Е.Н. Отт и Ехидна - Галина Дмитриевна Гончарова

Взяла эта дура, да и в обморок упала, прямо на сессии, тут, конечно, и медсестра прибежала, и скорую вызвали, мигом беременность определили… и что тут сделаешь?

Ничего уже не получится. Только рожать.

Любовь Николаевна злилась, негодовала, сверкала глазами, но выбора у неё не было. А Сонина просьба про врачей, роддом и какие-то договоренности…

Положа руку на сердце, она просто забыла о ней, как и обо всём неприятном в своей жизни. И обвинение Сони возмутило её до глубины души.

Эту дрянь в дом взяли, считай, из милости, Сеня до неё снизошел, а эта деревня, нет бы ноги его матери целовать от счастья, ещё претензии высказывает! С ума сошла девка! Точно!

И имя это для ребёнка…

Подумаешь, в марте она родилась!

Любовь Николаевна точно знала, как надо назвать её внучку.

Диана.

В честь той самой, потрясающей леди Дианы Спенсер. А что судьба у этой леди трагичная, ну так что же? Кого это волнует?

Соня, кстати, об этом знала. Сеню просить она не стала, понимала, что муж запишет ребенка так, как скажет Любовь Николаевна. А сама Соня всё же была чуточку суеверна.

Кому ж захочется, чтобы твой ребёнок – и так же вляпался?

А потому…

Да-да, «Госуслуги» – наше всё!

Соня туда зашла прямо с телефона и послала заявление. Заранее заполнила.

А потом вошла в Сенин личный кабинет – и ответила на уведомление, согласовав Марту Семёновну Кучерову. Код она знала, чего там не знать? Сеня ко всем своим кабинетам давал доступ мамочке, поэтому везде устанавливал одинаковые логины и пароли, ну и на «Госуслугах» тоже. Логин – номер телефона, пароль – дата рождения мамочки.

Любовь Николаевна об этом так и не узнала и жутко злилась потом на сына.

Небось он не прочитал, чего Сонька выдумала! А она и рада, дорвалась, деревня!

Марта!

Фу!!!

Впрочем, к внучке Любовь Николаевна не испытывала ровным счетом ничего. И вообще…

Как говорят в интернете, эта жена сломалась, несите следующую.

Соня должна была виться вокруг мужа, обожать его, угождать, ценить и любить, а она переключила всё внимание на этот гадкий хныкающий свёрток. Опять же… и вид у неё после родов стал ужасный. То Любовь Николаевна её хоть в салоны водила, а сейчас… задница толстая, грудь… вот это всё молоко, вены эти, противно так, она-то Сенечку не кормила, и ничего! И Марту можно было бы на искусственное вскармливание, а Соньке себя в порядок приводить, хоть в какой!

А главное – что?

Кесарево сечение!

То есть Сонька мало того, что полгода не могла свои обязанности выполнять, так ещё и потом… а она сможет второго ребенка родить? Если так подумать?

После кесарева сечения там ограничения есть, да и Сенечка маме признался, что Соня стала не такой, как раньше, не нравится она мальчику. Приговор был скор и справедлив (с точки зрения мадам Кучеровой). Соня получила развод и отправилась к себе, в свою добрачную квартирку.

Ребёнок?

Ну… не Любови Николаевне же с ним возиться? Нужна Соньке эта личинка, пусть она с ней и мучается![19]

Имущества у Сенечки никакого нет, алименты ему платить только с официальной зарплаты, Сонька даже и не вякнула ничего! И поделом!

И всё было хорошо и спокойно примерно полтора года. А потом Сенечка встретил Илону.

Любовь Николаевна сразу поняла – это ОНА! Та самая девушка, которая нужна Сене!

Модная, элегантная, утончённая, к тому же за ней дают хорошее приданое, она из богатой семьи, у неё отличное образование, не то что у Соньки…

Сенечка начал встречаться с Илоной, и всё у них было хорошо, но… в дело вмешался отец Илоны.

Именно Борис Михайлович с язвительной усмешкой поинтересовался у Сени, как поживают его первая жена и ребёнок. И мальчик растерялся! Понятно же… Сеня просто сказал первое, что на ум пришло. Что эта женщина и её ребёнок не имеют к нему никакого отношения. И рассказал всё… ну, почти честно.

Что на Соне он женился из жалости. Что узнал о её изменах, когда та уже была беременна, она до последнего не говорила ему ничего даже про ребёнка, наверное, надеялась от него избавиться, так что как только стало можно, он развёлся! А ребёнок не его!

Откуда ж он знает, чей там ребёнок?

Он ТАК страдал!

Илона, конечно, расчувствовалась, но отец у неё оказался из другого теста. И вообще отвратительно недоверчивым. И поинтересовался – сделан ли анализ ДНК, подписан ли отказ от родительских прав и прочие малоприятные документы?

Нет-нет, он не настаивает, но и вы поймите правильно, такие дети приравниваются в правах с законными детьми. Вот ему бы не хотелось, чтобы вышла Илоночка замуж, жила-поживала, добра наживала, а потом появилась какая-то левая дочка да и кусок оттяпала.

Положа руку на сердце, Любовь Николаева его понимала. Что ж, дело было за малым, поговорить с Сонькой. Она же дура!

Мягкотелая, наивная дура! Пусть подпишет пакет документов, и все будут довольны. И Сенечка с Илоной поженятся… это же хорошо, правда?

Но внезапно заартачилась Сонька.

Казалось бы, какая ей разница?

Алименты она всё равно получает копеечные, на наследство она может даже не рассчитывать, ну… ладно! Любовь Николаевна даже готова ей была выплатить некоторую сумму, не слишком большую, только бы не возиться с дурищей.

И надо же!

Эта дрянь деревенская – ОТКАЗАЛАСЬ!

Заявила, что не поступит так с ребёнком… да какая ей разница?! Девчонке?! Илона обязательно Сене родит сына, а лучше двух или трёх.

А Сонька – дура! Она не гулящая, она не хочет, чтобы Марту называли дочерью проститутки… Любовь Николаевна обязательно бы её дожала! Но какая сволочь разлила эту гадость на асфальте?!

Теперь приходится лежать и лечиться. И всё пущено на самотек! Отвратительно просто!

Но ничего не потеряно! Она поговорит и с Сеней, и с Илоной, объяснит мальчику, как ему побеседовать с Сонькой, а Илону просто уговорит не бросать мальчика. Хотя та и сама понимает, где она ещё может найти такое сокровище, как её Сенечка?

Второго такого на Земле нет, это точно!

С детьми она разберётся, а пока… пока надо объяснить Соньке, что её место на помойке! Со шпротами!!!

Рамира

Маркус Отт не терял времени даром. Он как раз наведался к дяде Юрею.

Выбран объект был не просто так.

Дядя Юрей был глуп, как пробка, но мнил себя пупом земли, не иначе. Ему надо было просто льстить и поддакивать, а