Кладбищенский фестиваль - Екатерина Спасская

— Подумай еще раз, прежде чем продолжить.

— Ой, какие мы обидчивые, когда разговор заходит о…

— Мириам!

— И мне здесь совершенно не нравится.

Нийрав со вздохом покачал головой.

— Нет, серьезно, как ты собираешься искать лирена в городе, где любое Клиадральное плетение, начиная с желтой категории сложности, блокируется?

— Попробую почувствовать Ирвэлла без помощи сформированных плетений. Должно получиться, если он сейчас в Левере.

— Вот именно, если. И как, есть успехи?

Чудик остановился и закрыл глаза.

— Ну?

— Не отвлекай. Сама знаешь, как это тяжело.

— На нас прохожие смотрят, давай скорее… Эй!

— Почему ты кричишь на меня? Вот всегда так…

Мириам закатила глаза.

— Я стараюсь, каждый раз выбиваюсь из сил, а вместо благодарности слышу от тебя одни упреки. Чем же, позволь узнать, я заслужил такое отношение?

— Нийрав…

— Это такова моя награда за все, что я делаю ради тебя?! Сколько раз я спасал твою репутацию и статус нашей фамилии, и вот моя расплата?! Очень справедливо с твоей стороны.

— Нийрав, замолчи…

— Ни капли сочувствия в словах, ни теплого взгляда. Сколько еще презрения ты готова вылить на меня?

— Нийрав, придурок, оглянись!

Будто очнувшись, Чудик вздрогнул. Вокруг собралась внушительных размеров толпа, заворожено следившая за неожиданно развернувшейся сценой. У всех возле уха поблескивали портативные устройства-переводчики.

— Приезжие артисты? — На неуверенном Транслите выкрикнул кто-то из собравшихся. — На пешеходной территории нельзя проводить анонсы представлений. Вам лучше удалиться до подхода охраны порядка.

— Представлений?

— Вы же будете выступать на Турнире?

— Турнире?.. А! — Нийрав поспешно замахал руками. — Вы неправильно поняли, мы просто…

— Вот идиот! — Мириам схватила брата за руку и потащила сквозь толпу. — Театральная истеричка! Это ты называешь «не привлекать внимания»?! Тебе бы, действительно, уличные представления давать где-нибудь на провинциальных окраинах, имел бы успех.

— Нам направо, — буркнул парень, смущенно оглядываясь на смеющихся зевак.

— Ты нашел Ирвэлла?

— Да, он не так уж и далеко.

— А я уже начала думать, что ты совершенно безнадежен: уж слишком редко ведешь себя относительно адекватно. Приятно хоть иногда в тебе ошибаться.

— Нарываешься на грубость, — перехватив инициативу в выборе направления движения, покачал пальцем Нийрав. — Если тебе так неприятно мое присутствие, могла бы остаться в Хэмнха, я тебе предлагал перед отбытием, сама же отказалась. Я и без твоих едких замечаний некомфортно себя чувствую в Текландте. И вообще не понимаю, с чего…

— Что это? — Притормозив за поворотом, Мириам указала на цветастое здание прямо по улице. Выглядевшее вполне нормальным для обычных лирен, оно выбрасывало в разные стороны ослепительно яркие волны-волокна Клиадры.

— Полагаю, то, что мы изначально искали, но…

— Но?

— Судя по обрывкам плетения и с учетом того факта, что в Левере практически повсеместно ограничения на Клиадральные воздействия, наша цель собирается, проломив все барьеры, разнести в пыль район, нет, весь город.

— …Шутишь? У нее же Блок!

— Нам лучше поторопиться, — Нийрав сорвался с места, стремительно ускоряя бег.

— Значит, не шутишь, — вздохнув, девушка бросилась следом.

— О, она, и правда, живая! — Сидящий на стойке Ирвэлл с размаху разбил огромную, почти пустую бутылку о стену.

— А ну-ка собери! — С напущенной угрозой в голосе прикрикнул незнакомый мужчина.

— Ну Памра!

— Собирай, сказал! Ты мне и так весь пол этлином залил. Не зря говорят, зовешь Чудика в гости, либо прячь выпивку, либо покупай лодку.

— Вредина! — Скорчив рожу, Ирвэлл взмахом руки заставил разлетевшиеся осколки собраться в бутылку, а блестящие тут и там лужи — исчезнуть. — Ха, Лэйкер, и ты живой? С ума сойти! А я уже серьезно начал за тебя беспокоиться, особенно когда…

— Ирвэлл!

— Лай-ла-ла! Лэй-ле-ле! Не отрежешь уши мне! — Чудик проигнорировал недвусмысленный взгляд командира и потянулся к бару, надо полагать, за добавкой.

Немного поежившись, я присела за ближайший круглый столик и бегло осмотрела просторное помещение. Вся мебель в зале имела непосредственный контакт с полом, статичная винтовая лестница вела к рядам дверей наверху, трапециевидная сцена возле одной из стен, нетипичное освещение «сверху»…

— Это «Пламя»? — Догадалась я.

— Верно… Аня, так? — склонил голову набок мужчина за стойкой. — Я Памра, владелец этого заведения.

— Здравствуйте.

Подавившись этлином, Ирвэлл захохотал.

— Не наливай ему больше, — Лэйкер вырвал у Чудика остатки выпивки.

— Дети. Что этот, что наверху.

— Это кто здесь ребенок?

— Пьяный Чудик за стойкой.

На миг задержав дыхание, Ирвэлл не выдержал и с диким хохотом повалился на пол, уронив по пути пару стульев.

— Ох, юность. А ведь если перевести фэйли в церт, мы почти ровесники, — наигранно вздохнул Памра, убирая бутылку. — Напугал ты меня, Лэйкер. Серьезно напугал. Сколько у меня было приключений в молодости, но ты превзошел меня во всех отношениях. И это в твоем-то возрасте. Эх, моему восхищению не было бы предела, если бы ты не довел старика практически до инфаркта.

— С меня причитается, — Лэйкер отпихнул валяющегося Чудика и сел на его место. — В следующий раз буду учитывать ВСЕ, даже невозможные варианты развития событий.

— Сам-то как? Еще не лихорадит от «колики»?

— Чуть-чуть, ничего страшного.

— Слушай, Лэйкер, — перестав хохотать, подал голос Ирвэлл. — У меня галлюцинации, или Аня смотрит на меня, как на еду?

Спохватившись, я отвернулась.

— Ну-ка, — встряхнув зелеными волосами, парень поднялся и подошел ко мне вплотную. — О… жуть! Что это?

— Лучше отойди, а то укусит, — усмехнулся было Памра, но, взглянув на командира, мгновенно изменился в лице.

— Нет, серьезно, что это? — Ирвэлл отступил на шаг. — Я думал, игра света. Они прозрачные?

— Кто? — Я отодвинулась, на всякий случай, сцепив руки за спиной. — Или что?

— Глаза, — глухо отозвался Лэйкер. — Покажи ей.

Ирвэлл материализовал круглое зеркало и поднес его к моему лицу. Заглянув в отражение, я озадаченно нахмурилась.

— Нормальные зеленые глаза…

Прыснув, Чудик вновь с хохотом покатился по полу. Памра многозначительно покачал головой.

— Очень смешно! — Возмутилась я. — Между прочим, я поверила!

— Значит, не так уж и безупречна твоя эмпатия, — сквозь бульканье раздалось из-под стола.