Семь 'Я' Семеновых (СИ) - Жанна Софт

чтобы подготовиться к тяжелому, судя по всему, дню.

25.

Ксюша проснулась рано и, прихватив свой мольберт с красками вышла за дом, на крышу, через окно, откуда открывался чудесный вид. Она чувствовала себя отдохнувшей, и странно умиротворенной. Впервые, за последние три дня девушка чувствовала покой. После ночного разговора с Кириллом она долго плакала, пока, наконец, не пришел покой.

Девушка не могла смотреть в глаза сестре. Она чувствовала себя подлой предательницей.

Почему все так сложно? Почему она не имеет права любить?

И тут же внутренний, нудный голос, упомянул — «Ты разве забыла? Он при каждой встрече говорил о Наташе. О своей единственной розе в саду».

Ксюша потерла лоб тыльной стороной руки, в надежде отогнать плохие мысли, и сосредоточиться на пейзаже.

А утро выдалось действительно чудесным. Голубое безоблачное небо, легкий ветерок, зеленые кроны деревьев морем разливались внизу. Дороги видно не было. Только шум электропоездов напоминал, что реальность гораздо ближе, чем кажется.

У подножья холма, что виднелся на горизонте, в голубоватой дымке раскинулся эпицентр жизни этого района. Там были магазины, кино, клубы — все, что необходимо современному человеку для веселой жизни.

Но Ксению больше привлекала плешь, что оказалась в самом центре лесополосы. Сквозь ветви деревьев, там угадывалась крыша от домика, да вот только девушка никогда прежде не слышала, что на этой территории кто-то жил. Семеновы являлись единственными живыми людьми на этой стороне железнодорожной ветки.

— Шикарный вид!

Ксюша обернулась, к ней на крышу выбиралась Вика, растрепанная, в халате, неустанно зевая.

— Ты, Семенова, просто знаешь, что требуется рисовать. Удивительно!

— Точно так, как ты знаешь, что будут читать.

Вика хмыкнула, и устремила свой задумчивый взор на пейзаж.

— Какие на сегодня планы? Я слышала, празднество только завтра.

— Ты хотела сказать, череда празднеств. Потом мамин день рождения, и помолвка Наташи с Кириллом.

— Считаешь, она состоится?

Ксюша непонимающе уставилась на подругу.

— Мне казалось, мы этот вопрос решили.

Вика решила смолчать.

— Я надеялась, что ты, Семенова, покажешь мне городок.

Ксюша вытерла кисточку.

— Ладно. Можно съездить, прогуляться. Я знаю одно классное место…

— Мне Олег смс прислал.

Ксения округлила глаза, взглянув на подругу.

— Да ну! И что пишет?

— Хочет встретиться. Сегодня. Я предложила в вашем городке, где конкретно, обещала сказать позже.

— Но ведь сюда добираться почти десять часов…

— Он живет в часе езды от этого захолустья, забавно, да? Словно сама судьба сталкивает нас.

Ксюша молча сняла полотно с мольберта.

— Помоги мне, — попросила она.

Девушки вернулись в комнату, тщательно сложили все Ксюшины принадлежности.

— В любом случае, сегодня приезжает Кирилл, и мне не хотелось бы встречаться с ним, — сказала Ксения, — так что давай собираться потихоньку. Нужно уйти до обеда.

— Как скажешь.

Ольга покинула сад, решив, что пора бы начать готовить завтрак. Скоро соберутся все дети, и захотят есть. Женщина отметила, что Маша и Ксюша уже проснулись. Максим чистит свой мотоцикл, а Иван, когда она покидала спальню, уже совершал утреннюю пробежку на тренажере.

Женщина сняла шляпу, и перчатки, вымыла руки, надела фартук.

Скрипнула входная дверь. Ольга обернулась. На пороге стояла Даша, в легком сиреневом сарафане. Волосы собраны в крошечный хвостик.

— Ты что проснулась так рано? — улыбнулась Ольга дочери.

Образ заспанной Даши по утрам, когда девочка спешила на кухню, что бы помочь маме на кухне, слился с образом взрослой женщины, стоящей перед Ольгой.

— Хотела тебе помочь, — сказала Дарья, и подошла к разделочному столу, где Оля раскладывала овощи.

Мать внимательно взглянула на дочь.

— У тебя все в порядке?

Даша улыбнулась, и от этой успокаивающей улыбки Ольге стало не по себе. Своим развитым, шестым чувством, женщина поняла, что все не в порядке.

— Что с Антоном?

Даша обмыла овощи.

— Он работает.

— Неужели у него столько дел, что он не мог приехать на неделю к нам?

— Он очень занят.

Ольга приняла из рук дочери, чисто вымытые огурцы и помидоры, и принялась резать их для салата. Даша, меж тем стала очищать молодой картофель от тонкой кожуры, рискуя испачкать ухоженные ручки.

— Я понимаю, что ты уже взрослая, и вправе поступать, как считаешь нужным. И сама решаешь, стоит ли нас ставить в известность…

— Я развожусь с Антоном, мама.

Ольга на секунду замерла, а потом еще интенсивней принялась нарезать овощи на деревянной доске.

— Ты это окончательно решила?

Даша взяла следующую картошину.

— Он изменил мне. Я его застала с ней. В офисе. Прямо на столе…

Ольга не отрывала глаз от доски, вслушиваясь в слова дочери и болезненно вспоминая измены Ивана.

— Никто об этом не должен знать, мама. Я никому пока не говорила.

— Не спеши, Дарья. Все тщательно обдумай…

— Ты считаешь, я еще думать о чем — то должна?

— Если бы я бросала твоего отца после каждой его измены…

Даша спокойно положила нож на стол, оставив картошку не дочищенной.

— Ты прости меня, мама. Но я не хочу, что бы мой ребенок рос в атмосфере бесконечных скандалов. Начало положено. Измена, как наркотик. Антона уже не остановить…

На этот раз Ольга отложила нож, и подняла пораженный взгляд на дочь. При длинной баталии, что продолжала литься из уст дочери, Ольга выхватила главное.

— Ты беременна?

— Да.

— Тогда ты должна понимать, что ребенку нужен отец.

— Я понимаю, мама.

— И поэтому решила развестись? А Антон знает о том, что скоро станет отцом?

— Нет, в тот день я как раз собиралась ему рассказать.

— Уверена, как только он узнает о твоем положении, о разводе не будет и речи, — произнесла Ольга и снова взялась за салат.

— Он не узнает до развода. Я не хочу иметь с этим человеком ничего общего.

Ольга вновь взглянула на дочь.

— Ты хочешь, чтобы твой ребенок рос без отца?

— А, по-твоему, семью стоит сохранять только из-за детей?

— Я всю жизнь делала так. И только сейчас поняла, как счастлива.

— Это не для меня, мама. Думаешь, мы ничего не видели? Ни твоих слез? Ни выходок отца? Прости меня, мама. Но я такой судьбы не хочу.

Ольга смотрела на дочь, где-то в глубине души понимая, что она права.

— На что ты будешь жить? — спросила женщина в последней попытке защититься, — У тебя нет образования. Нет мужа. Наташе, Маше, Лене и Ксюше я позволяю вести себя, так как им вздумается, потому что их будущее устроено. А ты? Ты бросила институт на полпути ради Антона. Теперь бросаешь Антона, перед рождением ребенка. Учти, оставить ребенка я тебе не позволю. Пора брать ответственность на себя, Дарья.