Счастливая встреча - Бетти Нилс

– Нас будет так много, дорогая, что еще двоих он бы просто не заметил. Конечно, если они будут хорошо себя вести. Бабушка с дедушкой тоже приедут.

Все разошлись. Крессида надела свое серое платье. Оно не праздничное, подумала она, но все же подойдет. Крессида сделала макияж, тщательно причесалась, все время не переставая думать, чем же сейчас занимается доктор.

Между тем доктор ван дер Линус находился в больнице в Лейдене и прилагал все силы и все свое искусство, чтобы спасти пожилого мужчину, у которого случился удар прямо на улице. Алдрик собирался быть в доме Николы в Гааге, где ее родители устраивали праздничный ужин, но ему пришлось попросить, чтобы им позвонили и объяснили, что он приедет либо очень поздно, либо не приедет совсем. Больше доктор ван дер Линус уже не думал об этом – он целиком сосредоточился на борьбе за жизнь пациента. Молодого врача-стажера, который звонил в Гаагу по поручению старшего коллеги, поразил раздраженный тон на другом конце провода. Ему было велено передать доктору ван дер Линусу, что его отсутствие крайне нежелательно и что своим поступком он выказывает невнимание к хозяевам дома. Прежде чем молодой врач успел что-то ответить, трубку бросили. Он был весьма этим удивлен: если голос, ответивший ему, принадлежал девушке, на которой, по слухам, доктор ван дер Линус собирался жениться, то молодой человек мог бы поклясться, что никаких теплых интонаций в нем он не уловил. Доктора в больнице любили и уважали, он был неизменно терпелив и вежлив со студентами-медиками. Право же, столь уважаемый человек заслуживал лучшего.

Добравшись наконец домой, доктор в одиночестве поужинал, отпустил Мис спать и отправился на прогулку с собаками. Было Холодно, луна проглядывала сквозь облака. Доктор шел торопливым шагом, сегодня он устал, но все же испытывал радость – его пациент вне опасности. О Николе он не думал. Придя домой, он поймал себя на том, что несколько раз возвращался мыслями к Крессиде. Как она там и что делает сейчас?

– Скорее всего, уже спит, причем крепко, – пробормотал он, обращаясь к Цезарю, когда они следовали за Мейбл на кухню.

Крессида действительно уже была в постели, но не спала, она думала о нем.

Вечер получился замечательный. У Тико большая семья: родители, братья, сестры, их дети. На столе чего только не было! Крессида с удовольствием вспоминала суп из омара, жареного фазана, вкуснейший пудинг с мороженым. Они пили шампанское… Жаль, что на этом вечере не было доктора. Наверное, праздники он проводит с Николой. И конечно, он счастлив, думала Крессида, засыпая. Ночью она проснулась, печальная и одинокая, с ощущением утраты чего-то дорогого. Все это чепуха, убеждала она себя, может быть, это отголоски какого-то забытого сна и предрассветные часы лишь усилили его мрачный характер. Она с трудом заснула снова и, встав утром, сразу же сложила свои вещи. За ней должны были приехать после десяти часов.

За завтраком она попрощалась с Тико, поцеловала близнецов и пообещала навестить их, как только ей удастся; затем они выпили еще по чашечке кофе с Чарити.

– Мы увидимся на Рождество, если не раньше, – заверила Крессиду Чарити. – Хоть мы и живем в глуши, но все легки на подъем. Вероятно, Алдрик на Рождество будет в Англии у своей бабушки, но к Новому году он, конечно, вернется. Он очень часто разъезжает, для него это как для других проехать несколько остановок на автобусе.

Мефрау Беатрикс тер Беемстра оказалась на редкость пунктуальной. Попрощавшись, Крессида села в машину. Хоть она и чувствовала к своей новой хозяйке расположение, ей было грустно уезжать отсюда.

– Я так боялась, что вы передумаете, – поделилась своими опасениями Беатрикс тер Беемстра. – Шестеро детей… это может любого испугать.

Крессида заверила ее:

– Честно говоря, я не очень сведуща в этих вопросах, но мне кажется, что с несколькими детьми легче сладить, чем с одним ребенком, их легче занять, развеселить, им никогда не бывает одиноко.

Они довольно быстро подъехали к красивому дому. Он был меньше, чем у ван дер Бронсов, но его окружал большой сад. Дети и собаки выбежали им навстречу.

– Мальчики остались дома специально, чтобы познакомиться с вами, – сказала мефрау тер Беемстра. – Муж тоже приедет к ленчу, а затем увезет детей в школу. Сейчас я скажу вам, как их зовут. Это наш старший сын Виллум, это Якобус и Фрисо, близнецы Сепке и Галске, а вот и маленькая Люсия. Они немного говорят по-английски, и я надеюсь, вы будете говорить с ними на вашем родном языке все время, мисс Прис. Можно я буду вас так называть?

– Лучше называйте меня Крессида, и дети тоже пусть так меня зовут. Когда я слышу обращенное ко мне «мисс Прис», то сразу чувствую себя престарелой гувернанткой.

Она за руку поздоровалась со всеми детьми. Первым был Виллум, серьезный двенадцатилетний мальчик, и, как сразу заподозрила Крессида, очень гордый тем, что он старший. Якобус был двумя годами моложе, с круглым, смешливым лицом и шапкой непокорных золотистых волос; восьмилетний Фрисо, очень похожий на Якобуса, протянул Крессиде руку третьим. Девчушки-близнецы, обе крепенькие, голубоглазые, с белокурыми косичками, выглядели старше своих пяти лет. Девочки держали за руки Люсию – маленького ангелочка с золотистыми локонами. Когда подошла ее очередь знакомиться с Крессидой, она подставила свое личико для поцелуя, громко произнесла: «Dag[13], Кресси!» – и засмеялась.

– Можно и мы будем называть вас Кресси? Это же замечательно и намного легче! – сказал Виллум, и все дети согласно закивали.

Все вошли в дом и проследовали через холл со стенами, отделанными кафелем, в большую комнату с окнами в обоих ее концах, очень уютно обставленную, со множеством книг и игрушек. Мефрау убрала кипу журналов с просторного дивана и предложила Крессиде сесть.

– Здесь не прибрано, извините, но вам надо передохнуть с дороги. Давайте попьем кофе, а потом я покажу вам вашу комнату и всех, кто еще живет в этом доме. Я так рада, что вы приехали, теперь с детьми всегда кто-то будет. Мальчики уже большие, они могут самостоятельно ездить на прогулку на велосипедах. Девочки одни еще не выходят. У Виллума своя комната… – Она присела рядом с Крессидой. В это время высокая худощавая женщина принесла им кофе. Мефрау тер Беемстра представила ее: – Это Лейке, она не говорит по-английски, но, думаю, не раз поможет вам в трудных ситуациях.

Крессида поздоровалась с Лейке, и сосредоточенное лицо женщины осветилось улыбкой. Оглядевшись вокруг, девушка почувствовала, что ей здесь будет хорошо.

Менеер[14] тер Беемстра, высокий, крепкого сложения мужчина, намного старше своей жены, приехал к ленчу. У него было немного грубоватое, но добродушное лицо. Дети налетели на него и заговорили разом. Жена представила ему Крессиду, он, улыбаясь, пожал ей руку.