Сказка о трёх волшебниках - Берёза

— Это ты, Амба? Что случилось? — с недоумением спросила мама. Ухватив сына за шкирку, отец выпихнул его из комнаты и запер дверь. Происходящее Сешу совсем не понравилось. Он заглянул в замочную скважину.

Отец нервно мерил шагами комнату. Мама с недоумением смотрела на него, а незнакомая дама со смущённым видом стояла в углу.

— Амба, может, скажешь, что тебя беспокоит? — спросила мама с той своей мягкой улыбкой, что всегда безошибочно действовала на отца.

— Беспокоит? Ты меня беспокоишь! Ты где была сегодня?! — выкрикнул он.

— У соседей…

— У соседей?! Скорее у их сынка! Запомни, Афо, я не позволю себя обманывать!

— Обманывать? Чем я тебя обманула? — непонимающе переспросила мама.

— Не разыгрывай невинность! Что у тебя с молодым Ханом?

— Ничего! В чём ты меня подозреваешь?! — теперь и мама разозлилась. Отец продолжал нервно ходить из угла в угол.

— Мне надоело, Афо. Ты заставляла меня исполнять все твои прихоти, порой делая посмешищем в глазах друзей. Разве я когда-нибудь перечил тебе? Но интрижка с Ханом — последняя капля, и моё терпение лопнуло. Ты мне больше не жена!

— Что? — очень тихо переспросила мама. Сешу показалось, что он ослышался. Неужели отец действительно мог сказать такое?

— Зря я ослушался своих родителей и женился на купеческой дочери вместо женщины своего круга, — продолжил отец. — Но теперь всё кончено. Познакомься, это — Айме из клана Фудо. Она девушка знатного происхождения, и она ценит меня и никогда не станет крутить романы на стороне. Сегодня её родители дали согласие и благословили нас, так что ты должна покинуть замок.

— Амба, это — несмешная шутка, — мама улыбнулась. Казалось, что она, как и Сеш, не верит в серьёзность происходящего.

— Ты не поняла, Афо. Это не шутка. Забирай своего сынка и убирайся, откуда пришла! Теперь это комната новой госпожи замка Тори.

— Значит, ты всё-таки серьёзно? Мы можем хотя бы собрать наши вещи? — спросила мама. Её лицо было удивительно спокойно, так что Сеш за дверью по-прежнему не мог понять, серьёзен отец или нет. Это спокойствие, казалось, ошарашило отца. Он перестал ходить из угла в угол и удивлённо заморгал.

— Если ты рассчитываешь на что-то, то должен тебя огорчить, — заявил он. — Я дам тебе денег, чтобы добраться до Шура, но больше ты от меня ничего не получишь. Как только ты уедешь из этого замка, я забуду даже твоё имя.

— А Сеш? Ты отказываешься от своего сына?

— Я не хочу иметь дела со всем, что связанно с тобой. Новая госпожа родит мне нового наследника. Мой казначей даст тебе денег; собирай вещи и убирайся немедленно. Пойдём, Айме.

Отец так резко открыл дверь, что та отшвырнула Сеша, и мальчик больно ударился об стену. Даже не взглянув на сына, Амба вышел из комнаты в сопровождении своей дамы. Мальчик бросился к матери.

— Мам, что случилось? — выпалил он.

— Мы уезжаем, Сеш. Пожалуйста, не мешай мне собирать вещи, — очень спокойно сказала мама. Так спокойно, что мальчик расслабился и перестал о чём-либо волноваться. Афо кликнула служанку, и они вдвоём стали выгружать из шкафов пышные платья и укладывать в дорожные баулы различные необходимые мелочи. Внезапно на пороге возникла вереница слуг с тюками.

— Что вам здесь нужно? — строго спросила мама.

— Мы несём вещи новой госпожи, — ответил один из слуг.

— Не можете подождать, пока мы соберём свои вещи? — вспыхнула мама.

— Господин велел вам поторапливаться, — в комнату, неприятно ухмыляясь, зашёл казначей и положил на стол увесистый мешочек. — Вот деньги. Если обойтись без некоторых удобств, то до Шура хватит.

— Отлично, а теперь выйди и не мешай нам! — прикрикнула мама.

Через час они уже тряслись в гружённой сверх меры коляске по просёлочной дороге. Надвигалась ночь.

— А куда мы едем? — спросил Сеш, кладя голову на колени матери.

— В Шур, к бабушке и дедушке, — ответила мама, ласково поглаживая его по белым волосам.

— Надолго?

— Навсегда.

— Как навсегда? Неужели папа действительно нас выгнал? — испугался мальчик. Эта мысль казалась ему невероятной.

— Да, и теперь у него будет новая жена, — спокойно ответила мама. Как-то, даже слишком спокойно. А вот Сеш внезапно почувствовал злость.

— Но почему? И почему он кричал на тебя? — требовательно спросил мальчик. Мама тяжело вздохнула.

— Я не знаю, как тебе объяснить. Ты помнишь Хана, сына наших соседей? Скажем так, папа думает, что я больше не люблю его, а люблю Хана. Поэтому он рассердился и выгнал нас.

— Но ведь это неправда! Я знаю, что ты любишь папу! — потрясённо воскликнул Сеш. Мама грустно улыбнулась.

— Но папа этого не знает, солнышко, а я не знаю таких слов, которые заставили бы его поверить мне. Ты должен простить его.

Но Сеш не мог простить. Он же видел, какими глазами мама смотрела на папу! И только дурак мог не понять, что она его очень любит. А папа дураком не был, значит, он решил бросить его и маму ради той дамы в платье с низким вырезом. Он предал их с мамой.

— Спи, солнышко, уже поздно, — ласково сказала мама. Сеш закрыл глаза и притворился спящим. Ветер шумел в голых ветвях деревьях, кучер громко понукал лошадь, а мама тихо плакала, роняя слёзы на лицо сына.

И внезапно Сеш понял, что он больше не наследник клана Тори и не будущий хозяин замка. Теперь он вообще никто, но почему-то мальчика это не очень огорчило. Он не хотел, чтобы что-нибудь напоминало ему о человеке, который заставил маму плакать. Они с мамой прекрасно проживут и вдвоём. Раз отец предал их, то Сешу он больше не нужен.

"У меня нет больше папы", — была последняя мысль, с которой уснул мальчик.

Глава XIV

Знакомство с чародеем

Город Шур Сешу не понравился. Слишком шумно, слишком много народу, много суеты, спешки и нахальных простолюдинов — всё здесь разительно отличалось от размеренной жизни знати, к которой он привык с детства. Однако мальчик был рад, что они наконец-то достигли этого города, потому что дорога оказалась бесконечно длинной и утомительной.

Отцовская коляска довезла их лишь до местечка Старограда, ближайшего к замку Тори населённого пункта, мало-мальски похожего на город. Староград был настолько глухим местечком, что мама едва смола купить старую телегу и пару лошадей, чтобы добраться до Шура, и то за непомерную цену. Такую непомерную, что большую часть пути им пришлось жить впроголодь и останавливаться в самых захудалых постоялых дворах. Так они навсегда покинули родные края.

С продвижением на юг природа менялась и становилась всё чуднее и непривычнее. Густые дубравы сменялись редкими рощицами, а затем леса вообще исчезли, уступив место бескрайней степи. Впервые переправляясь через огромную реку, Сеш так низко нагнулся над водой, что упал с парома и чуть не утонул. Испуганная мама строго-настрого запретила ему подходить к воде. В ту же ночь, пока мама спала на постоялом дворе, мальчик тихонько сбежал из комнаты и направился к реке с твёрдым намерением научиться плавать. Приближалась зима, и вода была ледяной. Сжав зубы, Сеш зашёл в неё по грудь и попытался повторить движения отцовского охотничьего пса, когда тот заходил в маленькую речку, протекавшую поблизости от замка. Руки и ноги сводило от холода. Сеш проторчал в воде до утра, и оставшуюся часть пути лежал в телеге пластом, страдая от сильного жара.