Игры в чужой песочнице - Илья Шумей

-Доброе утро, Мохарра! – еле слышно прохрипела она, - я все еще здесь и, к сожалению, я все еще жива.

Залпом осушив чашку, Мария наполнила ее снова и продолжила пить воду, но уже спокойней, наслаждаясь тем, как прохладная влага струится по горлу, впитываясь в иссушенное жаждой тело. Уже привычным движением она, не глядя, открыла дверцу шкафчика и нашарила на полке пузырек с таблетками. Раскалывающаяся голова настойчиво требовала болеутоляющего.

Ее мысли с готовностью прыгнули в накатанную еще вечером колею.

Что тут можно сказать? Повеселилась она вчера на славу! Сама набралась до скотского состояния, и кавалера в грязи вываляла. Молодец! Умница! Так держать! От поклонников отбоя не будет! Нет, действительно, зачем она вызвала хайенн? Чуть человека до инфаркта не довела. Единственного в округе человека, который разговаривал с ней как с нормальной. В русском языке, хоть он велик и могуч, пожалуй, не сыщется слова, чтобы охарактеризовать ее вчерашнюю выходку. Прямо припадок какой-то случился, честное слово!

Подождав, когда чашка наполнится в третий раз, Мария закинула в рот пару таблеток и запила их несколькими глотками воды.

Стоило бы, пожалуй, извиниться перед Содосом, хотя, наверное, этим уже ничего не исправишь. Девушка тяжело вздохнула. Она никогда, проклятье, в самом деле, никогда не доводила до практического воплощения свои благородные задумки. Все заканчивалось рассуждениями о том, что неплохо бы сделать то-то и то-то. Провести экскурсию по Институту для учеников соседской школы, наведаться в ксенопарк - проконсультировать персонал на предмет правильного обращения с инопланетными питомцами, позвонить бывшим одноклассникам и тому подобное. Ничего из перечисленного она так и не сделала. Так, понежится немного в теплых лучах мыслей о том, какое хорошее дело она надумала совершить, и бросит. Даже наступив на ногу незнакомому человеку, она будет собираться с духом, дабы извиниться перед ним ровно столько, чтобы он успел уйти. И перед Содосом она тоже не извинится. Духу не хватит.

Тряпка, вот кто она такая. Тряпка и размазня!

От бессильной злобы на саму себя даже защипало в глазах.

Щелкнул закипевший чайник. Мария приготовила себе чашку крепкого кофе и облокотилась на стол, неспешно размешивая ложечкой сахар. Ее взгляд упал на все еще включенный монитор, где продолжал тревожно мигать красный заголовок.

-Это что еще такое? – она подошла к терминалу, - Робби? С чего это ты вдруг обо мне вспомнил… ах да, вчера, точно, было дело. Черт, похоже, мне теперь еще и перед тобой в извинениях расшаркиваться придется.

Ткнув пальцем в мигающий заголовок, она открыла письмо.

К письму прилагалась фотография человека, но не та, что она отослала вчера. Это был не Юрий Содос, но вот глаза, уши, изгиб губ… Фото сопровождалось довольно объемистым текстом, первые строчки которого отличало обилие восклицательных знаков.

Ощупью нашарив за спиной стул, Мария придвинула его и села, отставив кофе в сторону. Ее губы шевелились, проговаривая прочитанный текст. Буквы складывались в слова, слова в предложения, но заключенный в них смысл укладывался в мозгу с большим трудом. Появилось странное ощущение, будто в один-единственный миг окружающий мир стал… другим. Вагончик оказался неожиданно тесным, воздух душным, а одиночество пугающим. Она машинально отерла рукой выступивший на лбу пот. Память мгновенно начала выхватывать и швырять на сверкающий операционный стол ее недавние слова, жесты, поступки, которые теперь уже не казались такими уж невинными и безобидными. Бегать с зажженными бенгальскими огнями по пороховому погребу – это не безобидно, это глупо. Смертельно глупо.

От внезапно раздавшегося звонка телефона Мария вздрогнула так сильно, что опрокинула чашку, расплескав кофе по столу.

-Алло? – она закашлялась и повторила еще раз, - алло?

-А, это ты, Густав, - слова буквально выскочили изо рта верхом на вздохе облегчения, - доброе утро!

-Да, у меня все нормально, а у вас?…

-Нет, а что?…

-Хорошо, я сейчас подъеду…

-Нет проблем, буду минут через десять.

Она повесила трубку. Удивительно, но теперь перспектива оказаться среди людей, лица которых еще вчера вызывали у нее отвращение, странным образом казалась даже привлекательной. Они, в конце концов, всего лишь обыкновенные фермеры.

Подобрав с пола свой рюкзак и прихватив пустую канистру из-под воды, Мария шагнула к выходу, но потом, будто вспомнив что-то, остановилась и вернулась к столу. Она выдвинула самый нижний ящик и, раскопав скопившийся в нем хлам,  вытащила запечатанную картонную коробку с патронами к дробовику. Немного поразмыслив, она бросила ее в рюкзак и выскочила на улицу.

-Итак, джентльмены, - громко объявил Густав, переговорив с кем-то по телефону, - все все поняли? Всем все ясно?

Ответом ему стало нестройное угуканье.

-Отлично! Время минус десять минут, все по коням!

Фермеры завозились, зашевелились и потянулись к выходу. Моторы взревели громче и, одна за другой, тяжелые машины стали выезжать с площади. В баре остались только несколько человек, в их числе сам Густав, Серж и Аня, немного подновившая свою боевую раскраску, но так и не сумевшая скрыть покрасневшие глаза. Содос подошел к ним.

-Господин мэр?

-О! Доброе утро, господин Содос!

-У вас тут интересные события намечаются как я погляжу! Вот только меня беспокоит один вопрос, - он покосился на окно, за которым фермеры заводили моторы своих джипов, - как Вы намерены убедить меня в том, что Ваша затея не безумна?

По лицу Густава скользнула тень раздражения. По всей видимости, сегодня ему уже неоднократно приходилось отбиваться от подобных нападок.

-Мне казалось, что Вы уже закончили свои дела в наших краях, - мэр словно и не слышал вопроса, - Вы разве не заказывали вертолет на сегодняшнее утро?

-Как видите, я пока еще здесь. Ну, Вы же знаете, как оно бывает – дела, дела… немного закрутился.

-Так поторопитесь! Можете успеть до обеда.

-Вообще-то я никуда не опаздываю, да и как я могу пропустить такое веселье. Вы точно знаете, что делаете?

-Я как-то уже говорил Вам, господин Содос, чтобы Вы не совали нос в наши семейные дела, - Густав повернулся к нему всем корпусом и сложил руки на груди, - так вот, это как раз тот самый случай. У Вас свой бизнес, у нас – свой.

-Мавр сделал свое дело – мавр может уходить? - приподнял бровь Содос, - с чего это Вас вдруг так в бутылку потянуло?.

-Просто в последнее время развелось слишком много желающих поучить меня уму-разуму.

-О! На сей счет не беспокойтесь, из меня советчик плохой. Я лишь удовлетворяю свое любопытство. Ответ на единственный вопрос – и я исчезну!

-Что за вопрос?

-Почему Вы уверены, что организация лесного пожара – лучший выход из ситуации?

-А кто говорит о лесном пожаре?

-Как же, в таком случае, Вы называете свою затею?

-Выкуривание, - Густав вздохнул и как-то обмяк, отключив свои оборонительные системы, - Вы же видели, что вчера Куценов устроил?

-Угу.

-Пожара не будет. Местная древесина, даже высушенная, очень плохо горит. Зелень так и вовсе чуть ли не огнеупорная. Подвянет немного и все. Назавтра уже будет как новенькая, даже воспоминаний о пожаре не останется. Но огонь выгонит хайенн на открытое пространство, где их будут ждать наши пули. Всех мы, разумеется, не перестреляем, но, надеюсь, сможем нанести их популяции достаточно серьезный урон, чтобы некоторое время они не причиняли нам беспокойства. Я ответил на Ваш вопрос?

-Вполне, но… - Содос задумчиво почесал щеку.

-Что?

-Как быть с доктором Оллани? Она-то, чай, не огнеупорная.

-Пусть подрумянится немного! – подала вдруг голос Аня, - ей будет полезно, больно уж она бледная.

-Аня! Прекрати! – рявкнул Густав.

-Что думаю, то и говорю! – девушка вызывающе вздернула подбородок, - имею право!

-Ха! «Что думаю»! Если судить по тому, что ты говоришь, то у тебя вместо мозгов – компост!

-А у тебя компост вместо сердца! – выкрикнула она, еле сдерживаясь, чтобы не разреветься, - и этот… тоже, - она ткнула пальцем в Содоса, - провел один теплый вечерок с этой лабораторной крысой и уже так о ней печется!

-АНЯ!!!

-Да чтоб вы все здесь сдохли вместе с вашими серыми отродьями! – пряча лицо, племянница мэра выбежала на улицу. Громко хлопнула входная дверь.

Густав остался стоять, ссутулившись и глядя в пол.

-Не принимайте ее слова близко к сердцу, - негромко заговорил он, - ей сейчас очень тяжело… они с Дэном…

-Я понимаю, - кивнул Содос, - мне очень жаль.

-А насчет Маши не волнуйтесь, я позвонил ей и попросил приехать в поселок, уточнить некоторые финансовые вопросы. Она будет здесь через пару минут.

Вернувшись к своему столику, Содос начал торопливо собирать свой недоеденный завтрак на поднос.