«Какое великое утешение — вера наша!..» - Епископ Афанасий (Сахаров)

С любовию богомолец Ваш е[пископ] А[фанасий].

Хотелось очень вчера написать Вам, — никак не смог.

Посылаю Вам копию еще одного заявления. Может быть, первое и это Вы покажете какому–нибудь юристу и попросите помочь. Напишите об этом и Анюте.

№ 30

Диакону Иосифу Потапову

5 марта 1941 г. Белбалтлаг

20-II/5–III 40

Среда 1-й сед[мицы] В[еликого] п[оста]

В понедельник днем написал Вам письмо, а вечером получил Ваше от 19/II. Спасибо, мой дорогой, очень рад был весточке Вашей после месячного перерыва. По–видимому, Вы не получили моего заказного письма с копией заявления Прокурору СССР, но получили после него посланное. Жаль, если заказное совсем не дойдет до Вас. Одновременно послал заказное же тоже с копией заявления и Анюте. Узнайте, получила ли она? О том, что Вы виделись с о. Германом, я знал от Вас, а о смерти Ашны Матвеевны нет. Впервые также слышу, что нет вестей о Сереже[195]. Я не знал, что он не с Вами. Когда он оставил Вас? 4–го и 12–го я как–то особенно вспоминал 25[~й] год. Когда–то Господь приведет нас вместе пропеть молебен Максимовской. Не пойму, откуда и почему вернулось одно письмо, касавшееся Петра Алексеевича] и Сарры… Дедушке Тихону[196] чрез Е. Е.[197] сердечный привет. Радуюсь его благополучию. Не найдет ли он возможным переписать для меня его переводы на слав [янский] язык канонов Романа Сладкопевца, его монашеский акафист и вообще всех его церковно–песнотворческих трудов. Очень беспокоюсь о бабушке. Ее молчание заставляет предполагать неблагополучие. Сохрани ее Господь и помоги все перенести. Знаю, знаю, что Вы готовы всем послужить мне, но знаю также, как и Вам самому все трудно достается. И здесь все дорого. <…> И хлеба много съедаю. Теперь дневальным дают 700 гр[аммов], — но не хватает. Больше половины съедаю утром. Очень много ем… Стыдно даже. Вот сейчас первая неделя В[еликого] п[оста]. Но и то сколько сухарей съедаю с чаем. Еще, слава Богу, удается прикупать хлеб, иногда буханку, чтобы приготовить сухарей. Простите меня Христа ради.

Господь да хранит Вас и всех Ваших близких. На всех призываю Божие благословение. Спасайтесь о Господе.

С любовию богомолец Ваш е[пископ] А[фанасий].

Пришлите шипцы для сахара.

№ 31

Н. С. Фиолетовой

23 февраля 1943 г. Ишим

10/23.II-43

Милость Божия буди с Вами, родные мои Ниночка, Женя и все, все…

Вчера был обрадован получением после долгого перерыва двух ваших писем №№ 1 и 2. Слава Богу все благополучны. Только не стало доброй и усердной к храму Божию Марии Ивановны. Царство ей Небесное.

Рад, что о. Иосиф побывал в родных местах, повидал друзей. Как хотелось бы мне, хотя бы так же ненадолго повидать всех вас. Но Господь требует еще от нас и этой скорби, и этого лишения. Буди святая воля Его, слава Богу за все.

Всем сердцем соболезную и соскорблю всем скорбящим и озлобленным друзьям моим, трудящимся и почти не отдыхающим, все время занятым заботами о добывании хлеба насущного, скорбящим о разлуке с дорогими и любимыми, — не имеющим возможности даже с живущими в одной комнате проводить столько времени, сколько хотелось бы. Это величайшее бедствие нашего времени.

Современный человек стремится посредством всякого рода техники облегчить свой труд, сократить его, сократить время на него. Но это стремление не освящается молитвой, делается без призывания Божия благословения, и потому, вместо того чтобы получить больше времени для личной жизни, его совсем почти не остается для нее. И, как члены одного сообщества, несут наказание и те, которые всякое свое дело освящают молитвой. И утешаюсь я тем, что Вы, родная моя Ниночка, страдая вместе со всем окружающим обществом, при всех скорбях и тяжелых переживаниях сохраняете «бодрое настроение». Помоги Бог, чтобы так же было и в дальнейшем.

Сердечное спасибо за добрую память Володе. Взаимно приветствую его. Как его отчество? И моей Верочке привет. На всех вас и на всех друзей наших общих призываю Божие благословение.

С любовию богомолец Ваш е[пископ] А[фанасий]

№ 32

Н. С. Фиолетовой

5 марта 1943 г. Ишим

20-II/5-III 43

Милость Божия буди с Вами, родная моя Ниночка!

Всего три дня тому назад послал Вам ответ на 1–3 №№ Ваши. Сегодня получил № 4. Спасибо Вам, моя дорогая. Всем сердцем разделяю Ваши скорби. Помоги Вам Господь все перенести и найти утешение прежде всего в Господе же, а потом в Верочке. «Тяжел Ваш крест, — скажу словами И. С. Никитина, — и Ваша чаша горька, — но жив Господь всего. Да не смутится сердце Ваше, молитесь, веруйте в Него… Слеза ль падет у Вас, Он знает число всех капель дождевых и Ваши слезы сосчитает, оценит каждую из них… С Ним благо все, с Ним свет во тьме»…[198]

О прошедших скорбях лучше позабыть, лучше не вспоминать, не растравлять заживающих ран. По наставлению апостола, прошлое забывая, будем простираться в предняя[199], с надеждой идти вперед. Будем утешать себя надеждой, что Господь даст еще нам утешение и в радостной встрече с любимыми, и в том, что мы еще, Бог даст, дождемся более спокойных времен и вместе поживем. Больше нее всего будем утешать себя надеждою на будущее воздаяние от Бога.

О моем здоровье я уже не раз писал в последних письмах. Благодарение Богу, пока чувствую себя вполне удовлетворительно. А что очень устаю от ходьбы, — так ведь совсем без недугов быть невозможно. И болезни нам на пользу Господь посылает.

<…>

Еще раз прошу простить меня Христа ради. И Вас всех да простит Господь Бог своею благодатию.

С любовию богомолец Ваш е[пископ] А[фанасий]

№ 33

Диакону Иосифу Потапову

10 мая 1943 г. Ишим

27–IV/10–V 43

Воистину Христос воскресе, дорогой мой о. Иосиф!

Вчера получил Ваше пасхальное поздравление от 21–IV. Очень рад. Меня несколько дней тому назад обеспокоила Женичка своим письмом от 28–III/10–IV, что Вы опять заболели… Хорошо представляю себе состояние Вашего здоровья, но все же, по–видимому, Вы еще крепитесь. Помоги Господь…

Прошлый год и я иногда с сожалением думал: почему не заболею какой–либо серьезной болезнью. По крайней мере положили бы в лазарет… Но я боялся попасть в лазарет не по болезни, а по слабости. И Господь помиловал…