Предтечи Зверя. Алёна - Леонида Подвойская

Поняв лишь половину, но поняв правильно, Фернандо одним гибким стремительным движением настиг Алёну и крепко обняв за плечи, развернул глаза в глаза.

– Никуда! - взволнованно начал он подбирать слова. - Не пущу! Ты спасла нас. Зачем говоришь: "Поверил"? Не верить тебе и верить им? - он не отводя взгляда кивнул в сторону телевизора. - Им у нас и так, и не про тебя, не верит никто. Им не верят, копам не верят, богатым не верят. Умайта сказала, тебя пальцем не трогать. Ты эээ, как этот, из "страны Оз"?

– Волшебник?

– Волшебница.

– Ну, тогда фея. Мне больше нравится, - уже улыбнулась девушка. И тотчас ощутила упругую нежность юношеских губ. Реакция её была мгновенной - рывок назад и солидная оплеуха, отбросившая парня на стоящий у противоположной стены диванчик.

– Ты что? Ты что? - закричала Алёна, машинально вытирая губы.

– Вааау! - вдруг раздался восхищённый возглас. Это забытый подростками младший братец, сидевший за компьютером, высказал своё восхищение действиями девушки. Чтобы развеять всякие сомнения, он ещё и звонко зааплодировал, а затем скорчил такую разочарованную рожицу братику, что Алёна не выдержала и рассмеялась.

Младший, показывая на гостью, что-то затараторил, а тот сконфуженно отмахивался.

– Что он говорит? - сменила гнев на милость девушка. В конце концов она поставила нахала на место, будет знать. Что ещё?

– Он говорит, что… что такого эээ молодого человека

– Юношу?

– Юношу нельзя обижать девушкам.

– Ох и врёшь! Правду говори!

– Говорит, что мне эээ первый раз я встретил эээ хорошую девушку.

– В первый раз? Врёшь! А это кому был презент? - она указала на майку.

– Первый раз хорошую.

– Остальные плохие были что ли?

– Хорошую… Гордую… Правильную, да? Ну которая не долго…

– А до этого все - сразу?

– Нет, ну секс не сразу. А когда эээ любим, эээ нравимся, эээ симпатия, то и сразу, как правильно, " не долго"

– Так вот мой дорогой. Никаких "любим", никаких " нравимся", никаких " симпатий". Ни "сразу" и " не долго". Вообще никогда. И выкинь это из головы.

– Я это… обряд… Традиция… эээ дружба. Поцелуй дружбы хотел, - запоздало начал оправдываться парень, потирая щёку.

– Не ври! Ничего себе "дружеский поцелуй"! - уже успокоившаяся девушка вновь машинально вытерла губы и вдруг, вспомнив покраснела.

– Фею. Раз в жизни! - переменил пластинку лукавый кавалер.

– Ладно. Прощаю. Живи. И вот что. Чтобы ты мне не врал с переводами, давай учи меня вашему языку. Я, кажется, уже начинаю что - то понимать. Вот к примеру, как называется диван?

– Я думал тебя… за…гримировать, да?

– Ну да, а как?

– Волосы короткие… - он показал ножницы.

– Стрижём. А как по- вашему ножницы?

– Потом… Эээ светлый на чёрный.

– Красим? Ты давай всё, что берёшь в руки, называй по-вашему. Постой, а ты что, стричь умеешь? - спохватилась девушка, когда незадачливый ухажёр усадил её на компьютерный стул и начал обматывать вокруг её шеи какоё- то полотенце.

– Мы все сами. Умеем стричь. Я - Умайту и его, Умайта - меня.

Девушка с сомнением посмотрела на кудряшки младшего, но спорить не стала. Выбирать не приходилась. И вскоре на полу, словно пушистые зверюшки, лежали Алёнины волосы, в из зеркала на неё смотрел какой- то курносый Гаврош.

– Хорошо. - с гордостью за своё произведение констатировал самодеятельный визажист. Теперь красим, да?

– Покажи хоть, чем.

– Вот. Умайта красила раньше. Совсем белая стала после того, как мои отец и мать… А теперь уже не красит.

– Постой- постой. Это когда было? Это сколько лет твоей краске?

– Она хорошая. Мы тут в прошлом году эээ собаку красили.

– Собаку?! А шерсть потом с неё не слезла?

– Хорошая краска. А другой нет.

– Ладно, - махнула рукой девушка, смирившись с неизбежным.

– Это. Надо это снять - указал хитрец на майку. Можем пачкать.

– Опять за своё? Давай, поливай аккуратно свою мазюку.

Вопреки опасениям получилось хорошо. Правда, затем пришлось покрасить ещё брови и ресницы. Но когда девушка в сопровождении братьев появилась на кухне перед Уматой, та всплеснула руками и попыталась скрыть улыбку.

– Она говорит, "хорошо", - коротко перевёл длиннющее предложение юноша.

– Она говорит, что ты меня изуродовал и хорошо только то, что меня никто не узнает.

– Ты так быстро понимать язык? - изумился парень.

– Я же фея, - усмехнулась девушка. Конечно, больше всего она поняла по тону и по мимике. Но с удивлением обнаружила, что, действительно, как губка воду впитывает чужой для неё язык. Однако Умайта, продолжая тараторить, потянула фею в ванную, где показала какой- то крем и мазнула девушку им по руке. Бронзовый, под цвет кожи аборигенов. Алёна послушно кивнула, и убедившись в том, что в ванную не заглядывают любопытные, сняла майку. Старая хозяйка тщательно натёрла девичье личико, шею, руки, часть живота и спины. Теперь из- под майки не будут выглядывать светлые полоски неокрашенной кожи.

– Куда теперь пойдём? - вышла Алёна на суд дожидавшейся молодёжи.

– Теперь не фея. Моя подружка, - прокомментировал увиденное старший из них. - Не найдут. Пойдём по делам.

Они вышли через чёрный ход на маленький задний дворик. Из примыкавшего миниатюрного сарайчика Фернандо выкатил удивительный агрегат - помесь мотоцикла, самоката и велосипеда.

– Сам, один эээ конструировал и делал.

– Молодец. А это… оно и ездит?

Конструктор даванул ногой рычаг и "оно" довольно мягко заурчало. Устроившись на переднем сидении, парень жестом показал на заднее и мотороллер (всё-таки этот ближе к такой машине) с двумя седоками резво рванулся со двора.

Они ехали по узким, тенистым улочкам. Фернандо на своём агрегате довольно ловко протискивался среди толкущихся прохожих, порой останавливался у групп молодёжи, отвечал на приветствия, весело тараторил, затем отзывал в сторону одного - другого парня и уже с ними толковал серьёзно. Остановившись у одного из магазинов, Фернандо предложил Алёне зайти. Это был огромный по девушкиным меркам "Книжный мир". Зачем он был нужен в таком глухом месте и кто что в нём покупал, Алёна могла только догадываться. Впрочем, заглянув на прилавки, у которых толпилась молодёжь, девушка увидела красочные комиксы, а чуть дальше… Алёна, покраснев, отвернулась и подошла к своему проводнику. Фернандо в это время уже озадачил одного из продавцов и тот исчез в глубине книжных развалов.

– Здесь есть много чего, даже на русском языке.

– И вон та гадость на русском?

– Гадость? - изумился парень. Это эээ…