Пионер.Прощай СССР (СИ) - Ларин Павел

— А где Антон? — Маша оторвалась от созерцания схватки Прилизанного с деревом и покрутила головой.

Ее вопроса кроме меня никто не услышал. Елена Сергеевна в этот момент пыталась оттащить орушего Костика в сторону, а Селедка скакала рядом с блондинкой, пытаясь, в свою очередь, оттащить ее от вожатого, потому что терпение Леночки, похоже, заканчивалось. Она, судя по всему, готова была угробить обоих, и Константина Викторовича за психи, и Мишина за глупость.

— Не знаю…– Я подошел к Фокиной. — Слушай, пока тут эта схватка титанов продолжается, давай по окрестностям полазим. Если Василий забрался на дерево, пытаясь спастись от кабана, которого, уверен, и в помине не было, то, возможно, Ряскин сделал то же самое.

Маша кивнула утвердительно и мы с ней одновременно начали пятиться в кусты. Главное, чтоб нас не спалили раньше времени. Но Антона однозначно лучше поискать без помощи психованного вожатого, подозрительной блондинки и Селедки, которая постоянно смотрит в мою сторону собачьим, преданным взглядом. У меня уже начал развиваться комплекс проснувшейся совести. Хотя я вообще ничего не делал, чтоб она влюбилась в Ванечкина. Даже скорее наоборот. Делал все, что вряд ли могло понравиться любой девчонке.

— Как думаешь, в какую сторону он мог убежать? — Спросила Маша, едва мы скрылись из поля зрения остальных. Правда их крики еще доносились до нас.

— Ну, точно не в ту, откуда мы пришли. Иначе уже нашелся бы. — Я крутил головой по сторонам периодически задирая ее вверх.

— Слушай…– Фокина вдруг резко остановилась. Так резко, что я, топая за ней, едва не влетел в девчонку носом. — Помнишь, когда случилась вся эта канитель с сестрой Ванечкина, ты говорил, что почувствовал его. Вернее, даже не так. Ты почувствовал, будто это Петя перекрывает способности псионика. Типа назло делает.

— Ну…это чисто предположение. Я не могу сказать однозначно. Просто, да, было такое ощущение. Поэтому тогда и замутил с его ненормальной сестрицей историю про спасение. Думал, пионер испугается за ее жизнь и снимет блок.

— Тааак…– Маша задумчиво потерла лоб. — Предлагаю эксперимент. Все равно выбора у нас нет. Искать Ряскина в лесу можно хоть до самого утра. Площадь то немаленькая. Но если мы немного растормошим Ванечкина и он хотя бы немного подвинется в сторону, есть шанс использовать способности. А там, глядишь, вообще они останутся при тебе. Тогда ты вытащишь нас обоих.

— Знаешь…– Я с опаской уставился на Фокину, — Меня пугает выражение твоего лица. Ты будто настроилась вскрыть мне башку и выковырять оттуда Ванечкина.

— Почти угадал. — Маша хитро улыбнулась. — Я погружу воспользуюсь гипнозом. Вытащу твое бессознательное и попробую договориться с этим упертым парнем.

— Отлично придумано! — Засмеялся я. — Вот только маленькая деталь, меня не берет гипноз. Уж тебе ли не знать.

— А вот и проверим, действует ли это правило, когда ты не имеешь доступа к способностям. Давай, садись. — Фокина схватила меня за руку и потащила к ближайшему дереву.

Я от ее напора слегка растерялся, а потому сопротивления не оказывал.

— Так…Вот сюда. — Девчонка толкнула меня рукой в сторону подходящего по ее мнению дерева.

Чем уж именно оно ей приглянулось, не знаю. Такое же как и остальные, совершенно, абсолютно такое же. Я особой разницы не увидел. Да и вообще, план Фокиной казался мне дурацким. Ну, какой, к черту, гипноз? Я не обычный человек. Я — псионик. Да, временно утративший доступ к способностям, но это не делает меня заурядным. В любом случае в теле Ванечкина сейчас главенствующую роль играет именно мое сознание. Я доподлинно знаю, ни один гипнолог не способен погрузить меня в транс. Да что там транс. Ни один телепат не мог забраться в мою голову. А тут — Фокина, которая, между прочим, на данный момент тоже лишь обычная девчонка. Не знаю, насколько она сильна в роли псионика. Я вообще не представляю, как способностями управляют женщины. Однако сейчас это не играет никакой роли. Сейчас она всего лишь обычная пионерка, знающая, как правильно технически запустить процесс погружения. И все.

— Расслабься, откинь голову…Руки и ноги не скрещивай! Что ты, как в первый раз, честное слово! — Раздавала Маша указания, попутно управляя мной словно куклой. — Готов?

— Ну…да. — Я усмехнулся. — Приступай.

— Хорошо.

Фокина села напротив меня, скрестив ноги. Мы уставились друг другу в глаза.

— Слушай мой голос…иди за моим голосом…– Девчонка понизила тембр и начала говорить медленно, на одном выдохе.

— Не… Не слушай. Дура она и все делает неправильно.

Ленивый, насмешливый голос прозвучал настолько неожиданно, что мы с Фокиной натурально подскочили на месте. А когда увидели того, кто это сказал, подскочили второй раз, причём сразу на ноги.

Возле одного из деревьев, прислонившись к нему плечом, стоял Богомол. И в данную секунду он точно не был похож на того неадеквата, которого мы наблюдали все это время.

Глава 15

— Мне вот интересно…девочка, кто тебя учил так грубо и топо́рно погружать человека в транс? Ну, честное слово, даже стыдно за одаренную, пусть и не обученную в полной мере… — Заявил Богомол.

Он с усмешкой пялился на Фокину. Прямо издевательски пялился.

Его взгляд…Да я затрудняюсь даже сказать, что это был за взгляд. Одно могу утверждать наверняка. Если в башке Богомола живут две личности, одна — крайне неадекватная, а вторая — нормальная, то сейчас перед нами были не они. Это вообще кто-то третий. Очень умный, очень хитрый и очень… старый, что ли.

Просто в глазах пионера, если он вообще таковым является, буквально в каждом глазу, я видел мудрость. Черт…не хочется применять это слово, оно слишком хорошо звучит. Благородно. Пожалуй, больше подойдет — хитрожопость, основанная на огромном, просто охренительно огромном опыте.

Человек, стоявший возле дерева, не мог ни при каком раскладе жить столько мало, всего лишь каких-то четырнадцать лет. У него за плечами должны быть десятки…хотя, нет. Не десятки. Столетия. Вернее, сам пацан, конечно, мог. И жил. Тела́ таскать из одной точки временного пространства в другую точно никто не может. Сознание — да. Хотя я сам об этом узнал относительно недавно. Но физическое тело — однозначно нет. Употребляя термин хитрожопость, я говорю о том, кто в данную минуту находится внутри Богомола. Это чертовски проженный тип. Он опасен и он умен. Опаснее, умнее нас с Фокиной вместе взятых.

— Какого черта? — Спросил я вслух, потому что глупо изображать непонимание и дальше.

Это равносильно тому, что сейчас одна из берёзок или елочек заговорит человеческим, русским языком, а я буду делать вид, словно ничего странного не происходит. Если неизвестный мне гад решил открыть карты, значит, так тому и быть.

— Вот и я спрашиваю, какого черта⁈ — Богомол оторвался от дерева, а затем медленно подошел к нам с Фокиной. Двигался он… совсем иначе. Пропала его угловатость, нервные подергивания и дебиловатые жесты. — Какого черта двое сильнейших псиоников со времен…впрочем, неважно, с каких времён. Просто объясните мне, что за тупую, бестолковую суету вы устроили? Я задолбался вас направлять. Но даже при моем участии вы один черт лезли куда угодно, только не в нужную сторону. Ты…

Неадекват повернулся ко мне. Видимо, именно я являюсь причиной его недовольства. Секунду он изучал внимательно мое лицо, потом поморщился. Будто оно его ужасно раздражало.

— Рожа, конечно, у тебя крайне дебильная в этом теле. Не удивительно, что Ванечкин не может быть тем, кто нам нужен. Иначе он не стал бы твоим сосудом. Но ты же — Алекс Райский. Тебя особисты прозвали Локи! За что? За что, спрашиваю⁈ Если ты, едва оказавшись в чуть неудобных условиях, обосрался по полной программе. А-а-а-а-а! Помогите! Способности пропали!

Богомол поднял руки вверх и затряс ими, изображая степень моей паники. Вернее то, как он это видел. Я лично с его патомимой был категорически не согласен. Клоун хренов.