Бесценный дар - Скотни Джеймс

Энн открыла термос и налила себе чашку, затем развернулась, чтобы видеть замок, пока она пьет кофе. Мощные стены поднимались на огромную высоту над песчаным берегом, а вересковые холмы позади создавали впечатляющий фон. Данрэйвен был бы хорош в любое время года, но лучше всего – в разгар лета.

Яркое пятно привлекло ее внимание к одному из окон замка. Кто-то стоял там – вероятнее всего, Рори. О чем он думает, когда смотрит на нее?

Энн вспомнила письмо Беллы и, несмотря на свое желание остаться бесстрастной, почувствовала внезапную уверенность в том, что ее тетушка была права – Рори казался одиноким человеком. Но был ли он на самом деле так одинок, как думала Белла? И если да, то почему? С того момента, как она приехала в Данрэйвен, Энн не замечала недостатка в обожающих его женщинах, где бы он ни появлялся. Конечно, его одиночество могло оказаться добровольным, – может, он все еще любил свою бывшую жену.

Так или иначе, она не могла винить Беллу за желание найти пару для своего племянника. Они все так много вкладывали в эту легенду о камнях, что для него было невозможно унаследовать имущество Беллы, и поэтому лучшим выходом было найти женщину, которая захочет принять эти деньги и его самого.

По крайней мере, она должна отдать Белле должное – брак не был непременным условием наследования. Это было бы принуждение худшего сорта. С другой стороны, чем лучше силой свести вместе двух человек и надеяться, что их свяжет взаимная симпатия? Если бы Энн знала с самого начала, чего на самом деле хотела Белла, она просто отказалась бы от всего еще в Штатах и не возникло бы никаких проблем. Теперь, когда она отвергла идею брака, Энн чувствовала себя виноватой, что план Беллы не сработал. Кроме того, она чувствовала себя еще более неуютно из-за того, что получает эти мак-дональдовские миллионы, оставляя Рори практически ни с чем.

Она разломила булочку и покрошила ее чайкам, занятая поисками выхода из этой ситуации. Когда она снова посмотрела вверх, то увидела, что Рори, одетый в джинсы и темно-красный свитер, спускается к пляжу в сопровождении Ранальда. Неожиданно для самой себя Энн вспомнила, как обнимала его совсем недавно, и смутилась. Она надеялась, что за ночь это воспоминание поблекнет в памяти. Но теперь поняла, что эти мгновения никогда не забудет.

Она встала и ждала его стоя.

– Я увидел вас из окна, – отрывисто сказал Рори, остановившись перед ней. – Я думаю, нам надо поговорить.

– Согласна. – Энн улыбнулась. – Вы, кажется, удивлены? С чего бы?

– После вчерашнего вечера я не был уверен, что вы захотите со мной разговаривать. – Он слегка покраснел.

– Есть вещи, к которым надо относиться иронически, Рори. Я должна кое-что объяснить.

– И я тоже. Пройдемся?

Энн отставила термос, и они пошли вниз вдоль изгиба пляжа, по самой кромке воды. Две собаки бежали впереди, обследуя лужицы в камнях и вспугивая чаек. Утро было солнечным, дул легкий ветерок.

– Сначала дамы, – сказал Рори после некоторого молчания, прерываемого только криками чаек, парящих над головой. – Что вы хотели сказать мне?

На самом деле Энн хотела обсудить то, что произошло между ними прошлой ночью, но не знала, как лучше подступиться к этой теме. Так что она, сознавшись себе в трусости, начала разговор издалека.

– Я хотела бы объясниться с вами по поводу того телефонного разговора, который вы тогда услышали.

Энн смотрела на него, любуясь его четким профилем. Солнце золотило его загорелое лицо и играло на волосах, отчего они казались иссиня-черными, цвета воронова крыла. Он действительно был необыкновенно красив…

– По поводу телефонного звонка? – мягко напомнил он, как будто уловив ее взгляд.

Энн отвернулась, принуждая себя смотреть на очертания каменистого берега впереди.

– Да, конечно. Я знаю, как это должно было неприятно звучать для вас. Я хочу, чтобы вы поняли меня.

– Белла оставила наследство вам, Энн, и вы не обязаны мне ничего объяснять.

– Но я хочу рассказать вам. Видите ли, последние лет десять у моего отца проблемы с сердцем. Лечение очень дорого, и мои родители постоянно нуждались в деньгах. И тут совершенно неожиданно, просто чудом, получается так, что я могу оплатить их счета за лечение и привести в порядок дом. Но я не хотела, чтобы это звучало так самодовольно.

– Это было не так. По крайней мере, не хуже, чем у кого другого в подобной ситуации.

– Но вы вели себя так холодно и осуждающе.

– В тот день меня можно было короновать на английском престоле, но это не прибавило бы мне хорошего настроения. Трактор сломался, ну и все остальное. Дела идут из рук вон плохо.

Замок Данрэйвен стоял на краю бухты, изгибавшейся в форме полумесяца. Хотя пляж перед самым замком был гладким и песчаным, обе оконечности бухты были загромождены обломками скал. Рори и Энн дошли до кучи камней и, не сговариваясь, устроились на них. Энн подтянула колени и обхватила их руками.

– А второе, – сказала она. – Ваши финансовые затруднения. Можно ведь что-нибудь предпринять…

– Что вы знаете о моих проблемах? – спросил он отрывисто.

Энн решила вести себя осмотрительно.

– Знаете, надо быть полной дурой, чтобы не заметить, как вам нужны деньги. Я думаю, что вы пытаетесь взять ссуду, но безуспешно.

– Что заставляет вас так думать?

Совершенно случайно – слишком уж небрежно – Рори перевел взгляд на Арран, как будто чрезвычайно заинтересовался коттеджами, сгрудившимися на далеком берегу.

– Несколько вещей. – Энн дотянулась до зубчатой раковины, валявшейся на песке рядом с валуном, на котором она сидела. Перевернув ее, она внимательно изучала красновато-коричневые завитки. – В тот день в банке я случайно услышала, как вице-президент сказал, что у него для вас плохие новости. А когда мы собирались на собачьи испытания, вам позвонил некий мистер Грант, и этот звонок привел вас в ужасное настроение. – Она отважилась искоса глянуть на него, и увидела, как его губы сжались в тонкую линию. – Вы уже говорили мне, что хотите расширить и модернизировать ферму и винокурню. Уверена, что вы не отказались от попыток найти кого-нибудь, кто занял бы вам денег.

Рори посмотрел ей в глаза.

– Все именно так и обстоит. Я пытался найти банк, который ссудил бы мне сумму, в которой я нуждаюсь, но я недостаточно платежеспособен. Затраты на ферму потребуют всех моих сбережений вместе с выручкой от будущего урожая. Никто не хочет рискнуть и поставить на меня.

– Я рискну, – тихо сказала Энн.

– Что? – Его черные брови сошлись на переносице.

– Я с радостью дам вам необходимую ссуду. Кроме того…

– Нет!

Это единственное слово, которое он почти выкрикнул, заставило ее вздрогнуть и вызвало раздражение. Он даже не потрудился проявить вежливость, чтобы выслушать ее предложение до конца.