Наемники бродячих островов. Том 2 - Фэва Греховны

Глава 11

Встреча с мэром состоялась до обеда.

Градоправитель как раз собирался пересечь порог ратуши… Эм, пардон, мэрии! Когда на центральной площади появились пять воинов в доспехах и в чёрной форме.

Несколько стражников загородили собой начальника. Они словно почувствовали от чужаков потенциальную опасность. Но тех это нисколько не смутило, и они продолжили приближаться.

Сам мэр — невысокий толстячок, был одет в ярко-зелёный камзол, а поверх него — в блестящий панцирь. Что правда, доспех был по типу того, бутафорного из лавки. Защитой головы мужчина пренебрёг, за то нацепил странную круглую шапочку, больше всего похожую на оладушек.

Глядя на него, Макс вспомнил наставления Даджоя и Кеншина о выборе цели в бою. Вот именно в таких цветных павлинов и следовало стрелять в первую очередь.

— Мсье? — мэр нахмурился, пытаясь вспомнить, кем могут быть незнакомцы.

— Здравствуйте, уважаемый! Мы странствующие воины и… — и-и-и Батя завёл уже порядком поднадоевшую шарманку про то, кто они, откуда взялся их остров и какая у него орбита.

Благо, кто-то из местных уже обнаружил пристань с чернокаменной крепостью и подтвердил слова чужака.

Пухлые щёки мэра растянула чуть ли не счастливая улыбка:

— О-о-о! Мсье и мадам — мерсеры! Проходите! Проходите! Прошу Вас!

Стоило зайти в мэрию, как сразу стало ясно, кто есть главный и, скорее всего, единственный покупатель той шикарной мебели. Убранство повсеместно блестело, сияло, пахло…

Все члены отряда, не сговариваясь, замялись у самого входа. Никто не решался пачкать паркет, начищенный буквально до отражения. Пример свинства подал сам хозяин. А стоило наёмникам пройти в просторный зал, как в коридоре немедленно появилась прислуга с ведром и шваброй.

Тяга мэра к блестящему начинала казаться нездоровой. Хотя… Может у него и кое-чего другого блестящего в достатке?

Суть дела к наёмникам обсуждалась за чаем, который подала ещё одна служанка. Прошлой осенью на остров заявились небесные торговцы и хотели купить продовольствие. Но, хвала Свету, Мэр не поддался соблазну! Ведь во время скорой пристани с соседями, выяснилось, что у тех сгорели почти все запасы еды.

— Мсье, Серж! Вы представляете какое совпадение?! — руки мэра дрожали от возбуждения, и он тарахтел кружечкой по блюдцу.

Вычурный чайный сервиз был чуть ли не кукольным и не способствовал уверенности. Даже без рукавиц было практически невозможно нормально ухватиться пальцами за ручки. Но Батя не растерялся и поддержал удивление собеседника:

— Невероятное, дорогой Жак!

Не терялся и Лайонел. Он глаз не спускал с молоденькой служанки. А когда она обновляла чай — подмигнул ей.

Не смотря на происхождение, Венга демонстрировала полное отсутствие доброго воспитания. Девушка развалилась в кресле и осушила предложенную чашечку в один глоток. Кажется, она даже удивилась, обнаружив там не что-то крепкое.

Кеншин с Максом тоже не имели понятия, как следует себя вести. Поэтому они придерживались своей обычной тактики — просто копировали поведение, жесты и осанку хозяина дома. Кен, кстати, шлем так и не снял. Приём выглядел пусть и наигранным, но радушным, и было неизвестно, как заказчик отреагирует на степняка.

— В общем, перебрались к нам соседи. Ну, как перебрались… С горем пополам! Лекаря их бывший мэр отпускать не захотел. Так до драки дошло! Еле отбили! Потом кое-как перезимовали, ну а теперь — строиться надо. А те, кто там остались — сам мэр бывший да его близкие, лес не дают! Хотя подумайте только! Для своих же, по сути! А если ещё больше подумать — эти самые люди, его высаживали и растили!

— Какая несправедливость… — покачал головой Батя и ему тут же поддакнул Лайонел:

— Никакая это не несправедливость! Грабёж чистой воды!

— Вот именно, мсье! Но это я неделю назад к ним ходил. А сегодня — просил, чтобы позволил бывшим хозяевам свои дома разобрать. Так он даже слушать не стал, сразу кулаками махать начал! Если бы не стража… — что было бы без стражи, Жак не договорил, а лишь покачал головой. Блюдце с чашечкой в его руках задрожали с новой силой.

Почему он не предложил соседу помощь едой, но переманил к себе его людей, мэр также предпочёл не озвучивать. Отсюда могло проистекать и ухудшившееся отношение. Хотя, сам сосед тоже хорош! Взял и разбазарил благополучие своего народа. Однозначно — быть голоду, если бы Жак оказался таким же лёгким на подкуп.

Батя громко сёрбнул и, как-бы невзначай, спросил:

— А патрули зачем?

— Ле ребель! Эм… Смутьяны! Диссиденты! — в голосе мэра звучало искреннее возмущение. — Приходили к бывшим соотечественникам и требовали вернуться. Говорят — предатели твердыни дедов! Родной город надо любить и уважать! Про былые добрые времена талдычили. Сетовали, что беда должна сплачивать.

— Тю! Ну и пусть бы трепались. Тоже мне, смутьяны!

— Так то оно так, мсье воин. Но кто не согласен был — угрожать начинали. Одному даже по физиономии дали. — мэр неумело сжал и махнул пухлым кулачком. — При жене и детях! Шутка ли?! И это за какие-то метафоричные понятия! А ещё… — Жак понизил голос, — про наши амбары и склады расспрашивали!

— О-о-о… — Батя покачал головой. — Тут карательная экспедиция нужна!

— Что Вы, мсье!

— Да! А иначе никак! Не в эту пристань, так в следующую. Наглости наберутся и либо амбары Вам спалят, либо народ угонят. Из-за леса смута? Вот они Ваши леса и подожгут. Мне нужно объяснять, что такое лесной пожар? А для небольшого острова? А для стремительно растущего города?

От такой тирады у мэра задрожали подбородок и пухлые щёки. По глазам можно было легко судить, что за мысли снуют в его голове.

— Зиму не переживёте. — резко похолодевшим голосом отчеканил Батя, окончательно добивая заказчика. — В общем, дорогой Жак, думайте. Мы наёмники, всё сделаем в лучшем виде. А что именно — решать Вам. Будем ждать распоряжений в этом, как его… В шалмане!

На этом старый лис поднялся с кресла.

— Благодарим за гостеприимство! Не прощаемся. — он кивнул озадаченному мэру.

* * *

Обсуждение грядущей работы, наёмники продолжили уже за обеденным столом.

Кстати, сомнений в заказе не возникало. Сразу за отрядом в шалман пришла служанка градоправителя и передала хозяйке его распоряжение: комнату, еду и даже баню дорогим гостям оплачивал город.

Но Лайонел обломал радость товарищей. Он советовал предупредить заказчика, что гостеприимство в оплату контракта входить не будет.

— И вообще, что