Сказки серого волка - Донна Кауффман

Райли несколько удивлённо улыбнулся её реакции. Если, конечно, эту сдержанную гримасу можно было назвать улыбкой.

Но особенное внимание Танзи привлекла к себе его нижняя губа — чётко очерченная, не слишком тонкая и вместе с тем не капризно-пухлая. Что, если она сейчас наклонится вперёд и, легонько зажав между зубами, потянет за неё? А если прижаться губами к его губам? Если проникнуть языком к нему в рот? Что, если…

— Приехали, — неожиданно объявил Райли.

Вот и конец её буйной маленькой фантазии. И конечно же, на самом интересном месте.

Райли вышел первым и, не дожидаясь Уэйнрайта, наклонился и протянул Танзи руку.

Танзи на мгновение замешкалась, но потом всё-таки приняла его помощь. Ведь она уже несколько часов подряд ожидала такой возможности. За это время они успели потанцевать, поговорить, посмеяться. По крайней мере лично она смеялась. Что касается Райли, то в этом отношении ему ещё надо потренироваться. Моментально забыв о сумочке и лежащей в ней записке, Танзи взяла протянутую руку. И хотя нельзя сказать, что Райли в буквальном смысле вытащил её из машины, его рука была какой угодно, но только не вялой.

Танзи выскользнула из лимузина и, не выпуская своей руки из его, шагнула на тротуар и выпрямилась. Так близко к Райли она ещё ни разу не была, если не считать тех мгновений, когда их объединял танец. Только теперь они не танцевали.

Взгляд Райли был пристальным и вместе с тем мягким, скорее внимательным, нежели агрессивным. Тогда почему мышцы её живота предательски напряглись, почему ей вдруг захотелось плотно сжать ноги, потому что где-то в глубине её естества зародилось, затрепетало плотское желание. Нет, бессмыслица какая-то. Нечего даже рассчитывать, что под личиной Агнца скрывается Волк — это с такими-то манерами, с такой учтивой галантностью?

Но как оказалось, ей уже всё равно. Мир Танзи, ещё недавно такой упорядоченный и приятный, неожиданно утратил чёткие очертания. Круг её подруг, хотя Танзи и любила их всей душой, и знала, что они её тоже любят, превратился в некое подобие клуба, в который она больше не вхожа по причине отсутствия членского билета и, главное, не горит особым желанием подать заявление на пожизненное членство. Её тётушка и её работа неожиданно разбудили в душе Танзи нечто такое, о чём она раньше и не догадывалась и что непременно нужно исследовать.

Внезапно Танзи в срочном порядке потребовалось решить для себя, хочет ли она копнуть глубже или нет, плюс другие семейные проблемы, которые непременно возникнут, ответь она положительно на этот вопрос. И вот теперь её работа, её авторская колонка — самое надёжное, что было в жизни; то, что принадлежало в первую очередь только ей; то, над чем она привыкла считать себя полновластной хозяйкой; то, что помогало разобраться в вопросах, перед которыми её то и дело ставила жизнь, — нарушила её размеренное существование, столкнув едва ли не лоб в лоб с назойливым поклонником, который — кто даст гарантию, что это не так? — возможно, опасен.

А ещё у неё был Райли. Этакое забавное дополнение, материал для её колонки и вообще что-то новенькое. До сих пор Танзи думала о нём как об экземпляре, достойном анализа. И только теперь поняла, что Райли олицетворял собой тихую гавань посреди бушующего шторма. Верный. Надёжный Райли.

— Мисс? — вернул её к действительности негромкий голос Уэйнрайта.

Шофёр держал её сумочку, однако Танзи тотчас посмотрела на Райли, обдумывая своё открытие.

Она продолжала стоять, глядя на него, и Райли был вынужден взять у шофёра сумочку.

— Спасибо, Уэйнрайт. Я отнесу её в дом.

— В таком случае желаю вам хорошо провести остаток вечера, — кивнул шофёр.

Танзи ответила рассеянным кивком. Ей ничего не стоило поднять руку, однако взгляд её был словно прикован к Райли. Надёжному, верному, таинственному Райли.

— Что-то не так?

Танзи покачала головой — мол, все хорошо. Более того, глядя в эти задумчивые, спрятанные за толстыми стёклами очков глаза, она начала кое-что понимать.

— Может, в этом все и дело.

— Простите, я вас плохо понял.

— «Фактор привлекательности агнцев». Райли едва заметно улыбнулся.

— Вы нечто большее, чем закладная на дом и секс по воскресным дням, — продолжала Танзи. — Вы из той породы, что способна разглядеть смысл в чём угодно, даже когда все вокруг утратило смысл.

И тогда это произошло. Райли улыбнулся. Настоящей, широкой, белозубой улыбкой, как и полагается. Танзи при этом почувствовала себя так, словно совершила прыжок с двенадцатиметровой вышки. Без лишних размышлений она потянулась и сняла с его носа очки.

Улыбка тотчас поблекла, но Танзи не пожалела о своём опрометчивом жесте. Райли замер на месте, и в какойто момент Танзи подумала, что он сейчас вырвет очки у неё из рук или отвернётся.

— У вас красивые глаза.

Так оно и было, но дело даже не в этом, а в том, что Танзи увидела в этих глазах. Нечто такое, что запало ей в душу. Насторожённость, желание, досада. Глаза Райли, казалось, хранили в своей глубине целый клад самых разнообразных чувств. И это тот, кто на вид казался совершенно непробиваемым!

Танзи подняла руку. Ей так хотелось потрогать его, погладить по щеке, да что угодно. Но в следующий миг Райли отступил назад. Выражение его глаз вновь сделалось непроницаемым.

Танзи вздохнула, не в силах побороть разочарование. Однако Райли тотчас удивил её — он поймал её руку и слегка приподнял. И вновь Танзи поразила нежность его прикосновения. Нет, не вялость, а именно нежность. Разница стала ей понятна моментально. По-прежнему глядя Танзи в глаза, Райли наклонился над её рукой и запечатлел на ней поцелуй. Его губы были тёплыми и мягкими. Нет, как может нечто по определению сексуальное быть таким успокаивающим или даже в высшей степени учтивым? И все равно сердце у Танзи бешено забилось в груди… а между ног шевельнулось предательское желание, и она была вынуждена покрепче сжать их.

— Спасибо, что пригласили меня, — негромко произнёс Райли и отпустил её руку.

После чего вернул на нос очки и указал в сторону дома, мол, прошу вас идти первой, а я за вами.

Танзи на мгновение замерла, ломая голову, что сказать в ответ, но впервые в жизни дар речи подвёл её.

Растерянная и взбудораженная, она направилась к входной двери.

— Спокойной ночи, — прошептала она, проходя мимо Райли в дом, и, не задерживаясь в холле, тотчас поднялась к себе наверх.

Танзи была настолько погружена в свои мысли, пытаясь понять, что же произошло там внизу, перед дверью, что не удосужилась даже обернуться и не почувствовала на себе его взгляд. Поэтому откуда ей было знать, что Райли снял очки и не сводил с Танзи глаз, пока она на своих высоких шпильках, в облегающем огненно-красном платье, покачивая бёдрами, поднималась по лестнице.