Финишер (ЛП) - "РуНикс"

И он влюбился в нее. Только он ничего не помнил об этом.

Зефир глубоко вздохнула. Теперь он принадлежал ей, и это единственное, что имело значение. Он начал что-то между ними, и это была ее победа на сегодняшний день.

Один шаг вперед.

Зефир нравилось, как сверкало ее кольцо в свете салона. В течение дня, пока она работала с двумя своими постоянными клиентами, ее взгляд то и дело останавливался на сверкании драгоценного камня в ярком свете на рабочем месте, и боже, ей это нравилось. Ей нравился его вес на пальце, напоминание о том, что он подарил ей идеальное кольцо для нее, то, как все, кто видел его, «охали» и «ахали». Ей нравилось ощущение болезненности между ног, воспоминание о его пальцах внутри нее при каждом движении, сияние на лице, когда она ловила свое отражение. Ее глаза сияли, и ей это нравилось. Брак подходил ей. Брак с ним подходил ей.

Пока она укладывала волосы одной из своих новых клиенток, в ней нарастало нетерпение вернуться в их новый дом. Она не знала, как пройдет ночь, но понимала, что хочет снова оказаться в его присутствии. Как бы странно это ни звучало, но она скучала по нему.

Отмахнувшись от своих мыслей, она сосредоточилась на том, что говорила ее клиентка.

— Красивое кольцо у вас на пальце.

Весь день Зефир получала комплименты по этому поводу и улыбалась, как идиотка, но что-то в тоне женщины заставило ее заострить взгляд. Это не было что-то очевидное, на что она могла бы указать, просто что-то… не так.

— Спасибо, — вежливо улыбнулась она и просто рассекла прядь волос цвета красного дерева между пальцами.

— Миссис Вилланова, верно? — спросила клиентка.

Зефир продолжала вежливо улыбаться, осматривая даму. Лет сорока, вороньи лапки в уголках карих глаз.

Она молчала.

— Ваш муж управляет девушками, вы знали об этом? — она не стала дожидаться ответа. — Девушки с улиц, он берет их под свою охрану, дает им лучший выбор. Это плохо для бизнеса. Но, по крайней мере, вам не придется гадать, где он проводит ночи, когда его нет дома. Такой человек, как он, не успокоится на достигнутом.

Зефир внешне никак не отреагировала на то, что по ее коже поползли муравьи. Что-то в этой женщине настораживало, и не только то, что она знала о ее муже. Ощущение было неприятным, словно она притащила с собой запах чего-то гнилого.

Включив фен, чтобы больше не слушать ее слов, Зефир быстро закончила с волосами, почти не тратя времени на то, чтобы прическа выглядела так хорошо, как она умела.

Она кивнула одной из ассистенток, чтобы та занялась окончательной работой, оставив противную женщину позади, а сама направилась к главной стойке, чтобы передохнуть.

Администратор подняла брови.

— Плохой обед?

Что означало «ужасный клиент».

Она слабо улыбнулась, в ее голове роились вопросы, не об Альфе, потому что она уже знала, чем он занимается, а о женщине и о том, кто она, черт возьми, такая. Откуда она все это знает о ее муже, и, что более важно, что она делает на рабочем месте Зефир, рассказывая ей все это? Какой в этом смысл?

Демоница подошла к стойке и расплатилась, все это время пристально наблюдая за Зефир. Как только она отошла, та согнулась.

— Синдикат наблюдает за тобой сейчас.

И ушла.

Зефир не знала, что такое Синдикат, но это точно не было похоже на клуб, в который она хотела бы вступить. Нахмурившись из-за этой странной встречи, Зефир покачала головой и закончила свой день, совершенно выбитая из колеи этой случайной женщиной. Выйдя из салона, она обнаружила Виктора, своего верного телохранителя и водителя, читающего газету, прислонившегося к огромному Роверу, несколько девушек рассматривали его, проходя мимо.

Серийный убийца на улицах? гласила первая полоса. Тот ли это убийца, о котором шла речь в записке на свадьбе в Тенебре?

— Он в Трайдент? — спросила она о своем муже без предисловий.

Виктор сложил газету и кивнул.

— Хорошо. Отвези меня к нему, пожалуйста.

Поскольку ее салон находился всего в нескольких кварталах, дорога до башен заняла не более нескольких минут, еще меньше у них ушло на то, чтобы подняться на 28 этаж.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В этот поздний вечер, когда солнце садилось над городом, на открытой площадке было на удивление больше мужчин, чем днем. Все они повернулись посмотреть на нее, когда она выходила из лифта, и большинство из них почтительно кивнули ей. То, что она стала женой их босса, подняло ее на более высокий уровень.

— Йоу, — поприветствовал ее Гектор, его лысая голова, как всегда, сверкала на свету.

— Йоу, он у себя? — поприветствовала она его с улыбкой.

Это должно было обеспокоить ее, быть единственной девушкой в комнате, полной мужчин, которые выше, сильнее и определенно злее ее. Но осознание того, что все они люди Альфы, что он самым высокий, самым сильный, самый злой из всех, и что она его, заставило теплый клубок бабочек запорхать в ее животе. Она чувствовала себя в безопасности, защищенной, зная, что, хотя он еще не любил ее, ни один из этих мужчин не мог и пальцем тронуть ее, не испытав на себе гнев ее мужа.

— У него звонок, — усмехнулся Гектор. — Но заходи.

Кивнув им, она повесила сумочку на плечо, поправила топ, показывая большее декольте, и постучала в его дверь, входя.

Его золотистый взгляд остановился на ней, когда он откинулся в кресле, наблюдая, как она закрывает за собой дверь.

— Она подставляет себя, выходя из бизнеса. — сказал женский голос из динамика на столе.

Зефир замешкалась, ожидая, что он сделает звонок приватным, но он этого не сделал, просто не сводил с нее взгляда.

Заинтригованная желанием увидеть его, с другой стороны, она опустила сумочку на пол, обошла стол и села к нему на колени, обхватила его руками и положила голову ему под подбородок. Она почувствовала, как его тело напряглось от прикосновения, и сжала его, закрыв глаза и вдыхая его запах. Боже, она любила его запах, теплый, мускусный и мужественный, как дикий лес и влажная земля, как дом.

— И она не держит это в тайне, — продолжал женский голос. — У меня такое чувство, что она может быть следующей, кого он ударит.

Его руки остались на подлокотниках кресла, а тело напряглось под ней.

Если он думал, что ее оттолкнет отсутствие взаимности, то он ошибался. Она сделана из упрямства и своеволия. Она ломала его объятия за объятиями, пока ему не пришлось обнять ее от ярости. Она прижалась к его груди, глядя на В, обнаженное тремя верхними пуговицами его черной рубашки, на край одного шрама, выглядывающего на его груди.

— Присмотри за ней, — приказал он девушке на линии, его голос был более хриплым, чем обычно. Зефир хотелось думать, что это благодаря ее близости. — Я хочу знать, как только что-то пойдет не так.

— Будет сделано, босс, — заверила девушка и отключилась.

В кабинете воцарилась тишина, лампы включались одна за другой по мере того, как солнце садилось за лес, освещая весь город.

— Что ты делаешь? — потребовал он, все еще держа руки при себе.

Зефир улыбнулась.

— Обнимаюсь.

Она почувствовала, как он вдохнул, как его грудь прижалась к ее щеке, а затем сдулась, когда он выдохнул. Черт, ей следовало сесть наоборот. Она пропустила удары его сердца. В следующий раз.

— Это не часть контракта, — напомнил он ей, его руки вцепились в подлокотники.

Боже, иногда он был милым.

— Ты даришь мне умопомрачительные оргазмы — тоже не часть контракта, но ты не слышишь, чтобы я жаловалась.

— Умопомрачительные?

Конечно, он сосредоточился на этом.

— Умопомрачительные, расплавляющие кости, сжимающие пальцы ног, сокрушающие землю оргазмы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он не ответил, но она почувствовала, что он доволен.

Мужчины.

— Итак, эти девушки под АВ? — начала она, ковыряясь в пуговице его рубашки. — Ты их знаешь?

Пальцы его левой руки начали постукивать по подлокотнику, кольцо, которое она ему подарила, выглядело изящно на его грубой, большой руке.