Там, за поворотом - Калашников Александрович

Вторым шагом стало создание форпоста на границе с праттами, вздумавшими занять земли людей долин - оседлых охотников-земледельцев. Это уже внепланово вышло, чисто по импровизации. Если кто мою мысль не уловил, то разъясняю - чтобы эффективно сотрудничать и взаимодействовать надо этому целенаправленно учиться, о чем я никогда не устану повторять. Тренироваться, пробовать, экспериментировать, если хотите. Тут ведь крайне важно так поставить дело, чтобы участники затеи оказались в выигрыше, а по каждому случаю для этого требуется изрядно поломать голову, как так исхитриться, чтобы не на абстрактного дядю по имени "обчество" люди пахали, а как бы на себя.

Так вот. Сейчас настала пора учинять металлургию. А тут, севернее хребта, не так уж густы леса, чтобы изводить их на топливо. Особенно, учитывая, что печи наших керамиков жрут дрова со страшной силой и, судя по всему, дальнейший рост производства горшков в данной местности может стронуть природный баланс в ненужную сторону.

Что прикажете делать, если основывать выплавку чёрного металла южнее, категорически не хочется, потому что секрет железа следует сохранить как можно дольше. То есть заводик надо ставить подальше от глаз людских. Ответ - искать здесь уголь - тривиален. Только искать его особой надобности нет - давно уже пытливые керамики мастера Грозного Рыка нашли несколько выходов нужного минерала. Осталось эти места осмотреть и сообразить, где строиться будем. Вот и отправился я со всем семейством на экскурсию. А гидом у нас охотник на мамонтов Неудержимый Лось - он тут всё знает и покажет в лучшем виде.

- Лось! Как можно убить мамонта посреди ровной тундростепи? - этот вопрос давно меня волнует, но как-то не было случая задать его.

- Подобраться, прячась в высокой траве, - отвечает охотник. Но это действительно очень трудно, потому что животные эти смотрят сверху вниз и видят далеко. А увидев человека, или убегают, или нападают - это заранее неизвестно. Если нападают, то всегда убивают, потому что убежать от них невозможно, а спрятаться негде.

- Неужели они так быстро бегают?

- Они долго бегают, Зайка. И, довольно быстро. Но беглецу иногда удаётся заманить их на яму с кольями. А иногда не удаётся. Но чаще они, всё-таки, убегают. Бывает, что при этом тоже попадают в ловушку. Или не попадают, - тяжёлый вздох подтверждает, что дело это не верное и рискованное.

- А, если охотник уедет на нарте, которую тащит олень? Тогда мамонт его догонит?

- Не знаю, - чешет в затылке Лось. - Так никто не пробовал. Да и не станет. Если я поймаю оленя, зачем мне мамонт? Съем этого оленя и пойду ловить следующего. Научи, как это сделать? - неандерталец хитро смотрит на меня.

Ну конечно. Я же Говорящий с Духами, то есть теперь должен полностью "ответить за базар". Ну кто тянул меня за язык, и откуда вообще этот дурацкий вопрос возник в моей бестолковке? Видимо, юность прёт из молодого организма, оживляя воображение.

Но, делать нечего. Прикрываю глаза и делаю вид, что "слушаю" духов. А жены мои на три голоса заливаются: "Славное море, священный Байкал…" сменяет "По диким степям Забайкалья…". Лягушонок на румпеле блаженствует, потому что у Тычинки голосище, как у Зыкиной, у Файки - как у Матье, а Мышка звенит детским колокольчиком. До печёнок пробирают…

Лось тоже благоговеет - ясно же - жёны Великого Шамана скликают духов на совет.

- Знаешь, Лось, - наконец всё спето и дальше держать паузу не стоит, - духи намекнули мне, что олени сами станут держаться около вашего стойбища, если им это будет удобно. Вот скажи, чего им может понадобиться от людей?

- Хищников отогнать от стада, - охотник даже не задумывается. - Но для этого сначала нужно, чтобы сами олени перестали нас бояться. Стало быть необходимо перестать на них охотиться, - он некоторое время задумчиво молчит, а потом продолжает. - Надолго. Так ведь и от голода можно помереть! И то непонятно, перестанут ли они опасаться людей?

- А если их солью приманить? - ну знаю я, что все жвачные испытывают потребность в этом минерале.

- Хм! - наш проводник задумался. - Думаю, Тёплый Ветер даст нам соли для такого дела… мы ведь союзники.

- Думаю, даст, - соглашаюсь я. А девчата затягивают из "Собачьего сердца":

Суровые годы уходят,

Борьбы за единство страны!

За ними другие приходят,

Они будут тоже трудны.

Ну заменил я одно словечко в тексте, исключительно пользы для. Однако, Лось, уже поднаторевший в русском (язык, на котором общаются духи и мастера), воспринял услышанное с исключительным вниманием, уважительно посмотрев на певиц. Не иначе, уловил в их сообщении волю могущественных и мудрых существ, незримо обитающих повсюду.

Так вот с песнями, да под разговор и добрались мы до подмытого откоса, в котором чернели обнажения каменноугольного пласта. Первым на берег ступил Загря и помчался осваивать новое место. А мы привычно принялись за возведение каркаса шатра. Мы ведь, если кто ещё не забыл, обычные древние люди, занятые традиционным летним туризмом… ну и камешки посмотреть интересные.

Фая нашего манюню препоручила Мышке, а сама с удовольствием занимается естественными для андертальских женщин делами - тащит вырубленный мною шест туда, где Тычинка ровняет площадку под основание шатра. Лягушонок передаёт Лосю из лодки тюки и скатки, а тот складывает на берегу наш нехитрый бивачный скарб. Торопятся обратно наши спутники. Они своё дело сделали - доставили отдыхающих куда надо, а через пару недель подхватят нас отсюда и перебросят на следующую "точку". Ночи нынче лунные, ветер ровный, северный, так что к следующему вечеру будут на Кавайке.

Мы же спокойно устраиваемся: обкладываем камнями очаг, вяжем из ровных палок лежаки, укрепляем толстые валежины в качестве сидений. Новая "жена", которая мне на самом деле пока не жена, с любопытством поглядывает за слаженными действиями нашей сплаванной команды: Я ломаю хворост, Тычинка шурует под котлом, а Фая, взяв лук и неоперённую стрелу с лесой, отлучается на бережок, откуда возвращается с рыбкой, которую, едва почистили и нарезали, пора запускать в уху. Да, картошки у нас по-прежнему нет, но есть прихваченные с собой корневища рогоза и, о счастье, лук. Не вполне репчатый, но толстые белые утолщения на концах стеблей уже проявляют некоторую чешуйчатость. Не дорос пока свежий до полной кондиции, так что пойдёт и молодой.

Удачное выбрали местечко - ветерок отгоняет гнус, Файка кормит чадоньку грудью, я неторопливо пью вторую кружку юшки… Загря вылетает из зарослей и докладывает о приближении чужих людей. Не словами - он ведь собака. И не лаем - он подаёт голос, только, если зовёт издалека. Поза у него сейчас характерная: шерсть на загривке вздыбилась и верхняя губа приподнялась, приобнажив клыки.