Сфера - Дэйв Эггерс

Он не захотел рассказать Мэй, о какой инновации пойдет речь. Выступал Гас Хазени – прежде, судя по всему, он работал над проектом Фрэнсиса по защите детей, а четыре месяца назад отделился и возглавил новый отдел. Сегодня он впервые озвучит свои открытия и планы.

Мэй и Фрэнсис сели впереди – Гас попросил. Хотел на первом выступлении в Большом зале видеть дружеские лица, пояснил Фрэнсис. Мэй обернулась, оглядела толпу, через несколько рядов увидела Дэна; Рената и Сабина сидели вместе, а между ними лежал планшет, и обе сосредоточенно туда смотрели.

Под жаркие аплодисменты на сцене появился Эймон Бейли.

– Сегодня мы приготовили для вас подарок, – сказал он. – Многие знакомы с нашим местным сокровищем и мастером на все руки Гасом Хазени. И многие знают, что некоторое время назад его посетило вдохновение, а мы подтолкнули его следовать своему пути. Сегодня он проведет небольшую презентацию, и я думаю, вам всем понравится.

С этими словами он уступил сцену Гасу, сверхъестественно красивому и робкому как мышка. Во всяком случае, такое создалось впечатление, когда он засеменил по сцене будто на цыпочках.

– Итак, если вы похожи на меня, вы одиноки, жалки и навеки разочаровали свою мать-персиянку, отца-перса и всех дедушек с бабушками, которые считают вас неудачником, потому что у вас нет партнера и детей, поскольку вы жалки…

В зале засмеялись.

– Я дважды сказал «жалки», да?

Снова смех.

– Будь мои родные здесь, это слово прозвучало бы еще не раз… Короче, – продолжал он, – скажем, вы хотите порадовать близких, а может, и себя, и найти пару. Кому-нибудь тут нужна пара?

Поднялось несколько рук.

– Ой, да ладно врать-то. Я, между прочим, знаю, что шестьдесят семь процентов наших сотрудников не состоят в браке. Так что я обращаюсь к вам. А остальные тридцать три процента пускай идут лесом.

Мэй расхохоталась. Гас излагал блестяще. Она склонилась к Фрэнсису:

– Отличный чувак.

Гас продолжал:

– Скажем, вы пошли на сайты знакомств. Допустим, подобрали пару, дела идут на лад, вы прямой дорогой движетесь к свиданию. Все довольны, близкие счастливы и ненадолго допускают, что вы, может, не вовсе бесполезная трата их ДНК. Но едва вы позвали человека на свидание, жизнь имеет вас во все дыры. То есть нет, не имеет. Вы блюдете безбрачие, но хотите положить этому конец. И остаток недели вы дергаетесь, размышляя, куда вести визави: ресторан, концерт, музей восковых фигур? Подземелье? Вы не знаете. Сделаете неверный выбор – и выставитесь идиотом. Вы понимаете, что у вас разнообразные вкусы и пристрастия и у визави, надо думать, тоже, но первый выбор слишком важен. Вам нужна помощь, вам нужно послать правильный сигнал, а именно: вы чувствительны и решительны, у вас развиты интуиция и вкус, вы – само совершенство.

Зрители хохотали; они, собственно, и не умолкали. На экране за спиной у Гаса возникла таблица с иконками, под иконками четкие пояснения. Мэй разобрала значок, кажется, ресторана, кино, музыки, шопинга, активного отдыха, пляжей.

– Итак, – сказал Гас, – глядите, только имейте в виду, что это бета-версия. Называется «ЛюЛю». Ну да, название, пожалуй, сосет. Я и сам знаю, что оно сосет, мы над этим работаем. Но принцип таков. Вы находите человека, у вас есть имя, вы с этим человеком общаетесь, назначаете свидание – и тут мы переходим к «ЛюЛю». Вы, вероятно, уже наизусть выучили профиль этого человека на сайте знакомств, а также его личную страницу и все ленты. Но «ЛюЛю» – это совершенно другие данные. Вы вбиваете туда имя. Для начала. И «ЛюЛю» ищет по вебу, используя хирургические поисковые механизмы высокой мощности, чтоб вы не выставились ослом, обрели свою любовь и родили внуков своему папаше, который уже подозревает, что вы стерильны.

– Гас, ты шикарен! – заорал из зала женский голос.

– Благодарю! Пошли поужинаем? – сказал он и подождал ответа. Женщина притихла, и он добавил: – Видите? Вот поэтому мне нужна помощь. А теперь, чтобы протестировать этот софт, нам, наверное, понадобится реальный человек, который хочет побольше выяснить о предмете своего романтического интереса. Добровольцы будут?

Козырьком приставив ладонь к глазам, Гас театрально оглядел зрителей.

– Что, никого? Нет, погодите. Я кого-то вижу.

К потрясению и ужасу Мэй, Гас смотрел в ее сторону. Точнее, смотрел он на Фрэнсиса, который поднял руку. Не успела Мэй и слова сказать, Фрэнсис вскочил и уже взбирался на сцену.

– Поаплодируем нашему храброму добровольцу! – сказал Гас, а Фрэнсис взбежал по ступенькам и шагнул к нему под теплый свет прожектора. На Мэй он не глядел. – И как же вас зовут, сэр?

– Фрэнсис Гаравента.

Мэй испугалась, что сейчас сблюет. Что происходит? Это не по правде, сказала она себе. Он что, по-честному заговорит о ней со сцены? Нет, утешила она себя. Он просто помогает другу, они проведут демонстрацию с фальшивыми именами.

– Итак, Фрэнсис, – продолжал Гас, – правильно ли я понимаю, что ты с кем-то хочешь встречаться?

– Да, Гас, совершенно верно.

В головокружительном ужасе Мэй тем не менее заметила, что на сцене Фрэнсис, как и Гас, преобразился. Он подыгрывал, скалил зубы, изображал застенчивость, но выходило у него очень уверенно.

– И это реальный человек? – спросил Гас.

– Конечно, – ответил Фрэнсис. – Встречаться с воображаемыми я завязал.

Толпа от души рассмеялась, а сердце у Мэй ушло в пятки. «Ой блин, – подумала она. – Ой блин».

– И зовут ее?..

– Ее зовут Мэй Холланд, – сказал Фрэнсис и впервые взглянул на нее. Она закрывала лицо руками, подглядывая из-под дрожащих пальцев. Он почти неуловимо склонил голову, видимо, отметив, что Мэй пока не вполне комфортно, но тотчас снова повернулся к Гасу, ухмыляясь, как ведущий телевикторины.

– Хорошо, – сказал Гас, вбивая имя «Мэй Холланд» на планшете. В поисковой строке на экране появились трехфутовые буквы. – Итак, Фрэнсис хочет встречаться с Мэй и не хочет выставиться придурком. Что ему нужно знать едва ли не первым делом?

– Аллергии! – заорал кто-то.

– Ладно, аллергии. Можем поискать.

Он кликнул на иконку с чихающей кошкой, и внизу мгновенно появился станс:

Клейковина – вероятна аллергияЛошади – определена аллергияОрехи – у матери аллергияНет других вероятных аллергий

– Хорошо. Можно кликнуть на любой пункт и узнать детали. Посмотрим клейковину. – Гас кликнул на первую строку – открылся подробный и плотный список ссылок и текстовых блоков. – Как видите, «ЛюЛю» провел поиск по всем постам Мэй. Он собрал всю информацию и проверил на релевантность. Может, Мэй упоминала клейковину. Может, она покупала или комментировала продукты, не содержащие клейковины. Из чего мы можем сделать вывод, что аллергия на клейковину вероятна.