Секториум - Ирина Ванка

— Материя не исчезает бесследно, — произнесла я так, словно меня заподозрили в измене диалектическому материализму.

Пока продолжались мои мировоззренческие терзания над мусорницей будущего, Миша открывал двери комнат.

— Что-то ты тормозишь, старуха. Иди сюда, смотри, какой просторный шкаф с подсветкой. Европейская планировка. Здесь поставим компьютеры, а в той комнате будешь спать. О! Глянь сюда. Еще и кладовка. Можно сказать, дополнительная комната.

— Спасибо вам с Адамом, — сказала я, но чуть не поблагодарила партию и правительство.

— В основном мне спасибо, — уточнил Миша. — Я сказал так: если мы не создадим ей условий, будет бегать по мужикам.

— По кому?

— Нет, ты мне определенно сегодня не нравишься. Давай-ка, лучше сядем и выпьем?

Я согласилась. Мы сели и выпили на развалинах грядущего благополучия за нас, за друзей, которые никогда не придут к нам в гости; за семьи, которых, вероятнее всего, никогда не будет; и за родителей, которые уж точно не узнают, какую работу нашли их пропащие отпрыски.

Глава 6. ИСТОРИЯ ПРЕДЫСТОРИЙ. МИССИЯ НАБЛЮДАТЕЛЕЙ

— Замуж за меня пойдешь? — спросил Миша, крутя на пальце баскетбольный мяч.

— Не пойду.

— Пойдешь. Куда ты денешься? Тебе же надо будет когда-нибудь замуж… Или ты не считаешь меня привлекательным?

— Считаю.

— Тогда в чем дело?

— Дверь лифта слишком узкая. Рога не пролезут.

— Вот тебе раз! Почему же не пролезут? Если встать боком…

— Мои рога не пройдут даже боком, и я не собираюсь жить с ними в верхнем доме.

— Ты переоцениваешь мои возможности.

— Отстань, Миша. Мне надо работать.

Миша бросил мяч и перебрался с дивана на компьютерный стол.

— Во-первых, дверь недолго расширить, — сказал он. — А во-вторых, если ты будешь послушной девочкой, зачем же наставлять тебе рога?

— Кажется, я знаю тебя достаточно, чтобы не питать иллюзий.

— А мне кажется, что брак «львицы» и «скорпиона» может быть увлекательным.

— Миша, я «скорпионами» не увлекаюсь. Я их боюсь.

Миша загадочно улыбнулся.

— Ты их просто не знаешь.

— Отвяжись.

— Вдруг понравится?..

— Еще раз прошу, слезь со стола и дай мне работать.

— Боишься, что понравится, — сделал вывод Миша, и пошел в прихожую играть в баскетбол с корзиной, притороченной над дверью кладовки, и попал мячом в стекло рабочего кабинета. Текст в поле экрана завибрировал.

— Сходил бы, поставил кофе, — крикнула я ему.

— Уже поставил.

— Тогда оно наверняка закипело.

— Конечно, закипело.

— Сходил бы, выключил.

— Уже выключил.

— Значит, оно остыло. Мог бы поставить еще раз.

— Знаешь что, красотка, — сказал он, просунув голову в дверь кабинета, — могла бы и сама задницу от стула оторвать.

«Вот такая семейная жизнь меня ожидает, — думала я по дороге на кухню. — Нет, чтобы американцы новый «Вояжер» запустили к Сатурну. А то и подальше, чтобы я отдохнула от этого товарища перед ответственной командировкой».

— Кому это нужно, объясни? — митинговал Миша и лупил мячом по кухонному полу. — То, чем ты сейчас занимаешься — бесполезная трата сил. На фига это делать? Спроси у шефа… Ты смотри, позеленела от компьютера. Когда ты в последний раз на улицу выходила?

Без работы Миша становился невыносимым, а в критических фазах безделья даже опасным. Сам для себя и для окружающих. В такие дни он был особенно подвержен бредовым идеям на поприще личной жизни.

— Кофе со мной пить будешь?

— Нет, ты все-таки объясни. Я понять хочу. Какой хренотенью ты сейчас занята?

Логично было бы выставить его из модуля прочь вместе с баскетболом, плеерами, кассетниками с кассетами, которые наполняли мое жилище тяжелым роком. Можно было бы даже выкатить из-под дивана его гантели и зашвырнуть следом, но шеф приучил нас к тому, что с Мишей надо обращаться деликатно. Что сами мы можем порвать друг дружку в клочья, но если кто-нибудь непочтительно зацепит Мишу Галкина, — моральная ответственность засим последует тяжести необыкновенной.

— Что молчишь?

— Подбираю корректные выражения.

— Да ладно, выражайся…

— Ты знаешь, что у меня скоро командировка?

— Нашла проблему! — воскликнул Миша. — Перед тем как ехать в хартию кретинов, особенно нужно расслабиться и зарядиться положительными эмоциями. А чем занимаешься ты?

— Не твое дело, — сказала я, протискиваясь мимо него с чашкой кофе.

— Ты изводишь себя на нервной почве.

— Я делаю эту работу для себя, а не для хартиан.

— Знаешь, как называется монотонно оголтелая и изнуряюще бессмысленная работа? Ма-стур-ба-ци-я, — произнес он по слогам с выразительной артикуляцией. И только после того, как мяч снова стал попадать в корзину, я сосредоточилась на делах.

В предстоящей командировке я собиралась довести до сведенья хартиан суть проблемы, вместо того, чтобы развлекать их анекдотами. Потому что третьей командировки могло не быть. Это понимали все: и я, и шеф, и даже Миша, который считал атаку на Хартию бездарной тратой времени. Миша не хотел понимать, что существуют проблемы помимо настройки антенн, установки дешифраторов и поиска отвалившихся от «Марсиона» деталей. Потому что, проработав в Секториуме годы, он так и не научился видеть гуманитарную сторону проблемы.

Если бы не миссия Веги и его братьев по разуму, возможно, проблемы не было бы вообще. Точнее, наши земные особенности не были бы отнесены к разряду вопиющих аномалий. Только однажды, во время офисных посиделок с чаепитием, Адам обмолвился: «…нынешняя цивилизация землян», — сказал он. Информация не предназначалась для моих ушей, равно как и для прочих сотрудников Секториума, не отлученных от социума. Будто бы лишние сведения такого рода могли пагубно повлиять на соплеменников, с которыми мы общаемся наверху. Будто однажды, не выспавшись, мне придет в голову сказать кому-то из них: «Знаешь, а ведь люди стали летать в космос задолго до того, как вымерли динозавры». Можно подумать, меня кто-нибудь станет слушать, несмотря на то, что так оно и было на самом деле. Вот только следы земных астронавтов затерялись, а их судьба гораздо более загадочна, чем кажется сигам-землеведам.

Сигирийские миссии повадились на Землю давно, но нам, ныне работающим в проекте, древнее юрского периода заглядывать не положено. Наверно, потому, что динозавры там не такие красочные и шустрые, как в Голливуде. Зато, какое чистое небо! Сиги утверждают, что видели то же самое небо черным, как дым из пароходной трубы. Сколько цивилизаций здесь было до нас, точно неизвестно даже сигам. Отчего они погибли, неизвестно тем более. Есть мнение, что до Второго Критического Коридора доходило большинство из них, но это личное мнение шефа, которое официальными сигирийскими источниками не подтверждается. Попытки Секториума собрать подробную информацию о Земле, также не дали результата. Это притом, что Галактика, благодаря близости к транспортному Кольцу, населена. Предположить, что в этой зоне есть пригодная для жизни планета, которую не осваивали поселенцы, все равно, что сочинять фантастику о полете к Луне на воздушном шаре.