стеной.

– Это идея… - медленно сказала Хели. - Но когда? Нужно подумать… У нас еще домашнее задание. Разве что ночью.

– По ночам твой отец учит меня обращаться с темной магией, - признался Хайен. - Точнее, пытается учить. Никто из нас не понимает, как она на самом деле работает.

Он снова принялся жевать. Ночные занятия ему не нравились, но они давали возможность хоть как-то изучать ту магию, что ему досталась.

Хели огляделась, а затем наклонилась к Хайену и тихо сказала, глядя ему в глаза:

– Ты знаешь, я попыталась найти в библиотеке нашего замка хоть что-то о темных, но не вышло. Мама сказала, что подобные книги хранятся только в некоторых эльфийских родах. Она видела несколько в Мерцающем лесу, но отец не дал ей посмотреть. А сейчас и его туда не пустят.

– Не пустят? - удивился юноша. - Потому что он изгнанник?

– Да. Считается, что изгнанники умирают для своих родственников. Никому из эльфов нельзя разговаривать с изгнанниками, и они больше не считаются родней…

– Вот гады напыщенные, - возмутился Хайен.

– Эльфы, - развела руками Хели.

Тут девушка прижала руку к груди, а затем выудила из-за пазухи медальон в виде плоского рыжего кольца.

– Иду, мама, - сказала она, на мгновение сжав амулет в руках.

Затем Хели поспешно сунула последний бутерброд в руки Хайену и сказала:

– Меня ищут. Встретимся утром на пробежке.

С этими словами девушка прихватила тарелку и новая вспышка пламени унесла ее домой. Хайен посмотрел на кружку с остывающим чаем и принялся жевать последний бутерброд. В его