Как мы стали детективами после того как я умер - Дарья Юрьевна Малюкова

class="p">На согнутых ногах, он резко перебежал за другую стену, пристально наблюдая, как двое стражей проходят, громыхая тяжёлой бронёй. Они короткими перебежками перемещались к единственному месту поблизости – или даже во всём городе – откуда раздавался шум. Возле входа сидели бедные люди, которые желали хоть немного тепла таверны.

Они молча сидели на холоде, смотря в небо абсолютно пустым взглядом, в котором не было ни капли жизни. Анкэль до боли сжал руки в кулаки. Он что-то прошептал им, одними губами, но несколько человек сразу вскинули головы и начали рассматривать таинственного гостя. Мальчик лишь ниже натянул капюшон и вошёл в помещение.

Вокруг всё заполнял едкий дым от табака и въевшийся в стены запах перегара. Плескались по бокалам тяжёлые алкогольные напитки. И пьяные люди. Много пьяных людей. Они напоминали оживших мертвецов, без разума, без мыслей, они могли лишь выкрикивать заученные названия и совершенно не считая, бросать на стол мору.

Анкэль презрительно окинул их взглядом и шагнул вперёд, переступая через какое-то бессознательное тело. За барной стойкой находился мужчина с ярко-алыми волосами, который уже просто сидел, подперев голову рукой. Он казался до невозможности уставшим.

– Вам что? – даже не поворачивая головы, бросил мужчина.

– Воду и, – Анкэль улыбнулся, едва заметно, одними губами. – Вино из гортензии.

Мужчина перевёл взгляд, но увидел лишь капюшон, закрывающий всё лицо.

– Красное или белое вино желаете?

Анкэль оглянулся.

Люди вокруг были настолько пьяны, что, казалось, не замечали даже своих рук, а то мальчишки, пьющего воду, им и вовсе дела не было. Но всё же один человек казался ему подозрительным.

– Белое мне и красное тому господину за мой счёт, – Анкэль махнул рукой в глубину зала.

– Будет выполнено. Что-нибудь ещё? – мужчина начал быстро, профессионально наливать жидкости в бокалы.

– Что нового вообще? –беря стакан с водой в руки и поднося к губам, задал вопрос Анкэль.

– Нового? Ночной цветок скоро цвести собирается.

Анкэль чуть не выронил бокал, закашлявшись. Плохо. Ненужное внимание.

– Правда? Как чудесно.

– Одну секунду, – мужчина вышел из-за стойки, направившись к гостю, на которого указал Анкэль.

– Доброй ночи, господин.

Тот молодой господин изволил сделать вам презент за свой счёт, желаете принять? Мужчина поставил перед ним бокал и отступил назад. Они с напряжением ждали действий таинственного незнакомца, и когда он наконец пригубил напиток, дружно выдохнули.

Даже Микото вместе с ними, хотя совершенно не понимал, что происходит.

Прошла ещё минута – и странный гость упал головой на деревянный стол, медленно и глубоко задышав.

Анкэль выпил воду и, вдохнув, задал вопрос, который мечтал произнести всё свою жизнь.

– Когда же расцветёт ночной цветок?

– Через пятнадцать всходов и двенадцать заходов солнца, когда луна станет круглой, словно новый месяц, когда звёзды соберутся воедино, чтобы залить своим светом всё вокруг, вот тогда ночной цветок явит миру свой цвет, – бармен залпом выпил бокал какой-то жидкости.

– Благодарю, вино было очень вкусное, – Анкэль встал и поправил плащ. – Передавайте привет той белокурой красавице, что ждёт цветения ночного цветка так же, как мы.

Из-под плаща была видна лишь его улыбка. Тонкие, бледные, потрескавшиеся из-за холода и неправильного питания, губы; но их улыбка была совершенно другой. Холодная и уверенная, от неё даже у огневолосого мужчины прошёл холод по коже.

– Хорошей ночи, господин.

Анкэль прошёл мимо бессознательного человека, метнув в него полный презрения взгляд. Он не чувствовал ничего не поводу того, что напоил ядом случайного человека лишь потому, что тот показался подозрительным. Обернувшись перед выходом, он исподлобья в последний раз взглянул на бармена, который вновь наливал напиток очередному гостю.

Они пересеклись взглядом – всего на миг – и Анкэль коснулся кончиками пальцев гортензия у себя на груди. А потом вышел за порог.

На улице начал накрапывать дождь, а люди на улице всё также сидели, будто не замечали. А может, и правда не замечали.

Настолько сломанные, едва ли такая мелочь привлечёт их внимание. Но Анкэля они проводили странным взглядом, в котором – Микото был готов поклясться – мелькнул огонёк надежды. Ещё ниже капюшон натянул – и снова короткими перебежками, избегая стражей и даже случайных прохожих, куда-то к центру города.

Башня возвышалась над всем, пронзая пиком тёмные, непроглядные облака, накрывая тенью всё здания, не давая пробиться лунному свету. Но это же станет погибелью Инари. Анкэль прижался спиной к стене, вздохнул, и был готов сделать следующий шаг.

– Стой. Там люди, – Микото обеспокоенно взметнулся вверх и тут же стушевался: с чего это он? А… У мальчика же такая же цель, как у него, он просто помогает её добиться… Да, именно так.

– Спасибо, – бросил Анкэль и теперь настороженно слушал, как несколько человек беспорядочно стучали подошвами по плитке. – Мирные

Он сделал шаг влево, преграждая дорогу. С капюшоном, в плаще, он казался убийцей, который вот-вот достанет меч и бросится в атаку. Вот только люди уже этого не боялись. В компании – несколько человек, на лодыжках которых стальные цепи.

– Доброй ночи, – понижая голос, бросает Анкэль. – Как вы относитесь к скорому цветению ночго цветка?

Люди вскинули головы, а вместе с ним – ещё один человек, что стоял поодаль. Остальные же лишь непонятливо, презрительно переглянулись.

И шагнули вперёд. Анкэль им более не мешал: что хотел он сказал, и, если его хоть кто-то понял – прекрасно. Он не исполнитель, как безымянный рыцарь, и не зачинщик, как бармен.

Его задача – рассказать, и внушить, что всё получится. Не верить в то, что их задумка осуществима, имеют право лишь те, кто стоят во главе. Всего – четверо человек.

– Что ты сказал тем людям у порога таверны? – Микото висел возле головы мальчишки, пытаясь рассмотреть эмоции под капюшоном.

– Ночной цветок обязательно расцветет, – Анкэль пожал плечами.

– Мне очень много лет, духи стихий – старейшие существа во вселенной, но я ни разу не слышал о таком цветке. Вот, например, у тебя на груди – гортензия. Прекрасный засушенный цветок. А ночной цветок?

– Ночной цветок – самый прекрасный цветок в мире, – Анкэль улыбнулся, закинув голову вверх, устремив взгляд к звёздам. – Но его не существует.

– А? Это как? – Микото впервые подумал о том, как далеки от него мысли людей.

Сражаться за несуществующий цветок какой бред.

– Видел того воина? Никто не знает его имени, именуют «Бармен», – Анкэль отметил, что уже немного научился понимать эмоции духа, – Он сам себя так назвал. Мне кажется, ему подходит.

Мальчик снова пожал плечами.

– Появился в Камикакуси и принес с собой рассвет. Он ввёл понятие ночного цветка. Это название говорит