Если туфелька впору - Элизабет Харбисон

Старик выпустил их.

— Счастливо вам обеим. Надеюсь, жизнь вас больше не обидит.

Лили и Роза переглянулись и направились к машине. Дверь захлопнулась за ними прежде, чем они сошли с последней ступени крыльца.

— Ну и чего мы достигли? — спросила Роза, облокотившись о руль и обернувшись к Лили.

— Думаю, сестра оставила нам свое благословение, — похлопала Лили по тетрадке. — Наконец мы узнали, откуда появились. И теперь мы знаем, что нас любили. Вот, послушай, — она открыла дневник и прочла:

«Мои дорогие девочки, будь у меня другая возможность, я бы поступила иначе, но я не могу обрекать вас на жизнь, полную лишений, которую бы вы вели, если б мне пришлось поднимать вас одной. Простите меня, пожалуйста».

Роза завела двигатель и начала медленно отъезжать со стоянки.

— Знаешь, — сказала Лили, — Лорен утрачена для нас, но все же она сумела заполнить прежнюю пустоту.

Роза кивнула.

— Семья — то, что ты создаешь сам, а не только узы крови. Все равно, откуда ты пришел, значение имеет лишь то, куда ты идешь.

Лили прищурилась, понимая, что сестра намекает на принца Конрада.

— Он уезжает сегодня, так что не рассчитывай, что мы еще увидимся.

— Ты еще упрямей, чем я думала.

— Возможно, я просто смотрю на жизнь более трезво.

Роза фыркнула и двинула машину вперед. Через полтора часа, на мосту Джорджа Вашингтона, запищал сотовый телефон Лили'.

Звонила Карен.

— Ты смотришь восьмой канал?

— Нет, я в машине. А что?

— Немедленно мчись в гостиницу. Принц Конрад дает пресс-конференцию. Журналисты спрашивают о тебе.

Нахмурившись, Лили передала Розе слова Карен.

— Нам всего пять минут езды. Я тебя высажу, а сама потом пристрою машину. Встретимся внутри.

— Я слегка нервничаю.

— С каких пор ты начала нервничать?

— С тех пор, как влюбилась в принца.

— Ага, призналась! Ты его любить.

— Да, люблю. И дальше?

Роза ухмыльнулась и надавила на газ.

— Надо доставить тебя к нему, пока он не уехал.

— Но…

— Я не позволю тебе упустить лучшее в твоей жизни из одного только упрямства.

Глава четырнадцатая

Когда Лили появилась в зале, где проходила пресс-конференция, Конрад закончил говорить и отвечал на последние вопросы.

Каролина Хортон тоже присутствовала среди других репортеров светской хроники, Принцесса Друсил расположилась прямо по центру, с флангов к ней примкнули дочь и леди Пенелопа.

Один из журналистов поднял руку, Конрад уловил движение, кивнул ему.

— Американская женщина, которая сопровождала вас на благотворительный бал прошлой ночью. Кто она?

— Ее имя Лили Тилден, — медленно ответил Конрад и указал на другого журналиста.

— Станет ли она следующей принцессой Белории?

— Это моя заветная мечта, — ответил Конрад, — но… — Его взгляд упал на Лили, и он замолк.

— Но что, ваше высочество?

— Но я не знаю, захочет ли она. Видите ли, мисс Тилден пришлось многое пережить по моей милости. Бывшая жена моего отца шантажировала ее. — Принц зло усмехнулся. — Лишь женщина, безнадежно цепляющаяся за стиль жизни, которого явно не заслуживает, могла дойти до подобной низости.

— Чем она шантажировала ее? — спросили из толпы.

Конрад помедлил.

— Записью нашего разговора, где я просил мисс Тилден сопровождать меня. Она вполне благоразумно сомневалась, стоит ли со мной связываться. Тем не менее мне удалось одержать победу. — Он встретился взглядом с Лили. — А теперь я надеюсь завоевать ее навсегда.

У Лили все внутри дрожало.

— Потому что, если мне удастся, если она согласится стать моей женой, я буду счастливейшим человеком на земле.

Разом взметнулся лес рук, но Конрад видел только Лили.

— Означает ли это, что вы женитесь? — спросил кто-то.

— Не знаю. — Конрад перенаправил вопрос Лили. — Означает?

Она тяжело дышала.

Он вытянул руку, и внезапно все присутствующие поняли, кто она.

— Это она!

— Так как, мисс Тилден, вы выйдете за принца Конрада?

Лили прикусила губу, чтобы не расплакаться, и осторожно пошла к Конраду, не обращая внимания на вспышки камер и вопросы. Когда она подошла ближе, он подал ей руку.

— Так что вы скажете, мисс Тилден? — повторил он тихо, потом встал на одно колено перед ней. — Выйдете ли вы за меня замуж?

Лишившись голоса, она могла только кивнуть.

— Это «да»! — крикнули из зала.

Слово да пронеслось по комнате, повторяясь как эхо.

Конрад встал и обнял Лили.

— Ты уверена? — произнес он ей в ухо. — Мне не хотелось бы, чтобы ты попала под влияние толпы.

— Толпы? — переспросила она. — Какой толпы?

Он рассмеялся и поцеловал ее в губы, потом обернулся к журналистам.

— Это не планировалось, но, похоже, вы получили историю, о которой просили всю неделю. У Белории есть новая принцесса и зовут ее Лили.

Эпилог

— Можно посмотреть?

— Еще немного.

— Конрад, эта повязка начала меня раздражать. К тому же я не каждый день летаю на вертолете.

Конрад рассмеялся.

— Она на тебе всего двадцать минут.

— Давай тебе ее повяжем на двадцать минут и посмотрим, как ты запоешь.

Она ощутила его дыхание у уха. Он прошептал:

— Сегодня ночью. Идея недурна.

Кожа Лили загорелась от его вкрадчивого голоса, обещавшего дополнения к указанному эпизоду сегодняшней же ночью. И завтрашней. И потом, всегда.

Ее мысли становились все более нескромными, как вдруг Конрад сорвал повязку с ее глаз. Первое, что она увидела, — его самого в сиянии присущего ему очарования.

— Принцесса Лили. Добро пожаловать домой.

Только тогда она огляделась и увидела величественный белый замок. Высокий, с арками окон и шпилями, вздымающимися в бескрайнее голубое небо. Сам Уолт Дисней не сумел бы создать более романтического сказочного замка.

Не верилось, что он настоящий.

— Мы что, будем тут жить?

Конрад засмеялся.

— Конечно. Что еще с ним делать?

Ее широко раскрытые глаза впитывали это белоснежное чудо.

— Превратить его в музей? Я никогда не предполагала, что такая красота возможна.

— Погоди, пока не войдешь внутрь. Но сначала я должен сам перенести тебя через порог. Это ведь американская традиция, да?

— Считается, что она приносит удачу.

Конрад обнял ее.

— Нам удача ни к чему. На нашей стороне сама судьба.